— Не боишься, что ее ответы тебе не понравятся? — съехидничала я.
Все мы прекрасно знали, что ведьмы предпочитают мстить своим убийцам сами, а не дожидаться, пока кто-то найдет медиума, способного призывать души умерших. Кстати, очень редкий дар среди некромантов. Поднять тела без души или поболтать с душой, если та сама захотела — на это они способны, а вот призвать…
Тем более не всякий одаренный решится потревожить недавно почившую не своей смертью ведьму, прекрасно понимая, что рискует жизнью со всех сторон. Так что в нашем случае вероятность вычислить убийцу с помощью убитой стремилась к нулю. Разве что у меня внезапно дар к некромантии откроется.
Общение с недавно умершими любили люди: им вечно хотелось что-то договорить, объяснить. К счастью, услуги медиумов стоили чрезвычайно дорого, иначе бы все сорок дней после смерти несчастный проводил в обществе своих близких.
Кстати, обвинения и показания, взятые у умершего, без доказательств или подтверждений живыми никакого веса в судах не имели. После смерти человек признавался недееспособным, что в целом логично. Ведьм и оборотней это тоже касалось.
— С чего бы мне бояться? — Шерил уверенно посмотрела на меня и тут же попыталась внушить нам всем желание уйти, забыв, зачем пришли.
— Тебе настолько дороги трусы Рубена? — Я вызывающе усмехнулась, глядя в вытянувшееся от изумления лицо стервы. — Открывай дверь. По закону ты обязана позволить нам забрать его личные вещи. Мы еще потом к вам в Глостерсолл приедем, так что ничего не выкидывай, а то в суд подам.
— Я каждую зубочистку проверю, — процедила Шерил, открывая и отступая на шаг, чтобы мы могли войти.
Но сейчас у нее не было шансов выпендриться. Здесь каждая вещь принадлежала Рубену. Кстати!
— Где документы на пентхаус? На кого он оформлен?
Витиевато грязно выругавшись, Шерил швырнула в меня папкой, которую Калеб аккуратно поймал и перенес мне в руки заклинанием левитации. Все четко, аккуратно, идеально. Горжусь!
Глава 9
— Не понимаю, на что она рассчитывала? — выставив шипящую, как кошка, Шерил, я прошлась по своему второму пентхаусу и уселась на кухне, пока Рубен колдовал нам над кофе. — И почему не хотела нас пускать… Ей же досталась целая компания и все остальное состояние твоей матери!
— Может, еще не поверила в собственное везение? — предположил Калеб, благодарно кивая за поставленную перед ним кружку.
— А может, подозревает или, того хуже, знает… — Я тоже благодарно кивнула Рубену и почти инстинктивно активировала заглушающее заклятие, бросив щепотку соли в созданный мной маленький огонек.
После чего приложила палец к губам, убедилась, что оба парня поняли намек, и прошептала: «phasmatos oculacs». Стандартное заклятие, снимающее иллюзии и маскирующие покровы. Причем, в отличие от заглушающего, сильно зависящее от противоборствующих сил. Например, ведьмой второго ранга снять иллюзию ведьмы четвертого я бы не смогла. Сейчас же я вложила в заклятие не только свою мощь, но и парней. Так что совместными усилиями мы должны были ненадолго скинуть наваждения даже высшей ведьмы.
Моя интуиция была вознаграждена, правда Рубен от такого открытия привычно скривился. В его спальне нашлась замаскированная камера. Само собой, не обычная, а артефакт, позволяющий госпоже Лейле присматривать за сыном. Но, как выяснилось, это были не все сюрпризы. Второй следящий артефакт прятался на кухне, прикинувшись безобидной банкой с крупой. И пах он чужой, незнакомой мне магией. Рубен тоже не опознал даже род обнаглевшей ведьмы, а вот Калеб напрягся, долго внюхивался, как оборотень, но в конце концов сдался:
— Помню, что сталкивался, но не помню, когда и где.
— Интересно, у кого сейчас доступ к камере твоей матери? — Снова развалившись в кресле на кухне, я принялась мять в катышки взятый с блюдца кусочек сыра. Дурацкая привычка, но, когда глубоко задумываюсь, всегда что-то рву, крошу, или хотя бы просто тереблю пальцами.
— Надо бы твою квартиру тоже проверить. — Калеб ожидаемо запараноил и даже предложил: — Может, госпожу Вивьен попросим?
Привлекать в наше расследование мать я не собиралась, но кое-какая помощь от нее мне бы пригодилась.
— Возьми банку и отвези ей — может, опознает?
Не знаю почему, но едва Калеб уехал, мне стало неспокойно. Небольшую сумку с вещами на первое время Рубен уже собрал, поэтому мы тоже спустились во двор, и… почти сразу помчались обратно наверх, чтобы полюбоваться на полностью разнесенную магическим взрывом квартиру. Замаскировывать цель никто не собирался: внешняя коробка (потолок, пол, стены) оказалась идеально целой, зато внутри пентхауса все превратилось в труху…
Откат с восстановлением — любимая фишка Калеба, но его сейчас с нами не было, так что пришлось напрячься мне. Вот только после отката наверняка последует новый взрыв.
— Так. У нас есть меньше минуты, чтобы попытаться угадать… — закончить фразу я не успела, потому что психованный Рубен кинулся внутрь своей квартиры, выскочил оттуда с камерой от матери, скатился по перилам и зашвырнул артефакт… хм… судя по эффектно взметнувшемуся вверх пламени — в центр бродлэнской топи.
Правда, это усилие обошлось ему чуть ли не в половину силового резерва, но зато и квартира цела, и пострадавших нет. И тут меня окатило дурным предчувствием.
— Калеб! Погнали за ним!
Весь кошмар со взрывом и откатом занял от силы минут десять. К тому же я ускорила свой мотолет, взлетев повыше, чтобы никого не сбить ненароком. Рубен вцепился в меня до хруста в ребрах: мы, не сговариваясь, решили лететь вместе. Так что у дома матери мы приземлились почти сразу за Калебом — даже показалось, что я слышала хлопок входной двери.
Мать жила за городом, предпочитая тратить на дорогу по часу утром и вечером. Это время она тоже проводила с пользой: просматривала отчеты, читала письма, обдумывала планы, созванивалась с кем-нибудь.
Распахнув дверь, в куртке и не разуваясь, я помчалась наверх по лестнице. Скорее всего, мать примет Калеба в кабинете, потому что на ужин начнут накрывать только через полчаса. Возможно, мама и прилегла после работы в спальне, но вряд ли она пригласит туда чужого ведьмака. Значит — кабинет. Или спальня? Демоны побери!
Плюнув на разум, я доверилась инстинктам. Да, мама была в спальне. Мало того, лежала на кровати, а над ней нависал напуганный Калеб. Проклятая банка валялась на полу, и вбежавший за мной Рубен тут же выскочил с нею на задний двор, к бассейну. А я бросилась спасать мать.
Благодаря вмешательству Калеба она еще была жива, так