— А какой из них свободен? — Выскочившая в коридор Маруська сначала оценивающе оглядела демоненка, потом перевела взгляд на стоящего в дверях кухни Камиля.
— Вы сестры? — с плохо скрываемым сарказмом поинтересовался демоненок. — Чувствуется некий общий стиль в воспитании.
— Двоюродные, — хмыкнула я, подмигивая Марусе и кивая в сторону Вени.
Пусть развлекается, если приглянулся. Мне не жалко… С моей кузиной ни один мужик долго не выдерживал.
— Хм, то есть тоже может быть одаренная? — Глаза у Вени азартно засверкали. — Ты же не против конкуренции в семье? — и бодро ринулся на штурм: — Рад встрече. Меня зовут Вениал, для друзей — Веня, и ко мне можно на ты. — При этом он осторожно просочился между мной и вешалкой, добрался до кузины и элегантно поцеловал ей руку.
Причем я сразу оценила, что сделано это было небрежно, исключительно с целью произвести впечатление. Вот Камиль… Камиль целует руку совсем иначе!
Скинув ботинки, я увлекла своего ведьмака на кухню.
— Как ты меня напугал, — призналась я, повиснув на мужчине и жадно целуя его в губы. — Думала, сюда добрались…
— Ну, я тоже слегка напрягся, когда услышал скрежет ключа, хлопок двери, а выйдя в коридор, обнаружил незнакомую девушку, — шепотом признался Камиль. — Чай будешь? Твоя сестра торт принесла. Огромный!
— Моя сестра любит к торту что-то покрепче чая, — усмехнулась я. — Но учитывая ситуацию…
В итоге мы сидели вчетвером на моей кухоньке, пили чай с тортом и имитировали вежливую беседу. В целом получалось неплохо, хотя мужчины старательно игнорировали друг друга.
Просто Маруська щебетала за четверых, Веня кокетничал с ней, иногда переговаривался со мной, а Камиль ухаживал за мной, иногда что-то отвечая Марусе.
Потом сестра засобиралась домой, вежливый демоненок тут же предложил услуги таксиста и охранника, а мы наконец-то остались вдвоем… и у нас были на эту ночь очень горячие планы!
Глава 18
Камиль был страстен и нежен, а я эгоистично наслаждалась. В памяти постоянно всплывала не так давно прочитанная фраза: «Мужчина счастлив тогда, когда счастлива его женщина». Подразумевалось, что довольная, удовлетворенная женщина — бальзам на мужское сердце и повод для гордости, потому что каждый мужик самонадеянно считает, что это его личная заслуга.
Ну вот… я позволяла Камилю заслуженно гордиться, потому что мне было очень хорошо! Я стонала, выгибалась, обнимала, шептала его имя… и никак не могла насытиться!
Казалось, что уже все, выдохлись, обессиленные растеклись по кровати. Камиль обнял меня, прижавшись грудью к спине… Но вдруг я почувствовала ягодицами его возбуждение, и мое тело сразу откликнулось, напряглось, внизу живота сладко заныло. И вот мы снова целуемся — страстно, быстро, жадно! Потом или я сверху, или Камиль… без разницы! Главное, у нас снова есть силы, есть желание.
Угомонились мы лишь под утро. Подозреваю, что соседи прокляли нас множество раз. Но я не ощущала ни капли раскаяния. Это была прекрасная ночь!
И утро, наступившее после полудня, было не менее прекрасным. Камиль, встав раньше меня, наколдовал нам кофе. Именно наколдовал, потому что никак иначе объяснить, почему привычный напиток оказался настолько вкусным, я не могла. А еще он наколдовал большой тульский пряник, правда, потом признался, что им его угостила какая-то добрая женщина за помощь с разгрузкой мешков.
Если я поняла Камиля правильно, он вышел поискать, где бы заработать денег, и увидел, как в ближайший продуктовый магазин привезли товар. Ну и помог продавщице с тяжелыми мешками. Где в это время таскался грузчик, осталось тайной. А вот то, что мой мужчина не чурается физического труда, порадовало.
И только после вкусного завтрака я собралась с духом и призналась:
— Кажется, Веня нашел нужного тебе демона. Осталось как-то выяснить, везунчики мы или нет. Для начала нам надо понять, на чьей он стороне. Если мы его спасем, у нас будет шанс…
— Спасти демона?! — Камиль, уже привычно собирающий посуду со стола, чуть не поперхнулся от возмущения. — Ты что, предлагаешь?..
— Я предлагаю прокрасться в бордель к Эйшет, выяснить, что там происходит с демоном, и исходя из этого действовать. Выкрасть, например…
— Надя, у тебя с головой все в порядке? — с почти настоящей озабоченностью поинтересовался Камиль, усаживаясь рядом и трогая мне лоб прохладной рукой. — Может, целителя вызвать?
— А что не так? — Состроив недоумевающее выражение лица, я энергично похлопала ресницами. — Выкрадем, а потом уже разберемся, нужен он нам или нет…
— Для начала, как ты предлагаешь заявиться в бордель? Меня там, скорее всего, узнают, тебя тоже. — Поулыбавшись на мои гримасы и поцеловав мне пальцы, Камиль отправился мыть посуду.
А я, как будто это мне больше всех надо, села продумывать план проникновения. Снова задействовать Веню уже не выйдет — нас наверняка заподозрят. Войти через черный ход? Охраны там в прошлый раз не было. Но после побега Камиля могли и выставить. Тем более нам надо не только войти, но и выйти, причем с демоном…
В итоге я поняла, что для лучшего продумывания надо уточнить некоторые нюансы:
— Алё, Вень? Можешь говорить? Слушай, а в чем сила Эйшет? Как она может удерживать демона? А он точно другого вида? Ага, спасибо.
Пока я разговаривала, Камиль, уже успевший сполоснуть кружки и блюдца, с тщательным остервенением натирал раковину. Только, судя по его напряженной спине, внимательно вслушиваясь в каждое сказанное мной слово. И едва я попрощалась, тут же повернулся.
— Я дрался со стихийным демоном, огненным, — очень медленно произнес он, с надеждой глядя на меня.
— Ну вот, угорел твой соперник от суккубьей страсти, — хмыкнула я без капли сочувствия. — И держат его теперь в полусонном возбужденном состоянии, изредка одаривая поцелуем покорности. Этого поцелуя Веня до трясучки боится. Говорит, что срабатывает на всех, только кого-то на полминуты накрывает, кого-то — на полдня. Люди вообще ручными становятся…
Нахмурившись, я с подозрением уставилась на Камиля.
— Мы с ней не целовались, — презрительно скривился тот. — К тому же я не человек.
— Странно. — Почему-то меня очень беспокоило, что свою суперсилу, действующую даже на демонов, Эйшет не стала применять на моем мужчине. Пусть он с рыжиной, все равно не повод же… Что-то тут было не так! — Знаешь, ты, пожалуй, снова посиди дома, а я прогуляюсь вокруг борделя, осмотрюсь. Внутрь залезать не стану! — пообещала, скрестив за спиной пальцы.
Но в этот раз увернуться от присмотра не удалось. Камиль уперся рогом, обещал никуда не ввязываться, ни во что не вмешиваться, действовать строго как велено… Однако отпускать меня одну категорически отказывался.
— Ты какой-то буйный матриархатовец. — Мой тяжкий вздох