Не говоря больше ни слова, Томми поднимает мою ногу на сгиб своего локтя, раздвигая меня шире для себя. Теперь, оказавшись сверху, он снова погружается в мою киску, при этом его глаза ни на секунду не отрываются от моих.
— Испачкай меня, чертовка. Кончи на меня.
Я напрягаюсь до боли. Такое ощущение, что я сжимаю его член, а Томми в ответ глубже проникает внутрь.
— Скажи мне кое-что, — говорит он между глубокими толчками, которые доводят меня до экстаза. — Я пригласил тебя на каток и угостил какао. Затем ты позволила мне отвести тебя ко мне домой, где мы вместе делаем то, чего никогда раньше ни с кем не делали. Когда я смогу назвать тебя своей? — его глубокий взгляд прожигает меня насквозь. — Мне нужно, чтобы ты написала мне список всего, что я должен сделать, чтобы ты дала мне шанс стать твоим парнем.
Я обхватываю ногами его задницу, толкая его глубже в себя.
— Я же говорила тебе...Просто продолжай делать то, что делаешь. Оставайся тем человеком, которым я тебя знаю. Продолжай позволять доброте и состраданию побеждать, и я обещаю, что ты найдешь своё счастье. Может быть, даже рядом со мной.
Мне так хочется сказать ему, что мы можем сделать наши отношения официальными прямо сейчас. Но я снова сдерживаюсь. Я знаю, что Коллинз, Кендра и Дарси кричали бы на меня, чтобы я просто сделала это.
Томми протягивает руку между нами, его глаза блестят надеждой и собственничеством. Он подносит свои пальцы, покрытые мной, ко рту, посасывая один за другим.
— Это обещание?
Как он и хотел, я разваливаюсь на его члене, растворяясь в матрасе, пока он жестко трахает меня.
— Я буду ждать тебя, — заявляет он. — Я буду ждать столько, сколько тебе нужно.
ГЛАВА 37
ТОММИ
Несмотря на то, что Дженна до сих пор не дала мне официального разрешения встречаться с ней, последние десять дней в моей жизни никогда не были такими легкими. Или без драмы.
— Это, должно быть, какой-то рекорд, — комментирует Арчер, снимая экипировку, пока мы все собираемся в душ.
Мы только что разгромили Филадельфию, и мой вратарь в особенно хорошем настроении, обеспечив себе ещё один шатаут8.
Я сажусь на скамейку и начинаю расшнуровывать коньки. Я понятия не имею, что он имеет в виду, но я надеюсь, что он собирается поблагодарить меня за то, что я показал свою лучшую игру в сезоне на данный момент, возможно, даже с тех пор, как я подписал контракт с “Blades”. Арчер, возможно, и отразил все броски, но никто не смог пробиться через нашу линию защиты. Я был в ударе сегодня вечером.
Мой вратарь качает головой, бросая свою футболку в корзину для белья в центре раздевалки.
— Целая игра и ни одного удара. Я начинаю думать, что Филадельфия проиграла игру скорее из-за шока, чем из-за нашей игры.
Джек, сидящий рядом с Арчером, фыркает от смеха. Это не для того, чтобы разозлить меня или отругать. Это по-дружески.
— Каково это? — спрашивает он меня.
— Что именно, кэп? — отвечаю я, опустив голову и сосредоточившись на своих коньках.
— Стать таким мягким? — уточняет он.
Я поднимаю голову и ухмыляюсь ему.
— Понятия не имею, о чём ты.
С полотенцем, обернутым вокруг талии, Джек складывает руки на груди и внимательно смотрит на меня. Он словно золотистый ретривер. Если я что-то понял о Джеке Моргане с тех пор, как переехал в Бруклин, так это то, что он ему нравится наблюдать как зарождается истории любви.
— Ты точно знаешь, о чём я говорю. Скажем так, объявление Кендры о том, что она беременна, было не единственным сюрпризом в тот вечер.
Эмметт бочком подходит к Джеку с широкой ухмылкой на лице. За последние несколько недель он стал более разговорчивым в раздевалке и выглядит более расслабленным, чем когда-либо раньше. Не знаю почему, но мне это нравится. Честно говоря, мне нравится Эммет, он хороший парень и отличный игрок, и я хочу узнать его получше.
— Когда они ушли от вас, Томми и Дженна определенно не ненавидели друг друга. О нет, между ними всё развивалось медленно и страстно.
Впервые в жизни я краснею перед товарищами по команде. Опустив голову, я встаю со скамейки и начинаю снимать экипировку.
— Как насчет того, чтобы вы все сосредоточились на своих отношениях? — в ту же секунду, как эти слова слетают с моих губ, я понимаю, что облажался.
— Подожди, — Арчер прижимает руку к уху, притворяясь, что не может поверить в то, что только что услышал. — Кто-то сказал отношения?!
Джек хлопает в ладоши, включив полный режим гребаного любовного гуру.
Я закатываю глаза и чертовски сильно краснею.
— Тебе оооочень нравится Дженна Миллер? — Джек танцует передо мной, как балерина, от улыбки на его щеке появляется ямочка. — Она обвела тебя вокруг своего пальчика; я понял это по щенячьему взгляду, которые ты бросил на неё у меня дома.
— Мы не встречаемся, — подтверждаю я, даже не пытаясь отрицать, что она мне нравится — это было бы ложью.
Но люблю ли я Дженну? Думаю, есть большая вероятность, что я к этому иду. И когда я достигну конечной точки, скорее всего, я разобьюсь и сгорю, если чувства не будут взаимными. В любом случае, я знаю, что никогда не захочу уйти.
— Но ты хочешь встречаться с ней? — ни с того ни с сего в разговор вступает Сойер, и внезапно меня окружают четверо хоккеистов.
— Я не собираюсь обсуждать свою личную жизнь, — выпаливаю я, борясь с их любопытством.
— Всё в порядке, — Арчер пожимает плечами, обводя взглядом друзей. — Я могу получить новости у Дарси. Дженна держит девочек в курсе событий.
И вот так теперь я стал тем, кто отчаянно нуждается в информации.
— Подожди, что?
Арчер ухмыляется, довольный, что теперь я у него на крючке.
Он не ошибается.
— Похоже, Дженна рассказала девчонкам, что ты хочешь с ней встречаться, — отвечает Арчер, вызывая взволнованный вздох у Джека и приподнятые брови у Сойера и Эммета.
Я ухмыляюсь, но не своим товарищам по команде, а себе. Дженна рассказывает обо мне своим подружкам. Хотя я понятия не имею о свиданиях и отношениях, я знаю одно: когда девушка увлечена парнем, она обычно советуется с друзьями.
Да, я ей нравлюсь.
И поскольку моя