Мне сначала хочется выразить протест, но потом я понимаю, что действительно очень устала и соглашаюсь, откидываясь в свои подушки. Рубит…
Демид оставляет мне на столике чай, забирает Летту, ружье и выходит из дома.
Снится мне всякая тревожная, болезненная муть, в которой я ругаюсь с мамой. Ее образ размыт. Но я очень хорошо ловлю эмоцию: она против наших отношений с Демидом. Просто не понимает, как я с ним счастлива! На моей руке кольцо… оно немного велико мне, но невероятно красивое: в центре расположен большой рубин, а по краям россыпь мелкого хрусталя. Я знаю, что изнутри кольца нанесена гравировка: «ничего не бойся». От этих слов у меня начинает сильнее биться сердце.
За окном утро… и я впервые провела с Демидом ночь. Свою первую ночь с мужчиной в жизни! Во мне ещё плещется все наше трепетное и сокровенное: взгляды, эмоции, поцелуи, признания, горячий шепот и это ощущение твердости решения быть вместе до конца. Я готова защищать его сейчас до самоотречения!
Мама же обвиняет меня в том, что я выросла неблагодарной дрянью. Пугает, что положу под «этого деревеншину» всю свою молодость, талант, образование… Что буду растить ребенка на гроши, по уши в грязи. Что она не для того по ночам мыла в подъездах полы, а потом ходила на пары в химико-биологический институт, в котором ничерта не понимала, но знала, что там учатся самые завидные женихи города!
Я кричу в ответ, что она просто никогда не любила папу! И вообще деньги — это не главное! Я не хочу, как они, спать с мужем в разных спальнях, а на людях делать вид идеальной семьи!
Мама дает мне звонкую пощёчину.
Захлебнувшись в слезах, я вылетаю из гостиной и…
— Люба! Люба, черт! Проснись, я прошу тебя! — Звучит в ушах голос Демида.
Спутав сон и реальность, мне кажется, что он стоял все это время за дверью, и я, рыдая, бросаюсь ему на шею с извинениями. Господи, как мне стыдно за маму!
— Они не понимают! — Лепечу, заикаясь. — Они просто тебя не знают! Не знают, что ты у меня самый лучший! И ты тоже получишь диплом и все сможешь!
— Люба… — ломается голос Демида. — Любушка, тише. Это сон. Это всего лишь сон. Ты со мной. Посмотри, я елку принес. Мы сейчас с тобой поужинаем и будем ее наряжать.
Постепенно приходя в себя, я чувствую какую-то оглушенность. Дезориентировано хлопаю глазами, осматриваюсь по сторонам и облизываю сухие губы.
Действительно сон. А какой реальный... И больше похож на новое воспоминание.
— Давай, попей чайку, — приставляет к моему рту чашку муж.
Я делаю несколько глотков и выдыхаю.
— Скажи, — заглядываю в глаза Демиду, — а твои родители тоже были против нашего брака? Как и мои?
— Нет, — пожимает муж плечами. — Моя мама благословила нас с тобой. Разрешила взять прабабушкино кольцо.
— С рубином? — Перебиваю его. — И там еще гравировка!
— Да…
— Где оно? — Спрашиваю взволновано. — Почему я его не ношу?
— Ты… — почему-то нервно сглатывает Демид. — Ты вернула его, когда от меня уходила.
— Ты можешь мне его принести? — Сжимаю умоляюще его руку. — Пожалуйста.
— Люба… это ни к чему. И оно тебе велико, — почему-то начинает сопротивляться Демид.
— Ты… — сникаю, чувствуя, как внутри все начинает дрожать. — Ты мне отказываешь? Потому что я ушла? Оно больше не мое? Ты же говорил, что хочешь со мной заново все…
Демид порывисто зацеловывает мои руки.
— Оно только твое. Всегда было. Я просто не хотел бы давить, ты понимаешь? У тебя сейчас все будоражит воспоминания.
— Я хочу его носить, — говорю немного истерично. — Мне очень нужно!
— Хорошо, — кивает муж и уходит к деревянному серванту.
Открывает верхний шкафчик, ныряет в него пальцами и через несколько секунд возвращается с бархатной тряпочкой на ладони.
Присев рядом со мной на диван, он раскрывает ее и подрагивающими пальцами достает то самое кольцо, которое я только что видела во сне. И медленно, пронзительно смотря мне в глаза, Демид надевает его мне на безымянный палец.
Я будто зачарована и не могу пошевелиться.
В углу на полу вдруг вспыхивает желтым светом и начинает мигать гирлянда.
— Ты смотри, сама починилась! — Нервно хмыкает Демид. — Чертовщина прям…
Я перевожу взгляд с гирлянды обратно на кольцо и, наконец, чувствую, как будто с сердца снимается металический обруч. Оно на мгновение сжимается, сбивается с ритма, но зато в следующую секунду, будто глотнув воздуха, успокаивается и начинает биться абсолютно ровно. Без боли… к которой я давно привыкла.
По телу разливается тепло. Даже моим всегда холодным ногам вдруг становится жарко.
— У тебя нет температуры? — Тут же реагирует Демид. — Щеки порозовели…
— Нет, — я перехватываю его руку и прижимаюсь к ней щекой. — Нету у меня температуры. Мне просто стало лучше.
— Хм… ну тогда я сейчас мясо поставлю, и пойдём наряжать елку.
— Елку… — повторяю за ним и прислушиваюсь к своим ощущениям.
Я очень люблю наряжать елки!
Поймав общую трепетную эмоцию, мы тянемся к друг другу губами, но вдруг с улицы слышится шум моторов, а по окнам бьет свет ярких фар.
— Что это? — Дергаюсь я. -Сиди здесь и не выходи. Я выйду и проверю, кого там принесло. — Требовательно говорит Демид. — Ты поняла?
Глава 11
Демид
Конечно, я уже нутром чую, что от вечерних гостей ничего хорошего ждать не следует. Но все еще надеюсь на лайтовый вариант в лице каких-нибудь заблудившихся охотников или подвыпивших отдыхающих из домиков за оврагом. Лишь бы не менты…
Приглушаю свет, чтобы не было случайно заметно в окнах теней, набрасываю дубленку и выхожу на улицу вместе с собакой.
— Летта, рядом, — говорю ей строго.
Пушистые уши стригут воздух, реагируя на интонацию.
Закрываю дом на всякий случай и иду к забору.
Распахиваю калитку я в тот самый момент, когда из двух черных внедорожников начинают высыпаться подкачанные ребятки в черных пальто. Вжимают бритые налысо головы в воротники.
Мда… на охотников и отдыхающих похожи мало.
Делая вид, что вывел собаку на прогулку, пристегиваю к ошейнику поводок.
— Добрый вечер… — подходят ко мне мужики стеной.
— Добрый, — останавливаюсь и по-привычке раскладываю в голове расстановку сил на случай, если придется применять к незваным гостям силу. — Вы по какому вопросу? Заблудились? К домам отдыха нужно сворачивать чуть позже…
Двое мужиков молча подкуривают сигареты, а третий достает телефон и поворачивает его ко мне экраном.
— Вот эту девушку не встречали? — Демонстрирует несколько фотографий Любы. Она