Вчера, спасая мать, мне было не до вдумчивого анализа, но сегодня на одной из скучных лекций я еще раз прокрутила в голове все случившееся и твердо уверилась, что действовала не одна ведьма, а несколько. Фамильяра в расчет не берем, его, скорее всего, принесли в жертву, не спрашивая согласия.
— Завтра еще учебный день, а послезавтра выходной, — с якобы равнодушным видом напомнил Рубен, пересылая доставшийся ему от Калеба фантик обратно мне.
— А ты как, выдержишь встречу с семьей? — неожиданно забеспокоилась я. — Там же будут и отец, и тетя. Подозреваемые и в убийстве, и в подлоге завещания. Кстати! — От вспыхнувшего панического озарения меня буквально подкинуло в кресле. — Помчались в полицию, быстро! Надо натравить их на нотариуса твоей матери!
— Думаешь, они сами на него не вышли? — Сначала показалось, что Рубен не горит желанием общаться с полицейскими, но почти сразу выяснилось, что я ошиблась. Он просто параноил, что не удивительно. — Лучше в выходные скататься и посидеть с ним до приезда следователя. Иначе его тоже уберут к демонам…
Поверье, что все ведьмы после смерти уходят в нижний мир, к князьям Ада, было таким же древним, как и надежда на перерождение через сорок дней в ком-то из новорожденных. Госпоже Лейле я от души желала поскорее переродиться и лет через сто-двести снова стать верховной ведьмой. А вот ее убийцам — свалиться в Ад, желательно чертями, чтобы их пинали все, даже младшие демоны.
— Может, и не вышли, — сладко потянувшись, я все же встала из-за стола: до зуда хотелось действовать, вот только неясно как именно, — но ты прав, лучше не привлекать к нему внимания. Сначала сами выясним, получил ли он денег за молчание и свалил или его прибили уже, для надежности.
— Полицию странное завещание тоже беспокоит. — Калеб тут же подскочил и выжидающе уставился на меня. — Только у человечки иммунитет на ведьмовское влияние. Хоть вампиров привлекай, — недовольно хмыкнул он.
Логично, подобные дела доверяют только тем, кто способен устоять перед ненавязчивыми ведьмовскими чарами. А за более заметные попытки влияния на следствие можно и административку получить, или вообще уголовку. Как повезет.
— У меня есть парочка знакомых, — поддержал шутку Рубен, глядя на нас, но продолжая сидеть, развалившись в кресле.
— Давайте обойдемся без вампиров. — Меня всю перекривило. — Лучше с демонами союз заключить, чем с кровососами.
Несмотря на нейтралитет, инстинкты и память предков никуда не делась. Когда кто-то из немертвых поблизости, прямо мурашки по всему телу. Это ведьмы, у кого магия ближе к темной, нормально с ними общаются, а я хоть и огненная, но из рода природниц и целительниц. Нам с умертвиями не по пути.
— Можно и с демонами, — на удивление легко согласился Рубен.
Конечно, он хочет вычислить убийцу матери… Хотя я тоже настроена защитить свою. Однако привлекать демонов пока что рановато. Сначала надо попытаться выяснить все самим.
— Завещание подменили, черновики о слиянии пропали, артефактом госпожи Лейлы управляет кто-то даже после ее смерти, запах на втором артефакте всем знаком, но никто его не помнит, Шерил не хотела нас пускать в квартиру, а потом там вдруг все взорвалось… На жизнь моей матери покушались… — перечисляла я, загибая пальцы. — Я учусь на экономиста, и нас тоже учат анализировать поведение людей, строить логические схемы, делать выводы. Так вот, наша первоначальная задача: как-то связать все эти события.
— Все слишком уж явно утыкается в Шерил, — покачал головой Рубен, наконец-то соизволив оторвать задницу от кресла. — Она, конечно, дрянь редкая, но к моей матери относилась с уважением. Да и зачем ей ее убийство?
У меня после его слов в голове настойчиво замельтешила какая-то очень важная подсказка, неуловимая… как вампир, демоны его побери!
Глава 14
Приехавших к матери следователей оказалось двое — та самая человечка, вокруг которой кружил Калеб, и оборотень. Лис, демоны его побери! Рыжая хитрая морда, на которой большими неоновыми буквами светилось: «Достаю всех до белого каления». И он с самого начала принялся доставать — всех!
Так уж заведено, что в судах и уголовном розыске работают только люди и оборотни. Причем берут только тех, у кого имеется свой собственный иммунитет на магию, плюс увешивают артефактами от магического влияния и ежевечерне проверяют. Адвокатов и прокуроров еще и перед выступлениями осматривают, а само помещение суда обезмагичивают на время заседания…
Все это делается, чтобы обезопасить свидетелей и подозреваемых. Так как ведьмы и вампиры могут попытаться повлиять на них почти инстинктивно и получить нужные показания, от которых потом, без магии, свидетель откажется.
Опять же, когда одна ведьма расследует убийство другой ведьмы, она всегда пристрастна. Родовая дружба или вражда, семейные пересечения, общие знакомые… Да мало ли? Вампиры тоже между собой повязаны сирами, кланами, кровью и прочими нитями, за которые можно подергать. Можно поручить вампирам вести дела ведьм, а ведьмам — дела вампиров, но тут снова встает проблема магического влияния на свидетелей.
Поэтому нам пришлось терпеть этого рыжего нахала — умного, настойчивого и опытного. За время нашего уединенного диалога в материнском кабинете он вытянул из меня и про взрыв, и про переписанное завещание, и даже про нотариуса! Всего сорок минут, и я каким-то чудом выболтала ему все! Зато вспомнила, какая именно мысль не давала мне покоя:
— Я слышала, что при обыске обнаружили буклеты репродуктивных клиник. Госпожа Лейла таскала их с собой?
— Это местные клиники, не из Глостерсолла, — неожиданно прямо ответил на мой вопрос лис, загадочно ухмыльнувшись. — Госпожа Лейла посетила их или собиралась посетить. Увы, но точнее ответить не могу, так как сотрудники ничего нам не говорят. Врачебная этика.
Кавана. Капитан Исаак Кавана. Рыжий, веснушчатый, зеленоглазый, вечно улыбающийся. Так бы и… прибила чем-нибудь!
Не говорят ему ничего, как же, демоны его побери!
Из парней он тоже вытянул все, точнее — практически все. Никто из нас троих, как этот рыжий Исаак ни старался, не сообщил ему точную дату и время подписания брачного договора. Мама у меня тоже оказалась кремень.
— Я ему так прямо и сказала, что это не его дело. Мы с Лейлой подписали договор одновременно, а ты позже, — возмущенно пересказывала она мне, когда следователи и Шерил ушли. — Любой магический индикатор это подтвердит. Договоренность о браке была уже несколько лет, он не внезапный какой-нибудь мезальянс, а продуманный союз! — После этой фразы мама одарила Рубена недовольным взглядом и горестно вздохнула над разбившимися