— Док! — голос Веры был полон ужаса. — Он… он фонит! Счетчик Гейгера зашкаливает! Это не радиация, это некро-фон!
— Держи периметр! — рыкнул я. — Мы почти закончили!
Я чувствовал сопротивление материала. Душа парня, слабая, искалеченная, пыталась уйти. Она не хотела возвращаться в это чудовищное тело.
Но я держал её.
Меткой Империи. Волей Некроманта.
— ТЫ. НЕ. УЙДЕШЬ. — я вкладывал приказ прямо в его угасающее сознание. — ТЫ НУЖЕН МНЕ. ТЫ НУЖЕН СТАЕ. ВЕРНИСЬ И ВОЗГЛАВЬ ИХ!
Вдруг тело на столе замерло.
Пар рассеялся.
Существо, лежащее перед нами, было в полтора раза больше того человека, который вошел сюда.
Серая бронированная кожа. Мощные, перевитые жгутами мышц руки. На груди, там, где был разрез, теперь пульсировал черный кристаллический нарост — место вживления «Амброзии».
Оно открыло глаза.
В них не было белков. Сплошная тьма, в глубине которой горели две красные точки.
Оно село. Медленно. Тяжело.
Посмотрело на свои новые руки. Сжало когти, высекая искры из металла стола.
Затем повернуло голову ко мне.
Вера прицелилась ему в висок.
Борис напрягся, готовый к рывку.
Существо открыло рот (полный острых, как бритва, зубов) и издало звук.
Не рычание.
Это был низкочастотный импульс.
Вольт схватился за наушники.
— Он… он транслирует! — прокричал хакер. — Широкополосный сигнал! Он подключается к Рою!
В моей голове, связанной с Нексусом (пусть и пассивно), раздался голос.
Глубокий, многослойный, похожий на гул органа в пустом соборе.
«ОТЕЦ. Я СЛЫШУ. Я ВИЖУ. МЫ ГОТОВЫ.»
Существо сползло со стола. Оно возвышалось надо мной на голову.
Упало на одно колено. Бетон пола треснул под его весом.
— ПРИКАЗЫВАЙ, — произнесло оно вслух. Голос был синтезирован его измененной гортанью.
Я выдохнул. Ноги подкосились, и я сел прямо на пол, прижимаясь спиной к тумбе.
Я был пуст. Опустошен до дна.
Но я улыбался.
— Добро пожаловать в мир, — прошептал я. — Твое имя… Легион. Ибо вас много.
Существо склонило голову.
— ЛЕГИОН. ПРИНЯТО.
Операция завершена.
Мы создали Генерала.
Теперь у нас есть кем воевать.
Тишина в моей голове была оглушительной.
Последние сутки я жил с фоновым шумом трех тысяч голосов, которые скулили, просили, требовали и молились. Это было похоже на жизнь внутри работающего трансформатора.
И вдруг рубильник выключили.
Легион поднялся с колен.
Черный кристалл «Амброзии», вросший в его грудину, пульсировал в ритме, отличном от человеческого. ТУК-тук-тук. ТУК-тук-тук.
Он повернул голову к стене, за которой находился внешний мир.
— ОНИ ЖДУТ, — его голос, пропущенный через измененные связки, напоминал звук перемалывания гравия. — СТАЯ НЕРВНИЧАЕТ.
— Успокой их, — я махнул рукой, все еще сидя на полу. — Ты — Доминант. Ты — пастух. Забери их боль. Забери их голод. Теперь это твоя работа.
Легион закрыл глаза (точнее, мембраны, которые их заменяли).
Я увидел, как напряглись мышцы на его шее.
Вольт, сидевший за мониторами, присвистнул.
— Трафик скакнул до небес! Он транслирует сигнал прямо через свою нервную систему. Это живой роутер, Док! Он перехватил управление каждым юнитом в радиусе пяти километров. Пинг — нулевой.
— Отлично.
Я с трудом поднялся, цепляясь за край операционного стола. Ноги были ватными, но в теле разливалась легкость. Мана была на нуле, зато мозг освободился от нагрузки.
— Борис, дай ему плащ. Или брезент. Негоже генералу ходить голым.
Бритва, который все это время рассматривал Легиона с профессиональной ревностью (у кого бицепс больше), хмыкнул и кинул монстру техническое покрывало.
— Прикрой срам, новичок. И не думай, что ты теперь тут самый главный. Я все равно тяжелее.
Легион поймал ткань когтями, не глядя. Замотался в неё, как в тогу.
Теперь он выглядел как античная статуя бога войны, которую изваял безумный скульптор из мяса и хитина.
— ИДЕМ, ОТЕЦ. НАВЕРХУ… СТРАХ.
Подъем в пентхаус прошел в молчании.
Грузовой лифт едва вместил нас всех. Легиону пришлось пригнуться, чтобы не царапать потолок гребнем на затылке.
Я смотрел на него и думал о том, что я создал.
Это не просто мутант. Это симбиот магии и технологии.
Если Анна увидит его… она сойдет с ума от зависти. Или от ужаса.
«Она увидит», — подумал я. — «Скоро».
Двери лифта открылись в кабинет Орлова.
Волков сидел за столом, просматривая документы. Рядом стоял его начальник охраны, нервно поглаживая кобуру.
Когда мы вошли, охранник дернулся, выхватывая пистолет.
— Стоять! Что это за хр…
Легион повернул голову.
Охранник замер. Пистолет выпал из ослабевших пальцев. Человек начал оседать на пол, хватаясь за сердце.
— Отставить! — рявкнул я. — Легион, не фони! Это союзники!
Монстр моргнул. Давление страха, которое он излучал рефлекторно, исчезло.
Охранник судорожно вдохнул, вытирая пот со лба.
Волков медленно снял очки. Он смотрел на Легиона не как на угрозу, а как на актив.
— Впечатляет, — констатировал банкир. — Это… тот курьер?
— Был курьером. Стал Генеральным Директором по безопасности, — я упал в кресло напротив. — Налей мне выпить, Сергей. Я только что родил ребенка весом в двести килограммов.
Волков плеснул коньяк в стакан.
— Твои «акционеры» внизу успокоились. Они перестали выть и выстроились в каре. Это его работа?
— Да. Он замкнул контур на себя. Теперь я могу спать спокойно.
— А он? — Волков кивнул на Легиона, который встал у окна, заслоняя собой свет. — Он будет спать?
— Ему не нужно. У него метаболизм химеры. Он питается Скверной и энтропией. Ну и мясом, иногда.
Внезапно Легион зарычал.
Он прижался лбом к бронированному стеклу.
— ОТЕЦ. ВРАГ.
— Где? — Вера подскочила к окну с винтовкой. — Я ничего не вижу. Туман.
— НЕ ВИЖУ. ЧУВСТВУЮ. СТАЯ… УМИРАЕТ.
Я подошел к нему.
— Что происходит?
— БЕЛЫЙ ТУМАН. ОН ЕСТ ИХ. ОН РАСТВОРЯЕТ ПЛОТЬ.
Я посмотрел вниз.
Площадь перед башней, где стояли ряды моего Роя, затягивало дымкой.
Сначала я подумал, что это обычный утренний туман с реки.
Но он был слишком плотным. И он двигался против ветра.
Он полз по улицам, как живое одеяло. Белое, стерильное.
Там, где туман касался «Кукол», они падали.
Без звука. Без выстрелов.
Они просто оседали на асфальт и… таяли.
— Оптика! — потребовал я у Веры.
Взял винтовку, посмотрел в