Он снова свел брови к переносице.
— Во время обсуждения четвертого пункта я отключился. Очнулся уже в подвале с подавителем воли на голове и в компании того самого человека, с которым только что вел переговоры. Он достаточно четко обрисовал, что меня ждет. Включил монитор… — Кри едва слышно скрипнул зубами. — Сказал, что эмоции, которые подарит мне трансляция из соседней комнаты, выведут меня из состояния равновесия гораздо быстрее, чем обычные пытки. И пообещал, что когда прибор меня сломает, я сам ему все отдам. А следом за мной и Хелена передаст права на свой бизнес. И только после этого меня убьют. А ее… может быть… отпустят, чтобы жила и до конца своих дней помнила, как это было.
— Твари, — тихо пробормотал Норми, на скулах которого тоже загуляли желваки.
Я молча с ним согласился.
И насчет эмоций тоже мог бы подтвердить, что Туран выбрали совершенно верную тактику для взлома ментальной защиты Кри. Эмоции… что ни говори, а для мага именно они — самое слабое место. Когда мы нервничаем, боимся или переживаем, особенно если переживаем за близких, то становимся намного менее сосредоточенными, более рассеянными, наши мысли то и дело скачут с одного на другое, подпитываемые страхом и неуверенностью, и поддерживать в таком состоянии ментальную защиту очень нелегко. Особенно если ты не специально натасканный менталист, который всю жизнь положил на изучение защитных техник.
Лэн Лойен, кстати, много чего успел рассказать мне на эту тему. А в той литературе, которую мне когда-то дала Эмма, еще и методики взлома присутствовали, которые основывались в том числе и на этом принципе.
— Остальное вы знаете, — спокойно подвел черту под своим коротким рассказом Кри. — Больше мне, пожалуй, нечего добавить.
— Погоди, — не согласился я. — Подумай, не было ли перед тем, как ты отключился, чего-нибудь странного? Может быть, звук? Запах? Головокружение?
— Шум, — неожиданно вздрогнул Кри. — У меня за несколько сэнов до этого в ушах зазвенело. Но я не придал значения.
— Так. А боль? Нарушение зрения? Может, тошнота?
— Нет, ничего. Только шум. Причем не очень сильный. Или даже не шум, а… писк. Знаешь, такой бывает, когда в динамике что-то испортится. Потом как будто кто-то выключил свет…
— А дальше? — встрепенулся я. — Когда ты очнулся, что-то необычное было?
— Шума точно не было, — мотнул головой иллюзионист. — А вот тошнота была. Головная боль тоже. Причем дикая. И тело ломило. Но по сравнению с прибором на моей башке это казалось сущими пустяками.
Я задумчиво кивнул.
— Норми, тебе есть что добавить?
— Немного, — кивнул здоровяк, когда я повернулся в его сторону. — И вам это точно не понравится. Когда наши люди по тревоге прибыли на место, то внешняя охрана у стадиона была еще жива.
— Что? — нахмурился я.
— Да, — кивнул здоровяк. — Туран убили не всех, поэтому поначалу мои парни даже засомневались, что что-то могло пойти не так. Снаружи все было тихо. Ни выстрелов, ни суматохи… Но все же Кри не вышел на связь. Его маячок внезапно начал сбоить, как если бы против него использовали исказитель сигналов. «Мертвые головы» тоже не подали тревоги. Определить их точное местоположение мы не смогли, но создавалось впечатление, что маячок Кри перемещается. А такого не должно было случиться, поэтому мы рискнули настаивать…
— Проблема в том, что охрана Теневых встретила нас в штыки, — добавил Норми, когда мы с Кри быстро переглянулись. — Как только мы появились в пределах видимости, они сразу же открыли огонь, поэтому нам поневоле пришлось вступить в бой. От переговоров эти придурки отказались. На вызовы не отвечали. Мы несколько раз пытались до них достучаться, но они не отреагировали.
Я нахмурился еще сильнее.
Дайн. А вот этого он раньше не рассказывал.
— В общем, охрану мы в итоге убрали, — с мрачным видом добавил здоровяк. — Но у нас, по сути, выбора не было. Стрельбу открыли они. Мы всего лишь хотели убедиться, что наши подозрения беспочвенны. К тому же народу у Теневых оказалось не так уж много, чтобы они смогли нас остановить, поэтому ко входу на стадион мы благополучно прорвались. А там…
Он выразительно скривился.
— Внутри мы обнаружили больше шести десятков трупов. У всех огнестрел. Причем в большинстве случаев стреляли в упор, как будто там не охрана стояла, а какие-то ротозеи с рынка. У всех магазины остались полными. Судя по всему, они даже не отстреливались. Погибли тихо. Быстро. Прямо на местах. Никто даже шум поднять не успел. Звуков стрельбы охрана снаружи тоже не слышала, иначе она бы первая и всполошилась. Теневого мы тоже нашли — его убили выстрелом в голову. Но, кроме посредника, на арене больше никого не было. Ни Кри, ни представителя Туран. Да и следов недавней перестрелки мы не обнаружили — ни чужой крови, кроме крови Теневого, ни гильз, ни следов магии…
— А что с защитой и блокираторами? — быстро спросил я.
Норми невесело усмехнулся.
— Все осталось в рабочем состоянии.
— Следы взлома или хотя бы временного отключения имелись?
Но здоровяк лишь качнул головой.
— Явных — нет. Но досконально мы, конечно, не проверяли.
— А следы присутствия посторонних? Взлом черного хода, проникновение через другие пути? Окна, крышу?
— На первый взгляд нет: окна целые, замки на дверях не пострадали, сами двери тоже. Все второстепенные входы на стадион были надежно перекрыты и следов взлома на них точно не виднелось. Только трупы.
— То есть они тоже никого не видели, не слышали и погибли практически мгновенно, не успев ни предупредить коллег, ни поднять тревогу… — задумчиво обронил я.
Норми хмуро кивнул.
— Судя по всему, да.
— Так. А какие-то посторонние приборы на арене или рядом с ней вы видели? Может, в карманах убитых? Среди сидений? Рядом с трупами? Под крышей или рядом с осветительными приборами?
Здоровяк мрачно зыркнул из-под мохнатых бровей.
— Так тщательно мы не искали. Некогда было. Но на арене и рядом с ней никаких посторонних устройств мои парни точно не находили. Разве что под ареной что-то было припрятано? Или под крышей? А как только мне пришел звонок от Туран, я и вовсе велел им сниматься с места. И больше мы, естественно, ничего