От мыслей о зельеварении привычно скрутило желудок. Но почти сразу отпустило. У меня есть Рилан, и мы справимся.
— Надо начинать с твоей мачехи, — решила я. — Выяснить ее мотивы. Пригласи ее на кофе? Дань вежливости жене отца?
Рилан кивнул.
— Договоримся. Сегодня же. А пока… — Он потянулся ко мне, убирая с лица прядь волос. — Пока давай просто… побудем вместе? Без бумаг, без зелий, без врагов.
Его губы коснулись моих — мягко, нежно, совсем не так, как вчера. Это был поцелуй умиротворения. Я ответила, растворяясь в этом моменте покоя.
Мы лежали молча, обнявшись, слушая, как шумит за окном город, и наслаждаясь хрупким спокойствием. И тут мой телефон блямкнул, сообщая о новом письме на почту. Я спокойно потянулась, уверенная, что это что-то неважное, потому что с важным и срочным друзья и родные или звонят, или пишут в мессенджер.
Но тут же застыла, в ужасе уставившись на экран…
Глава 19
Я молча протянула телефон Рилану, потому что прочитанное накрыло меня с головой, перекрыв дыхание. Вообще, одной темы письма хватило, чтобы сердце замерло, а внутри все похолодело: «Перенос практического зачета по Зельеварению».
Как-то сразу я поняла, что сроки не увеличиваются, а сжимаются, как удавка. Так оно и было. В тексте бодро бубнилось про «чрезвычайную загруженность экзаменационной комиссии», в связи с чем даты почему-то не отодвигались, а придвигались. На целых семь дней. Семь! Меня слегка замутило.
Рилан взял меня за запястье — его пальцы были теплыми и твердыми.
— У нас же осталось еще время? — озабоченно уточнил он, и в его глазах загорелся уже знакомый решительный огонь. — Мы используем каждый час. Каждую минуту. Они хотят боя? Они его получат. Ты сдашь зачет на отлично, обещаю!
— А если нет? — вырвалось у меня сдавленное. Страх, знакомый и липкий, подполз к сердцу. Провалить зачет — значит потерять почти все. Академию. Будущее. — Они не допустят меня к экзаменам, и Аманда победит.
— Ты сдашь, — твердо пообещал Рилан. Его рука сжала мое запястье чуть сильнее, передавая уверенность. — Мы знаем их план. Они хотят, чтобы ты запаниковала и сломалась. Не доставим им этого удовольствия.
— Ты прав, — воодушевилась я, притягивая к себе парня, чтобы поцеловать. — Просто я боюсь зельеварения до трясучки, вот и паникую.
— Примерно как я — бухгалтерии? — Рилан подмигнул, целуя меня в ответ.
— Да! — Я рассмеялась. Его уверенность была заразительна. — Значит, готовим меня к зачету и параллельно — ищем грязь на наших «доброжелателях». С Элеонорой встретимся сегодня?
— Сегодня, — подтвердил Рилан. — Я позвоню ей через час, скажу, что хочу обсудить… ну, скажем, благодарность за вчерашнее предупреждение о ревизорах. Пригласим ее в «Тайный дворик».
И тут его собственный телефон загудел на тумбочке, прерывая наши планы. Рилан нахмурился, увидев имя.
— Гарт? — Он поднес трубку к уху. — Да, слушаю… Что? — Его лицо мгновенно помрачнело. — Повтори… Да, я понял. Спасибо, что предупредил.
Рилан отключился, медленно опуская руку, будто телефон весил тонну. Ледяная ярость в серых глазах смешалась с внезапной щемящей пустотой.
— Что случилось? Он разозлился из-за поддельной печати? — забеспокоилась я.
— Хуже, — процедил Рилан. — Кто-то оказал серьезное давление на руководство «Лунных путей». Они разрывают со мной контракт о поставках — любых! А некоторые ингредиенты для защитных средств от солнца можно купить только у них.
У меня похолодело внутри. Защитные средства от солнца Рилан поставлял по эксклюзивному контракту старейшине вампирского клана Эрдехази. Это был один из пяти или шести самых крупных источников его доходов. И если речь именно о них…
— Срок сдачи — через три дня, — косвенно подтвердил мои подозрения Рилан, сжимая кулаки. — Три дня, Ямира.
— Но… Кто? — пробормотала я, уже зная ответ.
— Как ты думаешь? — Рилан вскочил с кровати и начал метаться по комнате. — Аманда. Или отец. Или они вместе. Это удар ниже пояса. Если я не смогу выполнить заказ Эрдехази, они разорят меня штрафами. И репутация… — Он провел рукой по лицу, пытаясь стряхнуть хотя бы внешние признаки волнения.
— Значит, надо найти альтернативу! Срочно! — вскочила и я. Меня буквально трясло от злости. Бизнес моего парня опять мог рухнуть из-за подлости Аманды. — Или… или договориться с Эрдехази об отсрочке? Объяснить ситуацию?
— Отсрочка? — Рилан горько усмехнулся. — Мне платят за результат и пунктуальность. Невыполнение контракта — это катастрофа. Есть пара рискованных не очень законных вариантов или черный рынок, где цены до небес, а качество… — Он глубоко вдохнул и попытался улыбнуться. — Ладно. Паника сейчас — роскошь. Сначала зачет. Потом — Эрдехази. Потом — Элеонора. Один шаг за раз.
Через пятнадцать минут мы стояли в лаборатории. Рилан быстро собрал на столе нужные ингредиенты.
— «Щит Разума», — его голос приобрел четкие, преподавательские нотки, — не самое сложное зелье, но одно из важнейших, особенно сейчас. Оно создает временный ментальный барьер против прямого воздействия — гипноза, внушения, попыток прочесть мысли или, как в моем случае, «заморозки воли». Малейшая ошибка в пропорции или времени настаивания — и вместо щита получишь…
— Зелье «Головокружительной неразберихи»? — пошутила я, но под суровым взглядом Рилана затихла.
Да, в глубине его серых глаз искрили смешинки, а уголки рта предательски дернулись, но он прав: сейчас я студентка, а рядом мой гениальный учитель. И веселиться нам некогда.
— Основа — дистиллированная вода, заряженная лунным заклинанием. — Рилан налил мерцающую жидкость в колбу. — Ее нельзя взбалтывать, только аккуратно помешивать по часовой стрелке трижды. Потом — пыль измельченного нерихтового камня. Четко одна десятая часть унции.
Я сосредоточилась, руки почти не дрожали, когда я отмеряла бело-серебристый порошок. Мысли о том, как выкрутиться с Эрдехази и что мы станем говорить Элеоноре, я гнала прочь. Здесь и сейчас — только зелье.
— Медленно вводи в колбу, — командовал Рилан, наблюдая за моими движениями. — Теперь — три капли эссенции серебристого папоротника. Капля… капля… капля. Интервал — пять секунд. Считай про себя.
Я считала, концентрируясь на звуке падающих капель. Только они и направляющий меня голос.
— Хорошо, — одобрение Рилана прозвучало как глоток воздуха. — Теперь — самый ответственный момент. Еловая смола, расплавленная в огне истины. — Он поставил передо мной маленький пузырек с густой, темно-янтарной жидкостью. — Всего одна капля. Но она должна упасть точно в центр, не касаясь стенок колбы. И сразу после этого — энергичное, но