Раскладываю по тарелкам готовую курицу с картошкой, из холодильника достаю салат, заправляю. Роберт все это время с интересом наблюдает за всеми моими действиями.
— Вот, — сажусь за стол напротив него. Первый кусочек курицы обнюхиваю, обсматриваю. Вроде ничего особенного, я такую же ела уже не раз. Кладу кусочек в рот, зажмуриваюсь. С солью я прилично так переборщила. Дальше жжет перец, которого тоже стоило положить меньше.
Перевожу взгляд на Роберта, а тому вроде нормально. Есть и даже не плюется.
— Для первого раза очень хорошо, — выдает резюме после съеденной ножки и выпитого стакана воды.
— Спасибо, — с благодарностью целую его в солёно-перченые губы. Герой, не меньше!
Сама я на такой подвиг не решаюсь. Разогреваю стейки с пюре, которое мы благополучно доедаем за второй заход.
Взгляд падает на пакет с тестами. Надо пойти и сделать, глупо тянуть дальше.
Решительно сжимаю пакет в ладони и иду в спальню. Тут меня серьезно накрывает паникой.
Я что, стану мамой в восемнадцать?
Боже, да я на первом курсе. Я не умею готовить, я вообще младенца в руках не держала ни разу.
Что я буду делать с ребенком?
А что, если я совершу какую-нибудь фатальную ошибку и испорчу ему тем самым жизнь?
Как я с этим справлюсь?
Рассыпаю на пастели горсть разноцветных коробочек. Перед глазами плывет, но я стараюсь дышать медленно.
Яся, ты не робкого десятка.
Ты справишься!
— Черт, — запираюсь в ванной комнате с тестами. Тут на все надо пописать, где на полосочку, где в окошко. Да твою же мать, что все так сложно в этой жизни у женщин?
— Ясь, все хорошо? — раздается осторожный стук в дверь.
— Мммм… я пока разбираюсь куда писать.
— Можем завтра съездить сдать кровь. Продавец сказал, что это самый надежный вариант.
Ага… Съезди сдай, потом результатов жди. Так я паниковать буду еще дольше.
— Нет, я хочу сейчас.
Разложив тесты на раковине, выбираю три самых простых. Делаю тесты, выхожу с ними к Роберту.
— И? — он смотрит на меня во все глаза. Уже не такой собранный, как обычно.
Глаза горят, грудная клетка ходуном ходит. Взгляд сосредоточен на пластиковых тестах, зажатых в кулаке.
— Не знаю, мне страшно смотреть, — бормочу сипло.
— Давай я, — Роб тянет подрагивающую ладонь.
— Ой, Роб, — прижимаю ладонь к груди, — что мы с ним будем делать? Он же будет орать. Ты вообще рекламу памперсов видел?
— Видел. Я и Максима новорожденного на руках держал, — он чертыхается сквозь зубы, — Яся, давай их сюда. — Да… Роб не меньше меня нервничает.
Вкладываю тесты ему в руки, отворачиваюсь.
Да что же будет?!
Что же будет!
Аааа!
— Ясь… — из-за спины вкрадчиво.
— Ммм?
— Так ты результат узнать хочешь? — голос Роберта уже не такой напряженный.
— Н-нет, — разворачиваюсь к нему неуверенно. Встречаюсь с широкой улыбкой.
Это улыбка облегчения, что мы не беременны или радость такая, что я залетела?
— Совсем?
— Завтра скажешь, — прохожу мимо него.
Ой все, от правды все равно не спрячешься.
Резко разворачиваюсь и вынимаю из кулака один тест.
Одна полоска.
Оу…
Одна…
Ну и отлично…
Я не сильно переживаю.
Вот, глупо было думать, что я могу залететь с первого раза.
Нет и нет.
Вынимаю из кулака второй тест.
А тут две!
Что?
Что, блин, это значит?
Там одна, тут две!
Роберт разворачивает последний тест, на котором полоски тоже две.
— А как же… — я машу первым.
— Бракованный, наверное.
— А может эти?
— Ну два против одного, знаешь ли…
— Ну нет. Это выборка из трех вариантов. Нам нужно больше, — решительно бегу в ванную, где еще тесты остались.
Делаю их и они все показывают две полоски.
— Ясь, — Роберт опять стучится в ванную, — что там?
— Бейбик… орущий бейбик на целых две ярких красных полоски.
Роберт приоткрывает дверь, засовывает свою голову. Рассматривает меня на полу в окружении бумажек и тестов.
— Если что, я рад.
— Да я вижу, что ты рад, — вздыхаю тяжело, — а я как-то не очень готова. — Показываю руками свой будущий большущий живот, — вот к этому.
— Малыш, не сиди на холодном, — Роб со вздохом поднимает меня на руки, переносит в спальню, — ты будешь очень горячей секси — мамочкой, уверен.
— Ты просто хочешь меня подбодрить.
Роб садится на кровать, меня усаживает на себя. Обнимаю его, провожу ладонями по широким плечам.
— Неа. Уже представляю все твои округлости, ммм…
— Маньяк, — от его потяжелевшего взгляда мне становится горячо. Я где-то читала, что в беременность не только живот растет, но еще и грудь. А у многих женщин очень сильно повышается либидо. Последнее странно как по мне.
— Есть немного, — Роб ведет пальцами по ложбинке груди. Сжимает одну своей огромной ладонью, — можно больше не осторожничать.
— Да мы и раньше как-то не очень, — прижимаюсь своим лбом ко лбу Роба. Встречаюсь с ним глазами, — я тебя люблю, Роб. А ты? Прямо сейчас мне нужно это услышать. Я от тебя беременна.
— Мне казалось, это и так понятно.
Роб кусает свою сексуальную нижнюю губу, я мотаю головой в разные стороны.
— Кажется, это случилось с первого взгляда. Не думал, что такое бывает в реальности, — Роб хмыкает, всем телом напрягается. Как же тяжело мужчинам признаваться в чувствах, оказывается, — тем более со мной, — его брови собрались у переносицы, грудь поднялась от протяжного вздоха, — ты была как ангел, за которым неслись демоны. Сразу понял, что будешь моей. И даже твоя фамилия не стала препятствием. Это тянет на люблю?
— Думаю да, — тяну за край футболки Роба, оголяю его до пояса. Нежно веду пальцами по тату в виде крыльев и дате. Это было ужасно, что сделал с ним и его мамой мой отец, но мы справимся.
Любовь — это все побеждающее чувство. Она сильнее ненависти.
Мы построим с Робом свою прекрасную семью.
Я подарю ему дочь или сына.
Из его памяти сотрется все ужасное, его заменит моя нежность и детский смех наших детей.
Касаюсь своими губами губ Роберта, целую чувственно и долго. Ерзаю на его коленях, ощущая как под попой начинает каменеть пах. Желание мгновенно затапливает низ живота и заставляет грудь налиться тяжестью.
Медленно соскальзываю с его колен на пол, облизываю пересохшие губы.
Что он там говорил про секси будущую мамочку?
Я могу, я очень даже. Сейчас покажу…