– Интересно, делала ли ты с ним то, что делала Милли? – спросил Тейлор. – В колледже твой бывший говорил, ты неплоха в постели. Может, ты сделала приятное и ему тоже?
– Заткнись, умоляю. Я была о тебе лучшего мнения, Тей.
Она оставила кружку на столе и стремительно пошла вон из кухни. Тейлор хмыкнул:
– Хотя мне кажется, что не успела. В самом деле, ты же вешалась на него. Как думаешь, что скажут в колледже, если кто-нибудь, кроме меня, узнает об этом?
– О чем вообще ты говоришь? – осмелилась спросить Конни и развернулась к Тейлору. – Ты что-то себе выдумал, а теперь пытаешься выдать желаемое за действительное? Выдать обо мне и человеке, который не является мне родным по крови? Успокойся, ковбой! Или постарайся лучше.
– Нет, это ты успокойся, Констанс. Я не буду голословен, у меня есть видео. Неплохое видео с очень красивыми кадрами.
Конни остолбенела. Она не знала, что сказать, и попыталась совладать со своим замешательством, но Тейлор уже заметил на ее лице страх.
– Мне было неприятно на это смотреть, но я смотрел. И если хочешь, чтобы эта новость умерла со мной, тебе придется кое-что сделать, понимаешь ведь?
– Понимаю, – холодно ответила Конни и с презрением оглядела Тейлора с ног до головы. – Понимаю вот что: я только сейчас сидела здесь и думала, что ошибалась на твой счет. Многие говорили, ты тот еще козел, но в эти дни я видела перед собой приятного, заботливого парня. Что изменилось?
Тейлор небрежно поморщился:
– Я пробовал с тобой по-хорошему. В колледже ты меня игнорировала, встречаться в общих компаниях не желала, а здесь – когда я сам к тебе приехал – задрала нос и сделала вид, что намеков не понимаешь. Я пытался по-другому, но ты сама подвела к этому.
– Тейлор. Это явно не то, чего ты хочешь. Тебе же не нужно воспользоваться мной на один раз, очнись, ну? Оно того не стоит. Твой бестолковый шантаж, эти глупые угрозы… – она покачала головой, делая вид, что ее это нисколько не тронуло.
Но оно тронуло из-за Хэла. Люди жестоки. Она не хотела бы, чтобы Хэл пострадал.
– Ты вообще замечала, сколько раз я подкатывал к тебе? А тот случай на вечеринке?
Конни его помнила. Одна из вечеринок в мужском кампусе, куда и ее пригласили; Тейлор тогда ясно дал понять, чего именно хочет, но Конни холодно отшила его. От одного воспоминания о том, как он смотрел ей вслед из темноты, освещаемой только световыми пятнами дискобола, стало не по себе.
– Да, – созналась она. – Но я тобой никогда не играла и попусту не обнадеживала. Это же ненормально, Тей. Ненормально добиваться внимания человека, который его не желает, понимаешь? Дело-то не в тебе, ты собой хорош, и любая девчонка это подтвердит. Это…
– Ну, я все понял, не надо объясняться, как с идиотом, – спокойно ответил Тейлор и сунул руки в карманы штанов. – Только я не принял. Даже тупенькая Сондра и недалекий Карл заметили, что я бегаю за тобой, как чертов пес, а что взамен? Меня не отшивают, Конни. – Он покачал головой. – Не таких, как я. Не такие, как ты.
Конни долго смотрела ему в лицо, но не видела теперь ничего, кроме неприкрытого злого торжества. Если раньше он действительно, может быть, хотел хорошо обойтись с ней, то теперь выглядел как человек, которого все допекло.
– Зачем тебе это? – тихо спросила Конни. – Чего ты вообще от меня хочешь?
Он улыбнулся, широко и лучезарно, вот только глаза его совсем не улыбались. Конни знала, что такой человек, как он, готов абсолютно на все. И ему ничего не стоит сломать ее жизнь по щелчку пальцев. Вдруг Конни подумала о том, что теперь под ударом не только она, но и Хэл. Худшее, что можно было придумать, – распространить грязные слухи о человеке, на чьем счету, возможно, несколько десятков убийств. Конни побледнела.
– Хочу, чтобы ты далась мне, – сказал Тейлор. – Вот так, ага. Я буду с тобой предельно откровенен. И хочу, чтобы ты затолкала свою гордость куда подальше и была со мной поласковее сегодня. И не только сегодня. Тебя ждет как минимум непростой семестр, и ты будешь плясать, как цирковая крыса, в темпе, в котором вздумается мне. Потому что, Конни, я больше всего не люблю, когда надо мной смеются, понимаешь? – он выразительно взглянул на нее. Улыбка на лице стала напоминать оскал. – А из-за тебя надо мной смеются теперь очень часто. Ребята думают, что есть какая-то девка, которая может меня вот так проучить, как ты? Нет, это так не работает. Не со мной. Не сейчас. У меня есть авторитет, знаешь ли. И он тебе дорого обойдется.
Они молчали, пристально глядя друг на друга. На втором этаже послышались чьи-то шаги. В комнатах начали просыпаться ребята. Конни слышала, как кто-то спустился по лестнице. Потихоньку они собирались в гостиной, беспечно болтая о своем. Конни, белая как мел, процедила:
– Кто еще об этом знает?
– Какая тебе разница? – усмехнулся Тейлор. – Может, никто, а может, и все. Так скажи, детка, ему с тобой было хорошо? Тебе нравятся такие надменные ублюдки, как он?
Конни испуганно сглотнула, но страх свой показывать не стала. Так твердо, как могла, она сказала:
– Мне плевать, что ты придумал своим маленьким, воспаленным, озабоченным мозгом. И шантажировать меня не выйдет. Пошел вон из моего дома, Тейлор. Пошел вон – я не хочу тебя видеть.
– Неплохая попытка, – одобрил он. – Но я хочу быть здесь, и, если ты решила так быстро от меня избавиться, у тебя не выйдет. Этой ночью мы будем праздновать Хэллоуин вместе, детка. И ты сделаешь все, что я захочу. Хотя, признаюсь, если бы не видео, я бы даже купился на твой показной гнев, но я не блефую. Кстати, что такого ты сделала с этим мужиком, раз он от тебя буквально сбежал?
Она не устояла. Размахнувшись как следует, занесла руку и хотела влепить ему пощечину, но Тейлор оказался быстрее и перехватил запястье. Конни охнула. Тейлор сжал пальцы так, что от боли, пронзившей кость, подогнулись колени.
– А теперь слушай внимательно, я ведь не пошутил, – огрызнулся он и заломил руку дальше. Конни тихо заскулила, в глазах потемнело. – Черт, Конни, ты реально попала, ты ведь не думала об этом? Я правда пытался поступать с тобой по-хорошему все это время. Тебе нужно было просто ответить мне взаимностью и не