Поэтому не всегда у меня получится действовать напрямую.
— Также он просит передать наработки по дрону нашим учёным, — продолжил Дружинин.
Вот тут я напрягся. Собственно, услышал то, чего и опасался при выкладке видео. И ещё раз убедился, что сделать это без согласования было верным решением.
— Этот дрон создал Максим Позняков. Пустой из общины, если помните.
— Помню. Талантливый парень, — Дружинин отвёл взгляд.
Видимо, ему самому не нравился этот разговор. Но Дружинин лишь передавал распоряжения начальства.
Причём я сразу после закрытия разлома отправил запрос на рассмотрение проекта Максима. Мне на это ничего не ответили.
Зато после выкладки видео с указанием автора изобретения сразу все разродились!
— Я передам дрон. Но с условием, что Максима возьмут на работу в исследовательский отдел. На полноценную работу, с зарплатой и перспективами. И помогут с патентом. Не отберут его разработку, а оформят как положено, с указанием авторства.
Дружинин помолчал, обдумывая.
— Сомневаюсь, что ФСМБ согласится на такие условия. Скорее Максиму предложат единовременную выплату. Крупную сумму, которой хватит на безбедную жизнь.
— С патента он заработает гораздо больше. И получит признание. Для Пустого это важнее денег. Хотя… это не мне решать.
Куратор вопросительно посмотрел на меня.
— Поговорите с Максимом. Честно объясните все варианты, обозначьте, какой доход он может получить в каждом случае. Пусть сам выберет. Это его изобретение и его право.
Дружинин кивнул.
— Вы потом тоже с ним поговорите, — догадался он.
— Обязательно. Этот парень — Пустой, который создал дрон, способный работать в разломах. То, что не удавалось целым институтам с миллиардными бюджетами. Люди должны об этом знать. Это важно. Для всех Пустых важно.
Куратор вздохнул, но спорить не стал. Видимо, уже понимал, что это бесполезно.
— Хорошо. Передам Крылову ваши условия.
— Какая вторая новость?
Дружинин снова огляделся. Понизил голос почти до шёпота:
— Менталисты уже начали работать с Таисией. С её воспоминаниями очень сложно — слои контроля наложены один на другой, перемешаны с реальными воспоминаниями. Но одну важную вещь удалось выяснить.
— Какую?
— Таисия не может объяснить почему, но она знала, что в вашей комнате произойдёт что-то плохое. Хотя даже не знает, что именно. Но пришла это предотвратить.
— Подождите. Она пришла меня предупредить? Не заманить на концерт?
— Именно. Ментальное воздействие работало на две команды. С одной стороны, Таисию использовали для слежки за вами. С другой — она должна была вас защищать.
Картинка в голове начала складываться. И мне она совсем не нравилась.
— Значит, если за всем этим стоит Учитель, то он вовсе не пытается меня убить.
— Это выглядит как какое-то изощрённое покровительство, — мрачно кивнул Дружинин. — Аналитики ФСМБ думают так же. И, честно говоря, это пугает их больше, чем предыдущая версия с вашим устранением. Потому что мы не можем знать, чего конкретно он от вас хочет.
Глава 9
Центральное здание ФСМБ возвышалось над Лубянкой серой громадой этажей. Максим Позняков остановился у входа, задрал голову и сглотнул.
Вот уж куда он точно не планировал попасть в этой жизни.
— Не трусь, — Вероника легонько толкнула его в плечо. — Они нас позвали, а не мы их. Значит, им от нас что-то нужно.
Максим кивнул, но легче не стало. Было у него такое убеждение, выстраданное годами: от власти ничего хорошего ждать не стоит. Они никогда не вставали на его сторону. Даже когда он был прав.
Взять хотя бы тот случай с исключением из колледжа. Максим тогда апелляцию подавал. Собрал документы, написал объяснительную, приложил характеристики. Ответ пришёл через два дня: «Директор действовал в рамках своих полномочий. Апелляция отклонена».
Даже разбираться не стали. Пустой — значит виноват по умолчанию.
Максим научился не ждать справедливости. Научился рассчитывать только на себя. И на общину, конечно. Там хотя бы все свои.
— Пошли, — Вероника решительно толкнула входную дверь. — Опаздывать нельзя.
Вероника представляла юридические интересы общины Пустых. Для этого она даже получала соответствующее образование. Училась заочно в одном из колледжей по квоте для Пустых.
Максим был рад, что она согласилась пойти с ним. Один в это здание он бы точно не сунулся.
На входе проверили документы, просветили сумки, заставили пройти через рамку. Охранник — здоровый детина с нашивкой «служба безопасности» — смерил Максима оценивающим взглядом.
— Цель визита? — строго спросил он.
— Нас вызвали, — Вероника протянула официальное письмо, которое вчера доставил курьер. — Юридический отдел, кабинет 412.
Охранник сверился со списком, кивнул. Выдал два гостевых пропуска на шнурках.
— Четвёртый этаж. Лифт направо, — указал он.
Максим и Вероника быстро добрались до нужного места и вошли. Кабинет 412 оказался просторным, с длинным столом для переговоров и портретом президента на стене.
За столом уже сидели трое: двое мужчин в одинаковых серых костюмах и женщина с убранными в пучок волосами. Перед каждым лежала папка.
— Позняков Максим Дмитриевич? — уточнил мужчина, что сидел в центре. Лицо у него было такое невыразительное, словно у камбалы.
— Да, — Максим сел на стул. Вероника устроилась рядом.
— Меня зовут Игорь Петрович, я старший юрисконсульт отдела интеллектуальной собственности ФСМБ. Это мои коллеги, Антон Сергеевич и Марина Владимировна.
Коллеги синхронно кивнули, точно роботы.
— Вы знаете, зачем вас пригласили? — продолжил Игорь Петрович.
— Догадываюсь, — осторожно ответил Максим.
— Ваша разработка — дрон, способный функционировать внутри разлома — представляет значительный интерес для ФСМБ. Мы хотели бы обсудить условия её приобретения.
Он пододвинул к Максиму папку, лежащую напротив него.
Максим открыл, пробежался глазами. Цифры, пункты, параграфы… Написано юридическим языком, в котором он мало что понимал. Но одну строчку разобрал чётко: сумма выплаты.
Три миллиона рублей!
У него перехватило дыхание. На эти деньги можно купить квартиру. Маленькую, однокомнатную, где-нибудь в Подмосковье или в другом городе, но зато свою собственную.
Он уже потянулся за ручкой, но Вероника мягко накрыла его ладонь своей.
— Минуту, — она забрала папку, начала читать внимательно, страница за страницей.
Юристы ФСМБ переглянулись. Игорь Петрович едва заметно поджал губы.
Минута растянулась на пять. В кабинете повисла тишина, нарушаемая только шелестом страниц.
Наконец Вероника закрыла папку.
— Я правильно понимаю, — спокойно произнесла она, — что вы предлагаете Максиму продать все права на изобретение? Включая право на патент?
— Совершенно верно, — кивнул Игорь Петрович. — Единовременная выплата. Чистоту сделки гарантирует государство. Никаких дальнейших обязательств с обеих сторон.
— То есть ФСМБ получит патент на своё имя. А мой клиент — только деньги. Без указания авторства.
— Авторство будет указано в закрытых документах.
— В закрытых, — повторила Вероника. — Которые никто никогда не увидит.
Игорь Петрович развёл руками:
— Таковы стандартные условия