— И тебе спасибо.
Надежда закрыла за мальчиком дверь.
Соседский мальчишка, действительно, как-то познакомил ее со своим приятелем по имени Боб. Димка понятия не имеет, сколько раз она уже к Бобу обращалась. Боб был самый настоящий гений, и как всякий гений, обладал определёнными странностями и причудами. Впрочем, можно ли считать причудой любовь к сладкому? Да, Надежда помнила, что за вкусный пирог или коробку орехового печенья Боб готов на всё.
Готовить что-то особенное не было времени, но Надежда всё же на скорую руку испекла песочный пирог с лимоном, положила его в коробку и отправилась к Бобу. Но поскольку вопрос у нее был непростой, она зашла по дороге еще в кондитерский магазин с характерным названием «Сладкая жизнь» и набрала там всевозможных сладостей.
Теперь она чувствовала себя готовой к серьёзному и основательному разговору с Бобом.
Надежда подошла к шестиэтажному дому из красного кирпича, обогнула его с торца и остановилась у железной двери, выкрашенной темно-красной краской. Над дверью была установлена видеокамера.
По своим прежним визитам Надежда помнила, что звонить в дверь нужно особым способом — кодовым звонком является знаменитая тема Вагнера «Полет валькирий». Надежда попыталась, в силу своих скромных музыкальных способностей, изобразить эту энергичную мелодию, нажимая пальцем на кнопку.
Из динамика прозвучал недовольный голос:
— Тебе что, медведь на ухо наступил? Слушать невозможно! Вагнер в гробу переворачивается! Вообще, кого там черти принесли? Я сегодня никого не жду! Доставку пиццы не заказывал и покупать ничего не собираюсь!
— А если я принесла печенье и пирог? — вкрадчиво проговорила Надежда. Она знала, какие волшебные слова открывают эту неприметную дверь.
Действительно, при упоминании печенья и пирога замок щёлкнул, и дверь открылась. Надежда спустилась по лестнице, ведущей в подвал, и оказалась в просторном помещении без окон, заставленном компьютерами, принтерами и прочим электронным оборудованием неизвестного Надежде назначения.
В самом центре этого помещения, как паук в серединке ловчей сети, в потёртом компьютерном кресле на колёсиках сидел, уставившись в огромный монитор, парень в черной футболке необъятного размера и линялых шортах. Парнишка был молод, но толстый, рыхлый и неопрятный. Давно не стриженные, немытые волосы и жиденькая неаккуратная бородка явно его не красили. Это и был Боб — компьютерный гений, с которым Надежду когда-то познакомил Димка.
— Привет, Боб! — громко поздоровалась Надежда. — Смотрю, ты с прошлого моего визита отсюда не выходил. И даже футболку не менял. Хоть бы ты проветривал у себя иногда…
Боб неохотно оторвался от монитора, крутанулся в кресле и покосился на Надежду:
— Да проветривал я, проветривал! — отозвался он. — Вчера… Или позавчера… Или на прошлой неделе.
— Или в прошлом году.
— А футболку я менял.
— Что-то непохоже! Прошлый раз на тебе была точно такая же. Или та же самая.
— А они у меня все одинаковые, все исключительно черные, на них грязи не видно.
— Но запах!
— Запах? — переспросил Боб. — Кстати, у вас из сумки пахнет чем-то очень вкусным. По-моему, свежей выпечкой. А я вас узнал, вы ведь тётя Димона!
— Ну, не совсем тётя, но это неважно.
— Вы ведь мне как-то приносили очень вкусный абрикосовый пирог. — Боб облизнулся.
— Надо же, какая у тебя хорошая память! Правда, только на пироги и другие сладости.
— Кстати, о пирогах. Принесли мне такой же пирожок? Тот, абрикосовый, мне очень понравился!
— Сегодня другой. Не абрикосовый, а лимонный.
— Лимонный тоже неплохо.
— А еще у меня есть ореховое печенье, вафли и конфеты.
— Я смотрю, вы хорошо подготовились. Наверняка вам от меня что-то нужно.
— Правильно, нужно. Ты ведь знаешь, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, и не думай, что я притащилась к тебе просто так поболтать.
— Ну, и чего же вы от меня хотите?
— Вот какой у меня вопрос, Боб… У моей подруги есть «жучок». Такое устройство для подслушивания.
— Да знаю я, что такое «жучок»!
— Ну, так вот. У нее их было несколько, но остальные она установила в одном месте… В одном доме.
— Она сама их установила?
— Да, сама.
— А приёмник, на который поступает сигнал, тоже у нее?
— Вот в этом как раз и проблема. Приёмник не у нее, он у другого человека. У того, кто ей велел установить эти «жучки».
— Ну, и чего вы от меня хотите?
— Скажи, а можно перехватить сигнал с установленных «жучков»?
— Что, без приёмника?
— Ну да, — честно призналась Надежда.
— Ну, знаете… Чудес на свете не бывает. Приёмник, он на то и приёмник, чтобы принимать сигнал. Есть приёмник — есть сигнал, нет приёмника — нет сигнала.
— Значит, ничего не выйдет?
— Простите меня за вопрос, вы в школе учились?
— Не только в школе, я и институт окончила, между прочим, технический, — обиделась Надежда. — И долго работала по специальности. И говорят, была неплохим инженером.
— Ну, тогда вы должны понимать, что принять сигнал без приёмника невозможно.
— Ну, я, конечно, понимаю, но Димка считает, что ты гений.
— И что с того?
— А гений — это тот, кто делает невозможное.
— Вас обманули. Невозможное — оно и есть невозможное.
— Жаль… Ладно, тогда я пойду. Димке передать привет?..
— Конечно. Постойте… Что значит «пойду»? А пирог? А печенье, вафли и конфеты?
— Ну, ты же знаешь, что оплата бывает после выполнения заказа. Невозможно так невозможно… Отнесу сладкое Димке, у него вроде сегодня вечеринка какая-то намечается… — сказала Надежда, тщательно сохраняя на лице каменное выражение.
Впрочем, могла бы и не стараться, потому что Боб смотрел только на ее сумку.
— Эй, так не пойдет! Вы меня поманили выпечкой. Один запах чего стоит!
— Ну, запах я тебе, так и быть, оставляю! Пока, дружок… — И Надежда повернулась, чтобы уйти.
— Нет, погодите! Дайте подумать…
— О чем думать? Принять сигнал без приёмника нельзя. Ты же сам сказал.
— Но вы вроде упомянули, что у подруги вашей остался один «жучок»?
— Остался.
— Он ведь, наверное, из той же серии, что остальные?
— Ну, полной уверенности у меня, конечно, нет, но, скорее всего, из той же.
— А «жучок»… Он ведь сейчас у вас?
— У меня.
— Ну, дайте на него посмотреть.
— Пожалуйста. — Надежда протянула Бобу последний «жучок».
Боб взял прибор двумя пальцами и присмотрелся к нему брезгливо, как будто это действительно было какое-то неприятное насекомое, потом повернулся к Надежде и потребовал:
— Аванс!
Надежда покачала головой.
— А если ничего не выйдет?
— Ну, всегда есть риск. Но без аванса я не работаю. У меня твердые принципы, и один из них — мое время должно быть непременно оплачено. И это не обсуждается.
— Ладно, я согласна на