— Зачем ты об этом спрашиваешь? — процедил Шеп.
— Были и другие пожары примерно в то же время, — сказал я, кивнув в сторону дома.
Шеп нахмурился:
— Какие еще пожары?
— Пожар в женской раздевалке в средней школе.
— А, — кивнул он. — Та история с фейерверками. Директор тогда зверел.
Я не стал пока спорить:
— Потом была серия поджогов мусорных контейнеров в центре.
— Ладно, — согласился Шеп.
— А потом — пожар в туалете у тропы на реку.
Шеп стиснул челюсти, мысли начали складываться в его голове:
— Все места, где Ро часто бывала.
— Именно.
— Но ведь там бывали и другие. Фэллон, да и еще с полдюжины человек, — попытался возразить он.
— Только у них дом не сгорел дотла вместе с семьей.
Шеп уставился на меня долгим пристальным взглядом:
— Слишком притянуто. Пожары случаются. Этот был несчастным случаем.
— Может быть, — буркнул я. — Но я все равно хочу посмотреть отчеты о пожарах.
Мой друг моргнул:
— И ты хочешь, чтобы я их достал? А как, по-твоему, я это сделаю? Разве что скажу Трейсу, что ты бывший агент ФБР с какой-то чокнутой догадкой.
Одна мысль о том, что это прошлое может всплыть, сдавила грудь — стало трудно дышать.
— Что-нибудь придумаешь. Прояви фантазию.
— Трейс не поверит, что я вдруг стал каким-то криминальным Шизофреником из «Игры разума».
— Скажи, что тебе что-то не дает покоя в этом пожаре. Что ты немного покопался. Это звучит правдоподобно.
Желание послать все к чертям и убраться отсюда подальше было почти невыносимым. Я хотел быть как можно дальше от всего, что связано с извращенными умами и злом. Но если кто-то действительно поджигал те места, где бывала Ро — этот кто-то был именно таким.
Шеп выругался:
— Ладно, постараюсь. Но учти — Трейс начнет копать сам. Будет здесь чаще.
Я сглотнул, борясь с неприятным ощущением при мысли о полиции рядом со мной — слишком много плохих воспоминаний. Но если кто-то целенаправленно преследовал Ро, именно этого ей сейчас и нужно.
***
Я вышел на улицу в легкий вечерний ветерок и в последний раз сорвал с лица маску. Господи, как же я их ненавижу.
Остальные из бригады сделали то же самое, направляясь к своим машинам. Только Оуэн замешкался, не торопясь к своему потрёпанному пикапу.
Я наконец посмотрел в его сторону.
Он смял маску в руке, уставившись в гравий:
— Ты был прав.
Я молчал, давая ему возможность выговориться.
— Про этот чертов каркас. Пахнет гарью, — пробурчал Оуэн.
Со мной такое случается нечасто, но сейчас мне захотелось усмехнуться.
Наконец Оуэн поднял взгляд:
— Извини, что вел себя как мудак. Терпеть не могу такие дотошные штуки. Поэтому я и в отделке полный ноль.
— Понимаю, — отпустил я его. — Гораздо приятнее видеть быстрый результат каждый день.
— Ага. — Он кинул взгляд на дом. — Меня начинает корежить, когда слишком долго работаю в одной точке.
Я нахмурился, вспоминая кое-что из его поведения раньше. Похоже, у Оуэна СДВГ. Это многое объясняло — тяжело часами сосредотачиваться на одном и том же.
— Завтра буду менять тебе задания каждые пару часов. Может, и не то, что тебя вдохновляет, но хотя бы не заскучаешь.
Оуэн посмотрел на меня:
— Было бы круто. Спасибо.
— Без проблем.
— Мы с Карлосом собираемся в бар. Не хочешь с нами?
Я покачал головой:
— Нет, я пас. Но спасибо.
Оуэн расплылся в улыбке во все зубы:
— Не удивлен. Ты прямо-таки предан этому образу одинокого волка, начальник.
Я нахмурился, что вызвало у него еще больший смех.
— До завтра, — крикнул он, махнув рукой.
Я не ответил. Даже не знал, что хуже — Оуэн в своем детском режиме или в дружелюбном.
Звонкий смех заставил меня обойти дом и выйти к гостевому коттеджу. Но стоило мне увидеть, что там происходит, я застыл на месте.
Ро поставила разбрызгиватель на клочке травы — наверное, чтобы семена лучше взялись и поросло поровнее. Но у Бисквита, судя по всему, были совсем другие планы. Непропорциональный пес радостно лаял, набрасываясь на струи воды.
— Бисквит! — крикнула Роудс. В голосе не было ни злости, ни раздражения. — Ко мне!
Пес бросился в ее сторону, но, едва приблизившись, юркнул в сторону. Она нырнула за ним, пытаясь схватить за ошейник, но промахнулась и угодила прямо под струю.
Она взвизгнула от ледяной воды, а потом снова расхохоталась:
— Ты именно этого и добивался, да?
Бисквит ответил заливистым лаем.
Ро перепрыгнула через разбрызгиватель, погнавшись за ним. Они устроили какую-то свою игру в догонялки, понятную только им двоим. Мокрые пряди ее темных волос прилипли к лицу, майка и шорты облепили тело. Но она выглядела… счастливой.
В груди шевельнулось какое-то странное чувство. Нежеланное, чужое. Но я не мог оторваться. Меня тянуло ближе — к этому свету и хаосу.
Бисквит заметил меня, весело гавкнул и подбежал, остановившись буквально в полуметре. Потом встряхнулся. Я бы не подумал, что в таком некрупном псе может быть столько воды, но через пару секунд я стоял насквозь мокрый.
Ро в ужасе прикрыла рот рукой, а потом прыснула от смеха, разглядывая меня.
— Ты смеешься надо мной? — процедил я.
Она широко улыбнулась:
— Ни за что.
Я сузил глаза:
— Если бы ты нормально дрессировала собаку, этого бы не случилось.
— Правда?
— Да, — отрезал я.
Но она двинулась быстрее, чем я успел среагировать. Мгновенным движением схватила разбрызгиватель и направила струю прямо на меня:
— А вот это? Этому я тоже могла бы его научить?
Бисквит запрыгал, обожая новую игру.
Ледяная вода хлестала по мне. Я пустился в бег, даже не успев об этом подумать.
Ро закричала, когда я накинулся на нее, обхватил за талию и втолкнул в струи воды:
— Она ледяная!
— Ты так думаешь? — крикнул я в ответ.
— Сдаюсь! Сдаюсь! — завизжала она.
Я вытащил ее из-под воды, но руки отпускать не спешил.
Ро откинула мокрые волосы с лица, ее ореховые глаза поймали мои. Дыхание у нее перехватило, взгляд скользнул к моим губам.
Грудь ее вздымалась, прижимаясь ко мне — столько жара, несмотря на ледяной душ.
Мне надо было отпустить ее. Сделать шаг назад.