Стук не прекращался. Наоборот, он превратился в назойливые удары по двери кулаком и дерганью ручки. Ну подергай, подергай. Зря, что ли, я испортил старинную дверь такой же старинной щеколдой, найденной на помой… в смысле, чердаке замка? Как раз от таких визитеров.
Я поднял голову и стал придумывать, как ответить стучащему, он явно нарывался. Выходило слишком задорно и крайне матерно. Ладно, в следующий раз будет по полной. Пока выберем мягкий вариант из набора.
— Ты, блин, еще башкой об нее постучи! — крикнул я, вставая с постели.
Настроение у меня было зверское. Вот ненавижу, когда мешают делать мне две интимные вещи — есть и спать. Тогда я становлюсь неуправляемо агрессивным. А в таком состоянии ко мне лучше не приближаться и пальцы в клетку не совать. Откушу нахрен.
Отодвинув щеколду, я резко открыл дверь так, чтобы визитеры почувствовали мое плохое настроение.
— Доброе утро! — ядовито сказал Сид, держа в руке тот самый разводной ключ.
— И вам не хворать. А это кто? — я ткнул пальцем в фигурку красивой девушки рядом с ним.
Черт! ЯБВ! Девка будила самые древние желания и скрытые под многовековым лоском инстинкты. Животные инстинкты.
Вот только у нее был огромный бланш на пол-рожи и отекшая скула.
— Это та, кого ты ночью чуть не прибил!
Или нет, как половой партнер явно отпадает. Теперь я смотрел на фофан чуть ли не с любовью. Награда нашла певицу на крышах.
— Бакэнеко? — прищурился я, включив Волховской взор. — Что-то не похожа она на оборотня!
— Нет. Это Бастет. Да. Та самая Бастет. Ты ударил богиню!
— Да ну? — с восторгом удивился я. — Первая богиня в моем послужном списке.
Я открыл оболок. Миндалевидные глаза Бастет расширились, кошачьи зрачки сжались до точки. Ага, прочувствовала, кошка драная? Богиня? Хорошо. Вот только есть одно небольшое обстоятельство…
— Ты будешь нака… — открыл было рот Сид.
— Слышь, дядя, пасть захлопни! — посоветовал ему я. — Если есть претензии — пусть говорит она!
— Есть! — с кошачьими нотками в голосе с акцентом произнесла она. — Покушавшийся на богиню и ее подданных умрет!
— Сама не сдохни случайно, — посоветовал я. — Во-первых, ты из левого пантеона, в местном мире ты не рулишь. Во-вторых, ты бессильна — у тебя нет здесь эгрегора, весь передох со временем. Не знаю, из какого древнего сортира тебя вытащил Сид, но силы в тебе нет, я это вижу и хорошо. Максимум, что ты можешь сделать — в тапки насрать. Ты просто старая иссякшая реликвия, монстр давно ушедшей эпохи. Я могу прикончить тебя прямо сейчас и прямо здесь, не сходя с места, но Сид, вероятно, будет против. Поэтому говорю в последний раз. Еще один концерт на крыше — кину не ключом, а выпущу магазин. Еще одна угроза — и ты умрешь. Я все сказал.
Я захлопнул дверь перед их носами и перевел дух. Действительно, не знаю, что она там Сиду сказала и что наобещала, но действительно старый египетский божок пусть тусуется со своими друзьями-фараонами. Ну и что, что те дохлые, перемотанные тряпками и в расписных гробах? Самая та компашка для древней, побитой молью кошкодевочки.
Пока протер глаза, пока прозевался, пока то да се — спустился, наконец, пожрать в кухню. Там уже хлопотал Джордж — на все руки мастер. Хотя вроде как и числился дворецким.
— Здравствуйте, Джордж!
— Здравствуйте, мистер Тони!
— Что-нибудь осталось от завтрака?
— Специально для вас оставил!
— Вот спасибо!
И тут же на столе появились тосты, глазунья, жареный бекон и чашка крепкого кофе — все, что я люблю! А потому что надо быть вежливым и обходительным с теми, кого природа или везение поставило ниже тебя. А от дворецкого ты зависишь больше, чем от того же барана Сида.
— А что это за гостья у нас тут нарисовалась? — поинтересовался я, зацепляя кусок яичницы на вилку.
— Личная гостья Сида с Мери. Больше ничего не могу сказать. Вы же знаете, Тони, что я не распространяюсь по подобным поводам, — сказал Джордж.
— Понятно. На завтрак у нее рыба? — я проглотил, наконец, кусок глазуньи.
Не, надо кетчупом полить. Глазунья без кетчупа — деньги на ветер.
— Даже не знаю, — развел руками дворецкий. — Ей доставляют еду из ресторана морепродуктов.
Ну естественно, ухмыльнулся я. Киса любит рыбку. А пьет она исключительно молоко, или к вискарю прикладывается?
— И завтрак, и обед, и ужин? — спросил я.
— Да, все это.
Как бы раскрутить Джорджа на еще какую инфу? Вот беда, из старого служаки лишних слов не выудить.
— И на сколько она у нас?
— Недолго. До завтра. Должны приехать из одного королевского дома и она нас покинет. Я ничего не говорил, — подмигнул мне он. — Просто не люблю тех, кто жесток и мстителен.
Я чуть не подавился беконом. Вот так так… Джордж меня предупредил на сегодняшний день и начало завтрашнего. Спасибо! Если эта царственная кошкодевочка, с которой сдувает пылинки Сид захочет со мной расправиться, то он и пальцем не шевельнет, она ему дороже во много раз. И мне нежелательно шинковать ее в капусту или что там у древних египтян было. Дилемма? Да щаз. Решаемо.
Я прикончил без сомнения вкусный и питательный завтрак, допил с наслаждением кофе. Еще бы что-то типа монтекристо или партагас в зубы, но увы, курить я бросил, еще став Томасом Хоупом. Курение, как говорит минздрав, вредит нашему здоровью.
— Спасибо, Джордж! — поблагодарил я за такой завтрак старого слугу.
— Пожалуйста, мистер Тони.
— И… спасибо! — а это уже не за завтрак.
— Пожалуйста, — подмигнул мне старый дворецкий.
Я поднялся к себе в комнату. Вот тебе и дилемма. Нет, есть у меня мысли на этот счет, но… Надо посоветоваться с ламией.
Я взглянул на часы. Десять часов, нормальное рабочее время. Если она чем-то таким и занималась, то время прощального коитуса прошло. И вообще, говорили за вечер.
Я потер кольцо, и передо мной явилась ламия. Сонная, растрепанная, глаза опухшие, сиськи в разные стороны… Похоже, вечер удался.
— Ну что тебе неймется? — простонала она.
— Ночь безумной любви удалась? — осклабился я.
— Да… — опять простонала она.
— Головка бо-бо? — ласково осведомился я. — Перебор с кровью грешников?
— Да ну тебя, — отмахнулась она.
— Сколько тебе нужно времени привести себя в порядок? — спросил я, поняв, что в таком состоянии она мне не то, что не советчица, но даже и не помощница.
— Сейчас! — она исчезла, чтобы через мгновение появиться уже в нормальном виде, даже причесанная и накрашенная.
Ей надо открыть курсы для жен, которые