Глава 9
Делла
— Джефф? — Нет ответа. Я отняла телефон от уха. — Черт возьми.
Он повесил трубку.
Я зарычала, разочарование пронзило каждую мою клеточку.
Как бы сильно мне ни хотелось перезвонить ему, с этим придется подождать. Во-первых, мне нужно было разобраться с моим несносным соседом. Поэтому я выбежала из своей спальни, остановившись на верхней площадке лестницы, чтобы свирепо посмотреть вниз на Луку.
Он стоял у подножия лестницы. Не может быть, чтобы это было то место, откуда он кричал минуту назад. Он был здесь, наверху, вероятно, притаился за моей дверью.
Я уперла руки в бока.
— Детка?
— Что?
— Ты назвал меня деткой.
— И что?
Мои ноздри раздулись.
— Не называй меня деткой.
Начиная со вчерашнего вечера, единственным мужчиной, который будет назвать меня детка, будет Джефф.
— Мы можем идти? — спросил Лука, постукивая ногой. — Я умираю с голоду и хочу купить сэндвич или еще что-нибудь в магазине.
— Иди один. — Я развернулась на каблуках и прошествовала в свою комнату, хлопнув дверью с такой силой, что задребезжала фотография меня и моих родителей, висевшая на стене. Потом я бросила телефон на кровать и потерла виски.
День начался так хорошо. Утренний секс с Джеффом, потом поцелуй у двери. Я ехала домой с головокружением, находясь под кайфом от вчерашнего вечера. Потом я вошла в свой дом только для того, чтобы ко мне обратился Лука.
Он сидел на диване в спортивных штанах, с чашкой кофе в одной руке и телефоном в другой. У него хватило наглости выглядеть обиженным, сердито глядя на меня, пока он пил из моей любимой кружки.
Я проигнорировала его, поднявшись наверх, чтобы немного вздремнуть. Затем, через пару часов, я встала, чтобы принять душ и одеться. Когда я спустилась на кухню, чтобы приготовить поздний завтрак и самой выпить кофе, Лука сидел на том же самом месте, все еще сердито глядя на меня.
Наконец, после того, как я поела и помыла посуду, он, шаркая ногами, вошел на кухню. Сердитый взгляд исчез, сменившись жалкой гримасой.
Когда он спросил меня, где я провела ночь, я сказала ему, что это не его чертово дело.
Поскольку прошлой ночью я пропустила уборку, чтобы побыть с Джеффом, я решила заглянуть хотя бы на кухню и в свою ванную. Вместо того чтобы исчезнуть в своей комнате, как он обычно делал, когда я доставала швабру и чистящее средство, Лука задержался, настояв на том, чтобы помочь вытереть пыль, пропылесосить и вымыть полы.
Он не переставал дуться, и вместе с этим он начал выпытывать информацию о том, где я провела прошлую ночь.
Ты встречаешься с Роджерсом, не так ли?
Роджерс был учителем физкультуры в средней школе. Он был симпатичным, хотя я не люблю бритоголовых. К тому же Роджерс был на десять лет старше меня и разведен. Иногда мы вдвоем сидели в учительской за ланчем, и Лука любил поддразнивать меня, потому что Роджерс был влюблен в меня.
Я отказалась сказать хоть слово, поэтому просто продолжила уборку.
Он продолжал говорить.
К тому времени, когда на первом этаже было чисто, а моя ванная сияла, я была готова засунуть щетку для унитаза Луке в рот, что угодно, лишь бы он заткнулся.
Тогда я совершила ошибку, сказав, что иду в продуктовый магазин. Он вызвался пойти со мной, и у меня не хватило сил сказать ему «нет». Я как раз поднималась наверх за носками и обувью, когда зазвонил мой телефон.
Лука, должно быть, подслушал и выкинул этот детский трюк.
— Придурок.
Он ревновал. Без вопросов. Лука ревновал. И это приводило в бешенство так же, как и все остальное.
Скольких женщин он выставил передо мной напоказ? Сколько раз он давал понять, что я всего лишь его друг? Просто соседка, которая помогала делить расходы на проживание?
У него не было повода для ревности. Он не мог испортить все это с Джеффом.
Я просмотрела свои последние звонки и набрала номер Джеффа, но он сразу перешел на голосовую почту.
— Черт.
Против нас работало достаточно. Мы были новичками. Мы были секретом. Мне не нужно было, чтобы Лука говорил ненужную чушь просто потому, что я больше не собиралась тосковать по нему.
Больше нет.
Я и так потратила на него слишком много лет.
Осознание этого было освобождающим. Я покачала головой, сухо рассмеявшись.
Он был недостаточно хорош для меня. Как ни странно, мой отец однажды сказал это. Он сказал мне, что любой мужчина, который не видит красоты, живущей под его крышей — идиот.
Слушала ли я его? Нет. Так кто же на самом деле был идиотом по этому адресу?
Я.
Я снова позвонила Джеффу, но, когда во второй раз попала на голосовую почту, я надела носки и туфли, а затем побежала вниз трусцой.
Лука снова вернулся на диван. Вот и весь его поход в магазин.
— Делла.
— Что?
— Куда ты направляешься?
— Не твое собачье дело. — Может быть, если бы я сказала это достаточно громко, он бы отстал.
— Да ладно тебе. Не будь такой. Давай сходим в магазин. Тогда, может быть, мы сможем пойти и заняться чем-нибудь веселым.
— Нет, спасибо. — Я сняла свою куртку с крючка и натянула ее на плечи.
— Это из-за того родителя, не так ли? Того отца, на которого ты все время поглядывала. Вот с кем ты была прошлой ночью.
Я замерла, мое сердце подпрыгнуло к горлу. Дерьмо. Блять.
Если Лука подозревал, насколько трудно было бы кому-то еще догадаться об этом? Я заставила свои ноги идти, открыла дверь, чтобы выбежать наружу — ушла с еще одной захлопнувшейся дверью. Мои ноги подкашивались, но я двинулась вперед, подошла к джипу и забралась внутрь.
Это было всего лишь предположение, верно? Лука не мог знать о Джеффе. И пока я буду молчать, у нас все будет хорошо. Будет, если Джефф вообще захочет снова меня увидеть.
Гребаный Лука.
Поездка к Джеффу заняла всего несколько минут, недостаточно долго, чтобы мое сердце перестало бешено колотиться. Но я припарковалась на том же месте, где и прошлым вечером, и, расправив плечи, пересекла тротуар к ступенькам крыльца.
Если Кэти спросит, почему я здесь, я скажу, что потерял свой телефон. Или ключи. Или резинку для волос. Сделав глубокий вдох, я потянулась к звонку, но прежде чем успела нажать на кнопку, дверь открылась, и в проеме появился Джефф.
Да, он был безумен.
Его точеная челюсть изогнулась, когда он скрестил руки на груди.
— Привет.
Он