— Приятного аппетита, — хором произнесли официанты, хором же — одновременно — и ретировались, чудом протиснувшись вдвоем через неширокую дверь кабинета.
Некоторое время насыщались. Лично я — со всем моим удовольствием!
«Пристойно кормят», подумалось. «И пиво ничего… Надо будет привести сюда Таню. Кхазадская воспитанница должна ценить пенные напитки!»
Наконец, наелись — на подносах, к слову, не осталось ничего, кроме пустой посуды, смятых салфеток да обглоданных костей.
— Знаешь, что, — я решил, что называется, «перевести стрелки». — Злодея надо искать… И найти, а то не дело вот это вот все.
— Надо, без базару, — закончил сыто отдуваться снага. — Только вот где? Весь сервитут перерыли, в натуре. По шесть раз!
— Стопудово знаю, где не искали! — прямо утверждаю. — И я не про опричнину. Дураков-то нет!
— Дураки-то есть! — Гвоздь заржал. — Но нет.
— Среди кхазадов, — акцентирую внимание, — пробовал?
— Ну так-то можно, — согласился снага. Себе на уме, живут общиной — обабс… Не помню слово, нах.
— Обособленно, — подсказываю, не дав Гвоздю сбиться с полезной мысли.
— Жертвы, типа, пошли на второй круг, — углубляется в мысли смотрящий над рестораном. — Уже опять гобёл! Я по телеку видел. Гоблы, снага, орки, — Наиль сделал паузу. — Эльфы и люди. И ни одного гнома, в натуре!
— Могли тело спрятать лучше, чем обычно, — как бы сомневаюсь я.
— Не, это вряд ли, нах, — отказывается снага. — Не за этим… Террор!
«Вот это да», думаю. «Ты, Гвоздь, точно снага? Не согрешила ли бабка с морским эльфом?»
— Им… Или ему. Короче, — не сбился с мысли Наиль, — надо, чтобы боялись! Чтобы прям страшно! Не, не стали бы прятать… Топором, опять же, или молотом… Только как?
— Не подступись, да? — сочувствую.
— Ну, — понуро соглашается Гвоздь. — Марик ради такого дела… Не, не пойдет. Гномы — пацаны серьезные, даже слишком, нах. Вот если бы узнать, не пропадал ли у них кто — а то вдруг жертва есть, а мы, типа, не в курсе?
— По случаю, — улыбаюсь во все сорок зубов, — мне есть, кого спросить. Кхазадизм — это учет. Убыль в населении гномы заметят сразу… Могут никому не рассказать, но заметят — точно!
— Бабу свою, что ли, напряжешь? — положительно, в этом сервитуте все знают всё и обо всех! С другой стороны… — Она ж у тебя из этих, как их, — слово «кхазад» Гвоздь, видимо, только что забыл.
Надо быть поаккуратнее с высшей менталистикой — или тем, что называют ментальной магией в этих непуганых краях. Конкретно этому снага, например, точно хватит!
— Ну да, пусть будет «бабу», — зачем-то соглашаюсь вслух.
На том и расстались, страшно довольные друг другом.
Еще одна, надеюсь, последняя, встреча — в месте другом, куда менее приятном, но полезном — безусловно.
В кабинете нас оказалось трое: ждавший меня Дамир Тагирович Кацман, я сам да присоединившийся последним лаэгрим — тот самый, выкупивший юного тролля, мастера по части греть уши.
— Вань, мы сегодня ненадолго, — предупредил капитан. — Зайди, кстати, потом в кассу. Тебе там положено кое-что.
— За Зиланта? — предполагаю.
— За него. И за Водокача. И вообще, я помню, что деньги тебе нужны не очень сильно, но у нас — порядок, — отвечает егерь. Или опричник.
— Деньги всем нужны, — умудренно возразил один юный тролль. — Не сейчас — так потом. Схожу.
— Простите, коллеги, что прерываю вашу беседу, — подал голос эльф. — Давайте, все же, к основной теме дня. Вот, смотри, — это уже ко мне, — Иван Сергеевич, сюда.
На стол — точнее, на ту его часть, что торчит в сторону от основного начальственного — легла какая-то схема… Вида крайне неприятного.
— Есть один ритуал, — начал лаэгрим.
— Вот блин, — перебиваю, — дрянь какая!
Дрянь и есть: несколько кривоватых многоугольников, проникающих один в другой и третий из второго растущих. Схематичные изображения свечек, фигур человеческих и не только, лаконичные надписи.
Три жертвы, усечь главы.
Четыре жертвы, сжечь огнем.
Пять жертв…
Дальше читать было не то, чтобы страшно, а так, противно.
— Это не ритуал, — говорю. — Это даже не дрянь, это пакость. Фонит, как…
Эльф и киборг переглянулись.
«Я же тебе говорил» — это лаэгрим.
«А я что, против?» — это капитан егерей.
— Вкратце, — развиваю мысль, — это нечто вроде описания ритуала. Отрывочного! Вот тут и здесь… И еще в нескольких местах, должно быть продолжение. Я даже могу предположить, о чем он.
— Давай, Ваня, удиви нас! — с некоторым азартом потребовал Кацман.
Удивить… Да пожалуйста!
На самом деле, меня уже несло. За последние три минуты я выдал о себе столько информации — важной, секретной, что главное — непротиворечивой… Что стоило бы уже заткнуться или сделать вид, что попросту болтаешь языком.
Не знаю, что это вообще такое — может, гормоны, каковые в юном теле просто обязаны резвиться и беситься, толкая на всякое нелогичное… А я ведь, по случаю, действительно понял суть ритуала.
Вот, в самом центре — витрувианский человек. Потрясающей силы и чистоты каббалистический конструкт!
Создал его Леонардо ди сер Пьеро да Винчи, легендарный флорентийский техномаг… Основа основ для Третьего Акта Великого Делания, оно же — творение живого из мертвого! Все вместе получалось… Будто некто, накоротке знакомый с некими запредельными сущностями, с моралью же и совестью незнакомый вовсе, задумал создать идеального человека!
Или, хотя бы, идеального бойца.
Нет, перебороть себя — вернее, Ваню Йотунина — не удалось.
Он, то есть, я, то есть, мы вместе, вот так взяли и вывалили на почтенную публику все, что знали о ритуале… И о чем только догадывались.
— Мы — на краткий миг — заподозрили даже тебя, — порадовал меня капитан. — В бойце — твоего друга. В целом — будто кто-то отвлекает внимание при помощи ритуала глупого и нерабочего от чего-то настоящего и опасного! И подозревали бы дальше, но вот незадача…
— Легендарный герой не может быть связан с первородным хаосом, — мелодично пропел эльф. — Добрый ли, злой ли… Что свет, что тьма — суть упорядоченное, высшая форма сущего, то, что бесконечно далеко от хаоса и противно его переменчивой природе!
— Это же хорошо! — радуюсь. — Знать не знаю никакого хаоса… Да и тьмы — тоже!
— Добрый ты, — подмигнул егерь. — Хоть и… А, неважно.
— Задался один вопрос, — не упустил важного эльф. — Откуда ты, юный тролль, знаешь, каков фон сего ритуала? Как проник в суть? Вам, шаманам, не положено прозревать подобное!
Я вдруг понял, что капитан егерей — будучи в курсе неких моих способностей — не стал делиться знанием своим с эльфом… И ни с