– Хэин?
– Да. Сказала, что хотела позвать вас на ужин, но вы не брали трубку.
– А ты что ответил?
– Сказал, что не знаю, где вы. Я искал вас в кабинете, но вас не было на месте.
Возможно, Хэин звонила, когда Дэён только вернулся в участок и принимал душ.
– А потом?
– Она спросила, как у вас дела.
– И что ты ответил?
– Сказал, что у реки Хан нашли расчлененное тело и мы занимаемся этим делом, но так как расследование только началось, вы, вероятно, не будете так уж сильно заняты.
– А она что сказала на это?
– Сказала, что поняла, но перед тем как повесить трубку, я услышал, как она что-то пробормотала себе под нос.
– Что именно?
– Задавалась вопросом, действительно ли вы так сильно заняты.
– То есть поэтому ты все время ходил за мной по пятам? Чтобы отправить меня на ужин с Хэин?
Чхве кивнул.
– Пусть семейные драмы закончатся на шефе Ане.
Возможно, из-за частой сверхурочной работы среди детективов было много разведенных. Руководитель их отдела, шеф Ан, был одним из таких людей.
– А ты уже решил, что пришла моя очередь?
– Просто переживаю. Зачем бы еще мне звонила ваша жена? Да и, если честно, вы в последнее время действительно выглядите сильно озабоченным.
– Возвращайся к работе. Со мной все в порядке.
– Извините, если обидел вас. – Детектив Чхве слегка склонил голову и развернулся.
Дэён достал еще одну сигарету и снова закурил. Он никогда не игнорировал звонки Хэин. И когда он проверял телефон, выйдя из душа, пропущенных вызовов не было.
Выходит, Хэин намеренно звонила Чхве, чтобы узнать о Дэёне. Но зачем? Из их разговора она уловила ключевые слова: «река Хан», «расчлененное тело», «не сильно занят». Если бы Хэин действительно была той, кто сбросил тело в реку Хан, она бы знала, что, несмотря на обнаружение тела, никаких зацепок они найти не смогли. После разговора с Чхве она позвонила Дэёну. Что еще она пыталась выяснить? Тот факт, что она все же решила позвонить ему, означал, что она не получила нужной информации.
Дэён задумался, что именно Хэин хотела узнать во время их разговора. Единственные ключевые слова, которые он произнес и которые могли ее зацепить, это «дело об убийстве», «полицейский участок» и «видеонаблюдение». Слова об убийстве ничего бы не дали ей, так как о расследовании уже упоминал Чхве. Упоминание о записях с камер видеонаблюдения также не имело смысла, потому что Дэён не вдавался в подробности. Тогда, возможно, полицейский участок? Эта мысль заставила его потушить сигарету и быстрым шагом направиться к своей машине.
Хэин подозревала его в чем-то. И разве она не пыталась узнать его местонахождение? Дэён вставил ключ в багажник, тот резко открылся.
* * *
Хэин коснулась экрана телефона и посмотрела на часы – 1:20. На парковке царила тишина. Только что отъехала патрульная машина, увозя какого-то пьяного дебошира. Темнота окутывала все вокруг, лишь кое-где пробивался свет.
Она достала из кармана ключи от машины Дэёна. Казалось, никто не заметит, если она обыщет его автомобиль. А даже если ее и увидят, это не должно вызвать никаких подозрений.
В окнах второй группы по расследованиям особо тяжких преступлений все еще ярко горел свет. Хэин вышла из машины, инстинктивно пригнулась и затаилась между автомобилями. Ее дыхание участилось, сердце громко стучало. Если бы ее заметили, то точно приняли за воровку.
Осторожно выпрямившись, она медленно пошла между машинами. Она остановилась рядом с автомобилем Дэёна, сделав вид, будто это ее собственная машина и она собирается уезжать. Ей повезло, что было темно – никто не мог разглядеть, как сильно дрожит ее рука, сжимающая ключ. Раздался щелчок, водительская дверь открылась. Хэин села за руль и открыла бардачок. Она направила на него телефон, чтобы свет от экрана помог разглядеть то, что лежало внутри. Но, кроме пары хлопчатобумажных перчаток, стопки документов, техпаспорта и пустой бутылки из-под ополаскивателя для рта, она ничего не обнаружила. Хэин открыла консоль между сиденьями, но там тоже ничего не было.
Попытки найти что-либо связанное с Тэгоном казались тщетными, и это немного успокоило Хэин. Она решила проверить багажник. Как только он открылся, ей в нос ударил резкий запах. Еще до того, как она успела подсветить багажник телефоном, Хэин поняла, что внутри лежало что-то крайне неприятное.
Она заглянула внутрь, багажник был забит двумя большими мусорными мешками. Черное пятно на полупрозрачном пакете выглядело жутко. Неужели это кровь? Хэин открыла один мешок. Несмотря на слабый узел, руки ее дрожали так сильно, что она едва смогла его развязать. Как только ей это удалось, резкий запах стал еще сильнее. Даже на первый взгляд количество следов крови казалось ужасающим. Можно было легко сделать вывод, что человек, засунувший все это в пакет, явно не вытирал потекшую из носа кровь и не убирал следы какого-то случайного происшествия. При потере такого количества крови человек просто умирает. Может, это улики? Но ни один полицейский не собирает доказательства с места преступления в мусорный пакет, тем более не оставляет их у себя в багажнике. К тому же полицейские и не убираются на месте преступления, так что это не обычный мусор.
Хэин дрожала всем телом, у нее было дурное предчувствие. Убийство? Она развязала узел второго мешка. Внутри оказались пропитанные кровью бумажные полотенца, простыни, ее нижнее белье и косметика, зубная щетка и другие предметы, которые хранились в квартире Тэгона.
У Хэин подкосились ноги, и она рухнула прямо на землю. Доказательства убийства Тэгона были здесь. Прямо в багажнике машины Дэёна. Он убил его.
Она подозревала, что муж, так или иначе, причастен к исчезновению Тэгона. Но одно дело – просто подозревать его, а другое – увидеть доказательства этого своими глазами. Разрозненные кусочки пазла сложились в единую картину.
Поэтому Дэён забрал записи с камер видеонаблюдения в офистеле – ему нужно было стереть все следы преступления. Охранник запомнил его лицо, и поэтому его вынудили сброситься с крыши. Чемодан с расчленённым телом, найденный в реке Хан, выглядел так же, как тот, что купила Хэин.
Теперь все стало на свои места. Дэён убил На Тэгона и пытался свалить вину на нее, заставив избавиться от тела.
Хэин тихонько застонала. Она наконец поняла, почему ее так тревожила просьба Тэгона. Ее смущало, что он оставил подарок для представителя Ассамблеи в сейфе квартиры офистеля и просил забрать его так, чтобы никто