— Я... — мой голос прерывается, пока я обдумываю предложение. — Полагаю, мне понадобится съемная квартира?
— Нет необходимости. Мой дом достаточно большой, чтобы принять гостей.
Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но ничего не выходит, пока его глаза удерживают мои.
— Мне нужно посоветоваться с женихом, прежде чем я соглашусь на что-то.
В его глазах что-то меняется, и от этого у меня внутри все холодеет.
— Отлично. — Он лезет в сумку, о которой я и не подозревала, что лежит рядом с ним, и достает толстую пачку бумаг. — Вот контракт. Потрать вечер на его изучение. Мой рейс вылетает завтра в восемь вечера. У тебя есть время, чтобы принять решение.
Я киваю, когда он протягивает мне через стол контракт, края которого задевают кончики моих пальцев.
— Что насчет ставки?
Он хихикает темным, граничащим с коварством смехом.
— Там все написано. Сообщи мне, что ты об этом думаешь, Лидия. Вскоре мы поговорим. — Он грациозно выходит из кабинки, закидывая черный рюкзак на плечо. — Надеюсь, ты действительно подумаешь над предложением. Не хотелось бы, чтобы ты отказалась от чего-то подобного.
Я смотрю на него, как он возвышается над стендом, его фигура от природы мускулистая, но не громоздкая. А высокомерие бросает вызов харизме — в плохом смысле.
— Конечно. Спасибо, что согласились на мои условия.
Губы Генри скривились в лукавой улыбке.
— Конечно. Было приятно наконец-то познакомиться с тобой. Приятного вечера, Лидия.
Я провожаю его взглядом, когда он выходит из кофейни, и понимаю, что, возможно, я единственная, кто смотрит на него. Все остальные, похоже, не замечают его присутствия — совсем не так, как я, когда вошла в это место. Словно он был невидимкой…
Так было до тех пор, пока я не встретилась с ним взглядом.
Тем не менее сейчас у меня такое чувство, будто меня трясли до тех пор, пока мой мозг не отделился от черепа. Но когда он исчезает в лучах полуденного солнца, я возвращаюсь к реальности и хватаю контракт. Часть меня хочет разорвать его и выбросить в мусорное ведро, но в глубине души я боюсь, что он может каким-то образом узнать об этом. Поэтому я засовываю его в свою сумку и встряхиваюсь.
Генри Бейн оставил у меня множество вопросов, но в одном я уверена на сто процентов…
Я ни за что на свете не стану писать для него книгу.
2
Генри
Она, блядь, помолвлена.
Я сижу в своем арендованном черном "Тахо", уставившись на руль, и гнев пылает в моей груди. За всеми исследованиями, потраченным временем и долгими бессонными ночами, проведенными за изучением Лидии, я так и не узнал, что эта женщина уже помолвлена с кем-то другим.
И это большая проблема. Огромная проблема.
Хотя я из тех, кто получает то, что хочет, есть некоторые границы, которые я никогда не переступлю, и разрушение семьи — одна из них. Но болезненная мысль о том, что к телу Лидии может прикоснуться другой мужчина, угрожает пробудить во мне самые темные стороны. И в придачу к этому убийственному искушению она обручена с ним. На ее руке — чертов камень.
Как это можно было упустить?
Вытащив телефон, я прокручиваю список до имени Джуд и нажимаю на него, ни секунды не раздумывая. Я слушаю гудки, а мой взгляд сосредоточен на выходе из кофейни. Лидия все еще не ушла, и, посмотрев на часы, я вижу, что прошло уже одиннадцать минут с тех пор, как я оставил ее в кабинке.
— Привет, — голос Джуда действует мне на нервы. — Как все прошло? Миссия выполнена?
— Она помолвлена.
— Ага.
— Что значит "ага" ? — прорычал я, вцепившись в руль с такой силой, что костяшки пальцев побелели. — Я поручил тебе одно задание, Джуд. Одно. Блядь. Задание.
— И я его выполнил? Как и обычно?
— Я спросил у нее все.
— Да…
— Так почему ты не добавил это?
— Я добавлял.
— Этого нет в досье, — усмехаюсь я, теряя терпение.
— Нет? Вот черт, подожди. Это должно было быть в цифровом файле... — Его голос прерывается, сменяясь непрекращающимся щелканьем пальцев по клавиатуре. Это бы раздражало, но, к счастью для меня, я получаю лучший способ отвлечься, когда Лидия выходит из кофейни......
И кажется более подозрительной, чем наркокурьер-любитель.
Ее светлые волосы спускаются чуть ниже плеч, хотя ветер яростно хлещет их по лицу. Я прикусываю губу, представляя, как эти волосы сжимаются в моей руке, а пряди перекрывают кровообращение в пальцах. Лидия оглядывает окрестности и почти бежит к своему внедорожнику, припаркованному прямо у входа.
Черт.
Я знал, что задел ее за живое, но я не стремился напугать ее — пока, во всяком случае, не хотел.
— Черт возьми, Генри, мне очень жаль, — простонал Джуд. — Я поместил это не в тот файл.
— Большая ошибка для лучшего хакера, которого я знаю. — Я скриплю зубами, чертовски желая, чтобы окна Лидии не были так сильно затонированы. Она явно из тех женщин, которые не любят, когда на них смотрят…
Но от моего взгляда ей никогда не избавиться.
— Я отправлю это сейчас. Сколько за нее заплатили? Надеюсь, я вам ничего не испортил. Я даже не получил ссылку — не думал, что мы беремся за женщин.
Я на мгновение замираю, не понимая его вопроса, когда Лидия отъезжает с парковки.
— Включаю громкую связь. — Я перевожу звонок на систему Bluetooth арендованного автомобиля и отъезжаю от обочины, следуя за Лидией на приличном расстоянии. Я позволяю нескольким машинам встать между нами.
Лучше не усугублять ее паранойю.
— Генри? — раздается голос Джуда через динамик.
— Да?
— Сколько за нее заплатили? — Джуд повторяет свой вопрос. — Она не совсем обычная цель... И я не думал, что ты занимаешься женщинами?
— Не занимаюсь, — отвечаю я категорично, сворачивая на въездную рампу межштатной автомагистрали.
— Ладно…
— Она не цель.
Ну, по крайней мере, не в этом смысле.
— Тогда что ты делаешь с этой бедной писательницей?
Делаю ее своей.
— Пока не знаю, — вру, направляясь следом за ней. Я понятия не имею, куда она собралась, но точно не домой. Я цокаю языком, не собираясь следовать за ней таким образом. Я ждал несколько месяцев, чтобы встретиться с ней лично, тщательно планируя, как все пройдет, а теперь все испорчено наличием жениха, о существовании которого я по ошибке не знал.
Это полный пиздец.
Результат преследования на расстоянии. И то, что я доверился Джуду.
— Это та, которая нравится твоей сестре? — В тоне Джуда звучит осторожность. — Это она