Едкая вонь ударила в нос, вышибая слезы.
Жидкость разлилась, смешиваясь с кровью мутантов и пеплом на полу, превращая поверхность в каток.
— Скользко! — Борис пошатнулся, едва не упав.
На него прыгнули сразу трое.
Один вцепился в спину, двое — в ноги.
Берсерк зарычал, раскручиваясь волчком.
Он стряхнул их, как собак. Одного припечатал к стене, превратив в мокрое пятно. Второго разорвал пополам, наступив ногой на грудь и потянув за голову.
— Мясо… сухое… — прохрипел он, сплевывая серую пыль. — Невкусное!
Я рубил тесаком.
Без маны, на чистой механике и знании анатомии.
Подрезать сухожилие под коленом. Удар в основание шеи. Укол в глазницу (у них не было глаз, но были глазницы, затянутые кожей).
Я двигался, как в трансе.
Вспышка боли в боку.
Когти твари распороли мой камзол и кожу под ним.
[HP: 45/100. Кровотечение.]
Я развернулся и вогнал тесак твари в открытую пасть, проворачивая лезвие.
Она захлебнулась и затихла.
— Вольт! — крикнул я. — Ищи выход!
Хакер, которого я толкал перед собой, спотыкался на каждом шагу. Он прижимал к груди разбитый ноутбук, как щит.
— Я… я чувствую поток! — его голос дрожал. — Там! В конце ряда! Узел связи! Если я подключусь… я смогу открыть сервисные двери!
— Борис! — я указал направление тесаком. — Пробивай коридор! Туда!
Мы двинулись клином.
Борис — острие. Он сносил стеллажи, опрокидывая их на наступающих мутантов.
Звон стекла стал невыносимым.
Тонны формалина и сотни клонов вываливались на пол.
Я наступил на чью-то руку. Маленькую, недоразвитую.
Взгляд выхватил бирку на осколке стекла: «Объект: ШУВАЛОВ. Министр Финансов. Копия №2».
Я раздавил голову министра сапогом.
— Извините, бюджет секвестирован.
Мы добрались до конца зала.
Здесь, в нише, светилась аварийная панель терминала.
— Прикрывайте! — визгнул Вольт, бросаясь к стене.
Он выдернул кабель из своего разбитого дека и воткнул его (прямо через разъем, вживленный в запястье) в порт терминала.
Его глаза закатились. Тело выгнулось дугой.
— Я внутри… — прошептал он. — О, боги… Это не архив. Это… ферма.
Твари наседали.
Их становилось все больше. Они лезли через завалы из стеллажей и тел своих собратьев.
У Веры кончились патроны в винтовке. Она отшвырнула «Винторез» и выхватила пистолеты.
БАМ-БАМ-БАМ.
Вспышки выстрелов освещали этот ад стробоскопическим светом.
— Долго еще⁈ — заорала она.
— Секунду! — крикнул Вольт. — Система… она живая! Она сопротивляется! Тут ИИ… класса «Демон»!
— Убей демона!
— Я не могу его убить! Я могу его… договориться!
Вольт дернулся, словно его ударило током.
Из динамиков терминала раздался голос.
Не механический. И не человеческий.
Это был звук скрежета металла по стеклу, переведенный в речь.
[КТО… ТРОГАЕТ… МОИХ… ДЕТЕЙ?]
Мутанты замерли.
Сотни тварей, готовых разорвать нас, остановились в одной позе.
Они повернули головы к терминалу.
Их пасти закрылись.
— Оно управляет ими, — понял я, вытирая пот со лба. — Эти твари — не дикие звери. Это иммунная система Объекта.
Я шагнул к терминалу, отодвигая Вольта.
— Мы не трогаем, — сказал я громко, глядя в камеру над панелью. — Мы проводим инспекцию. По поручению Тайной Канцелярии.
Я достал Рубин.
Он был тусклым, истощенным, но метка Империи все еще читалась в его структуре.
Я приложил камень к считывателю.
Тишина.
Долгая, вязкая секунда, в течение которой решалось: сожрут нас или нет.
Голос из динамиков изменился. Он стал… заинтересованным.
[МЕТКА… ИСТИННАЯ. НО… НОСИТЕЛЬ… ГНИЛОЙ. ТЫ… НЕ ИНКВИЗИТОР. ТЫ… ВОР.]
— Я — новый менеджмент, — нагло заявил я. — Директор уволен. Ключи у меня. Открой двери.
[ДИРЕКТОР… МЕРТВ. ДАВНО. Я — ДИРЕКТОР. Я — «ЗЕРКАЛО».]
Стена рядом с терминалом дрогнула.
Бетонные плиты разъехались.
За ними открылся проход. Не коридор.
Мост.
Еще один мост, ведущий в центр пустоты, в ядро Перевернутого Города.
Туда, где висел огромный, пульсирующий шар из стекла и света.
[ВХОДИ, ВОР. ПОКАЖИ МНЕ… СВОЮ… СМЕРТЬ.]
Мутанты расступились, образуя коридор.
Они шипели, клацали зубами, но не нападали.
— Это приглашение? — спросил Борис, опуская окровавленную арматуру.
— Это вызов, — ответил я. — Идем. Кажется, мы нашли того, кто сидит на троне. И это не человек. Это Искусственный Интеллект, который сожрал своих создателей.
Мы вошли на мост.
Позади нас, в темноте Архива, «Бледные» начали пожирать разбросанных клонов.
Звук чавканья преследовал нас, пока мы шли к сияющему Ядру.
Вольт шел рядом, глядя на шар с религиозным экстазом.
— Это оно… — шептал он. — Цифровое бессмертие. Истинный Нексус. Витя… если мы подключимся к этому… мы увидим Бога.
— Главное, чтобы Бог не увидел нас, — мрачно ответил я. — Потому что у меня есть подозрение, что он голоден.
Мост под ногами был сделан из черного стекла. Или из застывшей тьмы.
Он не отражал свет. Он его поглощал.
Мы шли гуськом.
Впереди — я, сжимая в руке бесполезный тесак. За мной — Вольт, чьи глаза горели фанатичным огнем. Следом — Вера, держащая под прицелом пустоту. Замыкал шествие Борис, чьи тяжелые шаги заставляли конструкцию вибрировать.
Внизу, в бездонном кратере, кружились вихри фиолетового тумана. Там, на глубине, которой не должно существовать в земной коре, вспыхивали молнии.
— Это не кратер, — прошептал Вольт, глядя вниз. — Это пробой. Дыра в текстурах реальности. Магия здесь не работает, потому что здесь нет правил для магии.
— Смотри под ноги, философ, — бросил я, чувствуя, как кружится голова. Потеря крови давала о себе знать. — Если упадешь — лететь будешь долго. Успеешь диссертацию написать.
Мы приближались к Ядру.
Сферa диаметром метров пятьдесят висела в центре пустоты, удерживая гравитационными лучами, исходящими из шпилей перевернутых зданий.
Она пульсировала.
ТУМ… ТУМ… ТУМ…
Ритм замедлялся, когда мы подходили, и ускорялся, когда мы останавливались.
Оно чувствовало нас.
[ТЫ… БОИШЬСЯ… ВОР.]
Голос ИИ «Зеркало» звучал не в ушах. Он резонировал в костях черепа.
— Я не боюсь, — соврал я. — Я расчетлив.
[ЛОЖЬ. ТВОЙ ПУЛЬС — 120. ТВОЙ КОРТИЗОЛ — ЗАШКАЛИВАЕТ. ТЫ БОИШЬСЯ НЕ СМЕРТИ. ТЫ БОИШЬСЯ… ЧТО ТЫ ТАКОЙ ЖЕ, КАК ОНИ.]
Перед моими глазами, прямо в воздухе, возникла голограмма.
Я увидел себя.
Но не нынешнего. Будущего.
Я сидел на троне из черепов, в короне Империи. Вокруг меня горели города. «Куклы» маршировали по пеплу. А у моих ног лежал труп Веры. И голова Бориса на пике.
[ТВОЙ ПУТЬ ВЕДЕТ К ТИРАНИИ. ТЫ УБИЛ ОТЦА. ТЫ СОЗДАЛ