— Мастер Теирон, — проговорила Тиу, запнувшись. Она, кажется, совсем не ждала явления старого эльфа здесь, хоть его владения и были совсем рядом.
— Мне понравился этот молодой человек, — проговорил снова Теирон. — Что-то в нем есть. Решительность. И в то же время — готовность поверить, что он может быть неправ. Это то, чего порой очень не хватает… многим. И нам, вот, тоже не хватило. Если бы мы вовремя поняли, как прав был Кайрон…
— Но он чужак… — проговорила Тиу. — Я не могу с ним идти. И… ни с кем не могу. Не могу сама покинуть библиотеку. Вы же отлично знаете, вы тоже не можете.
— Отчего же? И я могу, и ты можешь. Но только не сами, конечно, мы можем уйти, а только если нас… вынесут. После окончательного слияния с предметом. Ты ведь именно на этот путь хотел указать, Эон?
— Да, — ответил холодный дух. — И я… готов. Кажется, готов. Признаться, мне было очень тоскливо здесь… все это время. Пусть это уже закончится.
Мгновение спустя он растаял в воздухе, и Герман с удивлением увидел, что там, где он только что был, остался лежать на земле белый предмет… кажется, нож с белым лезвием, словно сделанным изо льда. Герман сделал пару шагов к нему, подобрал нож с земли. Тот был очень холодным, словно его зимой забыли на морозе.
Герману послышалось, что Тиу всхлипнула. И это было очень странно — слышать всхлип воплощенного пламени.
— Он сделал правильный выбор, — сказал Теирон со вздохом. — Мне так кажется. Впрочем, мы это еще узнаем в точности.
— Если он так поступил… — проговорила Тиу озадаченно. — И если ты, мастер, считаешь это правильным…
— Но ведь тебе нет дела до моих сумасбродств, верно? — Теирон усмехнулся.
— Прости мне эти слова, учитель, — Тиу на мгновение склонилась в поклоне. — Они были сказаны… сгоряча.
— Ты всегда была горячей, — губы старого эльфа снова тронула улыбка, но на сей раз едва заметная. — Еще когда я учил тебя азам магии. Но еще тогда я знал, что, когда придет день, ты сможешь принять правильное решение.
— Да будет так!
С этими словами Тиу вдруг вспыхнула, и секунду спустя на том месте, над которым она только что висела, лежал черный блестящий ажурный браслет с алым камнем в центре. В первые мгновения вокруг него плясали полупрозрачные языки пламени, словно от горящего спирта, но затем они истаяли, и браслет остался неподвижно лежать на полу, прекрасный и мертвый. Или не совсем? Если приглядеться, то в глубине алого камня как будто сверкали яркие языки пламени. Или это было лишь отражение?
Герман осторожно взял в руки и его. Наощупь он был до того горячим, словно его только что достали из печи. Герману с трудом удавалось держать его в руках. Он вопросительно взглянул на Теирона.
— А теперь ступай, — проговорил старый эльф. — Теперь они оба смогут покинуть это место… и снова послужить нашему роду. Прошло время, когда служение заключалось в охране секретов. Пора их и открывать.
— Спасибо вам, — сказал Герман.
— Не благодари, — ответил эльф. — Быть может, все нынешнее открывает для твоего народа великие несчастья. Я был бы рад ошибаться, но я слишком редко ошибаюсь… Впрочем, ступай. У тебя мало времени.
Герман кивнул ему и поднял глаза вверх. Впереди был подъем на крутую лестницу, и только где-то там, в высоте как будто виднелся едва заметный луч света, пробивавшийся из двери, которую он открыл. Впрочем, едва ли это был настоящий солнечный свет, его должны были заслонять заросли в обители Лиа. Скорее так просто казалось, из-за обрамлявших лестницу светильников.
Так или иначе, его путь лежал наверх.
Глава девятнадцатая, в которой происходит воссоединение
Герман поднимался наверх медленно, берег силы. Уже на середине пути он заметно выдохся, но останавливаться и не думал — хотелось поскорее оставить почти опустевшую библиотеку позади. Тем более, что она, быть может, и не до конца опустела. На своем пути ему довелось миновать несколько пустых этажей, и кто знает, может быть, их хозяева не захотели или не успели встретить его в своих владениях.
Отдельные неудобства доставляли ему нож и браслет. Браслет он надел на руку, и та теперь горела, словно обожженная, но он несколько раз проверял — настоящего ожога на запястье не было. Ощущение раскаленной поверхности было иллюзорным, но не делалось от этого менее болезненным.
Перед тем, как Герман отправился наверх, Теирон в коротких словах рассказал ему, как следует пользоваться артефактами.
— Не следует ни на секунду забывать, что артефакт — это все еще живое существо, — начал он. — И Эон, и Тиу передали себя в твое распоряжение. Это высшая форма доверия, которого заслуживает не всякий смертный. И ими нельзя пользоваться, как обычными волшебными предметами. Чтобы обратиться к силе артефакта, нужно на секунду перестать существовать самому. Стать другим существом — тем, кто заключен в этой вещи. Попробуй. Возьми этот нож и отдай ему немного своей силы. Это создаст канал, по которому Эон сможет войти в твою сущность.
От такой инструкции Герману стало слегка не по себе. Позволить духу овладеть собой, впустить его в свой разум. А если он потом не захочет уходить?
Тем не менее, он, хоть и с опаской, но сделал то, о чем говорил Теирон. Сила влилась в ледяной нож, и в следующую секунду…
Герману очень сложно было описать, что именно произошло. На секунду он как будто перестал быть самим собой, до такой степени, что теперь видел себя со стороны. И то, что он видел… тело Германа — его тело! — будто бы стало с ножом одним целым. Для Германа-наблюдателя оно стало похожим на оловянного солдатика, который тоже весь сделан из одного куска олова: и сам солдатик, и его сабля.
— Любая магическая сила — так или иначе заемная, — проговорил Теирон, и Герман слышал его голос как будто издалека, хотя тот и находился совсем рядом… — Alta Varisa также, как и ваши маги, берут эту сила не спрашивая, грубо отнимают у тех, кому она на самом деле принадлежит. Но есть и другие способы получить силу взаймы, некоторые из них основаны на равноправно сотрудничестве с настоящими хозяевами этой силы. Я чувствую, что ты уже кое-что знаешь об этом. Ты обращался за силой к