Я не против учить тебя, Тэмми. Для меня это не в тягость.
Конечно, он так скажет. Но даже если бы было трудно, он бы ей этого не сказал. И Тэмми всегда задавалась вопросом, не устанет ли он втайне от нее. Нужно было запомнить тысячу вещей, и не было никакой надежды запомнить их все. Тэмми была подавленной и уставшей. Но она была полна решимости.
— Хочешь вернуться? — снова спросил он, тихо шепча слова ей в щеку.
— Нет, — твердо ответила она. — Я хочу остаться.
Она заметила искру гордости в его глазах. — Хорошо.
Они поцеловались. Этому, по крайней мере, ей не нужно было учиться.
— Каспенон, — раздался голос рядом с ними. — Ты не собираешься представить мне свою жену? Или эта честь предназначена только для Аполлона?
Они отстранились друг от друга и увидели, что за ними наблюдает мужчина. В отличие от большинства других василисков мужского пола, которых Тэмми видела, — крепких воинов, — этот был стройным и жилистым. Он был высоким, что только подчеркивало его худобу.
— Тэмми, — сказал Каспен, — мой младший брат, Деймон.
Тэмми удивленно подняла брови. Она не могла поверить, что сегодня вечером встретит так много членов семьи Каспена.
— О, — сказала она, — Приятно познакомиться.
Деймон взял ее за руку и поцеловал ее. В отличие от Аполлона, его губы не задержались на ней.
— Действительно приятно. — Он наклонил голову в сторону Каспена. — Она прекрасна.
Тэмми чуть не рассмеялась. Знали ли эти братья какие-нибудь другие комплименты?
— Ты тоже прекрасен, — сказала она, не подумав.
Деймон поднял брови от удовольствия.
— Правда? Как мило с твоей стороны.
Это было правдой — Деймон был потрясающе красив. Тэмми сразу поняла, что он ей нравится. Она чувствовала, что этот диалог доставил удовольствие и Каспену; он почти улыбался.
— Мой брат доставил тебе какие-нибудь неприятности сегодня вечером? — спросил Деймон.
Тэмми взглянула на Каспена.
— Нет. Пока что нет.
— Я не имею в виду Каспенона, — подмигнул Деймон. — Я имею в виду того, кто может доставить тебе неприятности.
Очевидно, репутация Аполлона шла впереди него.
— Нет, — снова сказала она. — Я могу с ним справиться.
— Справишься, говоришь? — он похлопал Каспена по плечу. — Ты выбрал сильную девушку.
Каспен посмотрел на Тэмми, его глаза были полны гордости.
— Действительно.
С этими словами Деймон удалился. Он был вторым василиском, который ушел, не попрощавшись. Очевидно, прощания не входили в их древние обычаи.
Как только он ушел, Каспен снова приник к ее губам. Поцелуй только начал углубляться, как он внезапно отстранился, оглядываясь через плечо, словно услышал что-то. Несколько василисков мужского пола собрались в группу и смотрели в их сторону, явно что-то обсуждая.
— Каспен? В чем дело? — спросила она.
Он все еще смотрел на них, отвечая:
— Инакомыслие.
Перед тем, как она успела спросить, что он имеет в виду, он повернулся к ней и сказал:
— Я должен разобраться с этим. Это не займет много времени. Ты побудешь одна?
Тревога сдавила горло Тэмми. Она была здесь одна — единственной ее опорой был Каспен. Но она не могла вечно цепляться за него. У нее не было будущего под горой, если она не научится справляться сама. Поэтому она сказала:
— Да.
Он быстро поцеловал ее в лоб и повернулся к группе мужчин.
Тэмми огляделась, готовясь найти кого-нибудь, кого угодно, с кем можно было бы поговорить. Не прошло и пяти секунд, как кто-то появился перед ней.
— Темперанс, — сказала женщина.
— Привет, — сказала Тэмми, потому что не знала, что еще сказать.
Женщина усмехнулась.
— Привет? Это все, что ты можешь мне сказать?
Значит, она решила перейти от сути к делу. Замечательно.
— А что мне еще сказать тебе?
— Могла бы начать с извинения.
— За что?
— За то, что ты здесь.
Тэмми скрестила руки.
— У меня такое же право находиться здесь, как и у любого другого.
— Не делай ошибку, думая, что ты особенная, — резко сказала женщина. — У Каспенона были все женщины под горой, включая меня.
На щеках Тэмми заиграл румянец. Первое, что она хотела сделать, это смутиться или даже разозлиться. Но она уже знала, что Каспен спал почти со всеми в этой комнате. Если эта женщина думала, что эта информация ее ранит, она ошибалась. Часть Тэмми действительно наслаждалась этим. Каспен был со всеми, но он все равно выбрал ее. Это было честью — отличительной чертой в списке ее достижений. Она гордилась своим статусом и не позволила этой женщине или кому бы то ни было унижать ее.
— Ни одна из тех женщин для него не имела значения, — сказала она. — Включая тебя.
— Тебе стоит отречься от престола, — прошипела женщина.
— Отречься? — Это казалось абсурдным. Тэмми была оскорблена, что ей вообще это предложили. Это правда, она была новичком в королевских делах и в культуре василисков. Но она заслужила свое место. Сам Каспен говорил это. — В тот день, когда я отрекусь от престола, я умру.
Женщина наклонилась вперед.
— Тогда надеюсь, что тебе не суждено прожить долго.
— Хватит, Эванджелина.
Голос принадлежал Аделаиде. Она вышла из толпы, скрестив руки, и выглядела так же безупречно, как и всегда. На лице Эванджелины промелькнула ярость, которая быстро сменилась недоверием.
— Ты что, сошла с ума, сестра?
Когда она произнесла это, Тэмми поняла, насколько похожи эти две женщины. У них была одинаковая королевская осанка, одинаковые безупречные волосы. Удивительно, как она раньше этого не заметила.
— Темперанс здесь, и она — наша королева, — продолжила Аделаида. — Мы обязаны ей нашей преданностью.
Эванджелина фыркнула.
— Ты — законная королева. А ей мы ничем не обязаны.
— Хватит, — повторила Аделаида. На этот раз Эванджелина просто повернулась на каблуках и исчезла. Аделаида взглянула на Тэмми с сочувствием.
— Моя сестра рассержена. Прошу прощения за ее поведение.
— Все в порядке.
— Темперанс. — Она мягко коснулась ее плеча. — Я серьезно. Мне жаль.
Тэмми была поражена ее искренностью, а также их физическим контактом. Аделаида лучше, чем кто-либо другой, знала, что значит быть с Каспеном. Она была помолвлена с ним раньше, чем Тэмми. Ее извинения много значили, даже если Тэмми была не в состоянии оценить это.
— Спасибо, — тихо сказала она.
Аделаида опустила руку.
— Ты могла понять, что она — не единственная, кто не согласен с твоим королевским положением.
Тэмми посмотрела на группу мужчин, некоторые все еще смотрели на нее.
— А что насчет них? — спросила она. —