— А данные?! — возмутилась Балдынова. — Я два часа ковырялась с таблицей!
— Вытащу. Там плата защищённая. Иди, от песка отмойся. Выдра.
— Вл-ла-ды-ы-ыка-а… — прошипела доведённая до ручки охотница. — Вы меня решили простимулировать на кач?! Считайте, у вас это получилось!…
Кудрявый заржал.
***
— Д-д-д-д! — стучали Сашкины зубы.
— А я зиму больше люблю, чем лето, потому что зимой я большой и тёплый няша, а летом — жирная и потная сволочь, — вздохнул дядь Ваня на ветру.
Кругом красовалось море разливанное — а точнее болото, нашими стараниями. И сие болото на подмосковном морозце бодренько так покрывалось корочкой льда…
— Эх ты, несчастьице, — покачал головой Мустанг, прикуривая и организовывая ей персональный обогрев. Заодно и Стаську просушил — Стаська всё ещё плевалась и крайне злобно на нас косилась. Пока не зная, кого ей адресно “благодарить” за во-о-от таке-е-енный сюрприз!…
— К лицам, проживающим в радиусе двадцати кэмэ от места аварии обращаться с приставкой "фон", в радиусе десяти кэмэ — "ваша светлость", в радиусе пяти кэмэ -"ваше сиятельство", — решил меня подставить покуривающий Шмулик. Радостно посверкивая глазами и мысленно потирая лапы.
Паскуда.
Игорь молча показал ему кулак. Шмулику взгрустнулось…
Не въехавший в опасность ситуации, Банни подхватил тему:
— Не, ну эт к вопросу: если бы у вас вместо часов на запястье был термоядерный реактор, и вы бы не были ограничены в энергии — что бы было? Было бы очень весело… А так — ещё Кларк сказал: любая, достаточно развитая технология — неотличима от магии!
— Банни, — с жирным таким намёком начал Арсеньев.
— Ой, так а про дракона-то забыли! — заключил воздушник, внезапно совершив мыслями очередной кульбит.
— Не забыли, — с немалым удовлетворением отозвался гильдмастер. — И вот ты сейчас и поскачешь, ветерком — раздуплять, кто тут где торчит, по соседству.
— Ну владыка! — взмолился уставший Стасик. Но Ковбой был неумолим…
Печальный маг побрёл искать местную вышку — всё-таки, ветер проще отправлять откуда-то с верхотуры, чем дополнительно корячиться с восходящими потоками. После такого расхода резерва.
***
Вместе с доп транспортом на площадку приехал Пашка. С Настей. Привезли Шуркиного малого. Ну и собирались же этих два тела конвоировать со старой на новую хаты — Немоляев из форменных штанов выпрыгнул, но организовал всё по форс-мажорным протоколам. Мол, в той семье ребёнку угрожает опасность! В том числе потому, что мы накосячили, ай-яй-яй!… Товарищи, нельзя так!
Ну, руководство рангами повыше — тоже не дураки. Дали ход, по внутрянке… Потому что: ну а на хера в стенах ЗД создавать отрицательный прецедент для самих охотников? Так и до бунта, в один прекрасный день, недалеко… И что, что эту соплю пока никто знать не знает, и в глаза не видел? Сегодня — не знают, завтра — у каждой собаки на слуху… Фиг ли рисковать?
Антошка, очень даже по-свойски спрыгнув с подножки, ринулся к сестре.
Сашка всё ещё ошалело хлопала глазами на округу — нормальную округу! — и похоже, не могла поверить, что она вообще сюда вернулась… В связи с чем упорно толклась у меня под боком. Ну просто на всякий случай. Ещё бы за ручку взяла, чтобы не потеряться!… Прямо пупс в большом, незнакомом магазине! Паганель уже пошутил на тему импринтинга у цыплят…
И, вполне логично, их куча-мала рухнула сверху, на мои вытянутые ноги. А я, блин, только-только намылилась смачно потянуться!
Пашка подозрительно знакомо закатил глаза, и за шкирки растащил воссоединившееся семейство. Мелкого, для повышения понятливости, тряхнул за шиворот.
Антоха совершенно неожиданным образом клацнул на него зубами:
— Моё! — Пашкины брови поползли вверх:
— Тебя тут не стояло.
— Моё, говорю! — насупился мелкий. И пока стриж думал, чего с этим сопливым хамлом делать, Арсеньев, обозрев, возмутился:
— Змейка, почему у тебя так много детей? И сука, они всё прибывают, и прибывают, и все — не от меня?? Нет, я не самый бедный папа на свете, но не пора ли нам репетировать сам процесс их производства? Откуда эти паразиты вылупились в таких количествах?!
Я натурально закашлялась:
— Слушай! Вообще-то, они все — не родные!
— А это совсем не важно, мать-героиня… — быстро склонившись, цапнул меня за нос и снова покосился на Сашку. Шипилова, похоже, крепко думала. Например, как она дошла до жизни такой?
— Исторически, у всех королей и прочих засранцев, жёны занимались благотворительностью, — как бы между делом, заявил Мустанг. Покосился на моё раздосадованное лицо, и… подмигнул. Показывая глазами на ощутимо повеселевшего Игоря… Чёртов домашний манипулятор!
Нет, реально: этот шитый белыми нитками пассаж заметно понизил недовольство Кудрявого.
…
Цирк! Бесплатный цирк, и я в нём живу…
***
Всего-то под Краснознаменском, нашёлся приличный мир — со жратвой и кучей гор. Нашёлся, ценой четырёх пар мокрых штанов замерщиков на предыдущих точках… Наверное потому, что когда к тебе подлетает нечто не совсем материальное, приобнимает за плечи и ласково так интересуется: “Чё почём?” — трудновато удержаться, и не опозориться…
Да, Банни сорвался хоть на ком-то. Эдак нехорошо пошутив.
А заходить туда должны были Мстишка с Терминатором — пятёрка из Магнусовых…
— Вообще, в миру Терминатора зовут Вадим. Почему именно “терминатор”? Потому что пару раз просыпался на улице, голым, — притормозив на перекрёстке с Боровским и дожидаясь зелёного светофора, в охотку объяснял мне Арсеньев. — Так что не обманывайся его рязанской рожей приходского батюшки.
Вадя оказался широк, мордат и обманчиво-благообразен. Реально — на воспитанного батюшку похож. Первый раз вижу упитанного (!) стрижа.
Ну относительно упитанного, конечно… Но он реально — кровь с молоком, как Балда в одноимённой басне у Пушкина!
— О, привет! — засветил щёки с ямочками этот индивидуум. Румяные-румяные, прям наливные яблоки. — Вася.
— Без приветов! — отбрил его Мстиш. — Ундина есть, Лилит есть, Лейла есть? Нехер пасть разевать на чужое…
— Да Евка тусит только с Пижоном и Лютиком, — сразу погрустнел мужик. — А Лейла, хоть и хороший рог — совершенно антисоциальна. Общается только с Яном и Аконитом. И иногда — с Бурятом, и то — только по рабочим вопросам. Ундина вообще — чаще мордой по столу возит, чем разговаривает… Толку с них? Если б хоть улыбались почаще! Но