— Естественно, — рычит Дэн, — ваша территория, значит?! Херово дела ведете!
Он наступает на вошедших мужчин. Но они не очень-то боятся. Вокруг них несколько крупных волков. Оборотни?
— Нам жаль, — примирительно говорит тот, что покрупнее, брюнет в классическом костюме, — что не уследили. Этот одиночка совершенно следов не оставляет.
— Вам жаль?! — Дима подлетает к ним. — Одну он разорвал, нашу истинную чуть не убил! Жаль нас не устраивает, Григорий.
— Так, стоп! Альфы не допустят вражды. Мы приносим извинения, — второй мужчина в джинсах и футболке примирительно поднимает руки.
— Маша, мы тебя забираем, — жестко говорит Дэн, — иди собирай вещи. Мы пока тачку подгоним. Кстати, об этом...
— Можете взять одну из наших машин, — выгибает бровь тот, которого назвали Григорий, — и...
Он вдруг замирает. Не мигая, глядит в нашу с Алинкой сторону. Делает шаг.
— В чём дело? — рычит Дима, закрывая меня собой.
Григорий и второй мужчина переглядываются.
— Я врач, — говорит тот, что в футболке, — меня зовут Наиль. Могу взглянуть на твою подругу?
— Зачем? — спрашивает Дэн. — Она от страха в обморок упала.
— Нужно, — цедит он, не сводя глаз с Алины.
А что происходит?
— Пусть! — касаюсь руки Дениса. — Разберитесь пока с машиной.
— Спасибо, — говорит Григорий, завороженно рассматривая мою подругу, — могу я...
— Конечно, — отпускаю Алинку, встаю, пошатываюсь.
Он берет её на руки, нежно прижимает к себе. Они же не знакомы вроде... или знакомы?
— Как ты? — Дима обнимает меня. — Испугалась, малышка? Сука, я чуть не сдох от страха...
— Ты чего-то боишься? — мне очень хорошо сейчас, даже несмотря на пережитый ужас. — Крутой и сильный мишка.
— За тебя мы оба боимся, девочка, — Дэн обнимает меня с другой стороны.
— Спасибо вам, — шепчу, — если бы не вы... такие красивые и сильные...
— Тшш, тихо, детка, — мурчит Дима, — сейчас нам нужно свалить.
— Покажешь, где ваша комната? — спрашивает Наиль. — Твою подругу лучше перенести туда, где потеплее. У вас есть аптечка?
— Ладно. Есть.
— Мы пока за тачкой, — подмигивает мне Денис, затем мишки уходят.
— Всё здесь уберите! Проверьте, есть ли жертвы! — жестко приказывает остальным волкам Григорий. — Маша, пойдемте?
— Вы оборотни? — спрашиваю, когда мы идём по пустому коридору к нашей комнате.
— Да. Вы осведомлены, — сдержанно говорит он, — это наша территория. И альфы волчьих стай хотели бы загладить вину.
— Зачем? Как?
— Чужак появился в городе. Опасный. Лучше вашей подруге переждать где-нибудь в безопасном месте, — произносит Наиль.
— Да? Ну... она увидела берсерков и... в общем...
— Мы обеспечим безопасность сами, — чеканит Григорий.
Проходим в нашу комнату, я хватаю вещи.
— Вот ее постель, — показываю на койку, — аптечка в тумбочке. Я буду пока собираться.
Странно, я спокойно так отдаю свою подругу в лапы оборотней. И они очень внимательны. Непонятно вообще!
Хватаю рубашку, шорты. Бегу в соседнюю пустую комнату. Быстро переодеваюсь. Но около двери замираю...
— Красивая... ты чуешь, Гриш? Наша...
— Тихо! Мы ещё даже альфами не стали. Ярцев нас прикончит. Грязное дело вышло, с медведями шутить нельзя. А её... нужно защитить любым способом.
— Но по словам медвежьей блондинки, она испугалась. Так, что чуть не умерла. Дыхание очень поверхностное, огромный шок. Мы не имеем права...
— Поэтому мы просто будем наблюдать. А когда она станет готова нас принять, покажемся...
— Да, так будет лучше.
Неужели моя Алинка... истинная? Но чья? Мне становится не по себе, словно я слушаю что-то, не предназначенное для моих ушей. Интимное. Так что прокашливаюсь и захожу.
— Как она?
— Испытала шок, — говорит Наиль, — я вколол ей успокоительное. Хорошая у вас аптечка.
— Да, Алина старалась. Она очень ответственная.
— Значит, её зовут Алина... — Григорий словно смакует имя.
Убирает прядь темных волос со щеки моей подруги.
— А вы...
— Тшш, — Наиль прикладывает палец к губам, — давай не будем об этом. И еще, Маша, пожалуйста. Чтобы сберечь её психику... ничего ей не говори. Это был просто сон.
— Но...
— Я кое-что шепнул ей. Поверь, так будет лучше. Алина не готова принять наш мир. Ей это покажется лишь сном. Будет наш маленький секрет, договорились?
— Ладно.
— Так, вы что к нашей истинной лезете? — широким шагом Денис заходит в комнату. — Что с подругой?
— Я заговорил ее память, — произносит Наиль, — она проспит сутки, подумает, что сон приснился. Наши всё уберут. Маша оставит ей записку, правда?
— Угу, — киваю.
— И разберитесь с полицией, — выплевывает Денис, — этот следователь Игнатов дотошный идиот.
— Да, мы знаем. Вересов уже занимается.
— Так, Машуня, теперь о наших планах. Думаю, ты поняла, что больше мы тебя никуда не отпустим.
— Да, я... — стою, дрожу.
На меня накатывают сильные эмоции. Слёзы льются сами собой. Весь пережитый ужас проносится перед глазами.
— Ну, маленькая, — Денис крепко меня обнимает, — мы никому не позволим тебе навредить. Тшш, не плачь. Прошу, милая, ты рвёшь мою душу на части.
— Прости, — всхлипываю, — не знаю, что со мной.
— Остаточный шок. Девушке нужен отдых. Увезите её подальше, — говорит Наиль.
— А Алина? Куда она поедет?
— Комендант общежития... мертва, — вздыхает Григорий, — так что думаю, занятия в университете будут временно приостановлены. За Алиной мы приглядим, её никто не тронет.
— Но... — пробую спорить, но мишки вручают мне сумку.
— Быстро собирай вещи, детка. Больше ты сюда не вернешься.
Глава 27
Маша
Всю дорогу до дома мишек я молчу. Дима и Денис периодически смотрят на меня. Сочувственно.
Но из меня словно все силы высосали. Гляжу в окно. Весь мир перевернулся. Ведь когда знаешь об оборотнях — это одно. До конца не веришь. Но когда видишь своими глазами...
И когда находишься на волосок от смерти, мир меняется. Мужчины открывают ворота, мы заезжаем. И лишь здесь липкие лапы страха немного отпускают, позволяя сделать вдох.
— С Алиной точно всё будет хорошо? — спрашиваю, чувствуя ползущую по телу дрожь.
— Да, Машунь. Альфы позаботятся...
— Она ведь связана с ними?
— В каком смысле? — не понимает Дима.
— Я слышала разговор... — мнусь, не знаю, стоит ли рассказывать о таком.
— Какой?
— Ну что она та самая и так далее.
Медведи переглядываются.
— Возможно.
— Но она шокирована, — тихо говорю, — бедненькая.
— А ты? — Дима внимательно смотрит на меня. — Маш. Ты в шоке? Пожалуйста, не стесняйся и не бойся нас.
— Просто я... — держусь изо всех сил, чтобы не разрыдаться, — так испугалась. Думала, он меня убьет.
— Что за пластырь на шее? — жестко спрашивает Дэн, но этим останавливает мою истерику.
— Это... Захар, — сдавленно шепчу.
— Не дави на неё, — рычит Дима, открывает дверь, — сиди, лап, сейчас я тебе помогу.
Дважды меня просить не нужно. Ведь моё тело словно