— Ага, мама постоянно ссорится с папой, — прошептала я Поле. — Тоже мне удивила!
Гадалка опять перетасовала карты…
Бабушке Антона она рявкнула, что ее ждут перемены.
Маме Антона — что ее ждет неприятное событие (наверное, наша с Антоном свадьба — не очень-то Ольга Михайловна меня долюбливает).
Моей бабушке сказала, что она скоро выйдет замуж (это же я скоро выйду замуж, не?).
Наконец, зовет меня.
— О! Да у тебя, дэвушка, большие перемены! (ага, какая новость!). Мужчину вижу в скором будущем рядом с тобой (а я-то как его вижу — прям как наяву). Любимого. Будете счастливы. Но не просто так достанется это счастье.
Ох, а какое счастье достается просто так?
— Этой гадать будэм? — указывает гадалка пальцем, на котором сияет огромный перстень.
Мы оглядываемся — кого она имеет в виду? Некрасивую подружку?!
— Нет, ей не надо, — ворчит бабушка, не понимая: то ли пошутила Эливира, то ли на полном серьезе собралась гадать собачонке.
Чихуахуа в ответ только лает — другой реакции у нее в принципе ни на что нет.
Ладно, благодарим гадалку и переходим к следующему пункту программы. Хотя я, честно, думала, что веселее будет.
* * *
«Идеального мужчину» собрали — решили, что победили все. Такие у нас красавчики вышли! Собирали на манекене из подручного материала. Обхохотались.
Носки мужа искали в номере Полины — Люся их там спрятала. И никто, даже сама Поля, не подозревал, где они. Усилий пришлось приложить немало. В итоге еще и выяснилось, что носки Люся разделила и спрятала в разных местах. Обхохотались!
Первый носок нашла Ольга Михайловна.
Со вторым в зубах прибежала бабушкина подружка.
Наконец, пошли в Спа-салон. Там нас развели по кабинетам. Только уже в финале посадили в кресла и сделали классные укладки для похода в стриптиз-клуб.
— Мужской стриптиз! — задорно кричит бабушка Антона. — Никогда не видела. Спасибо, деточки, хоть на старости лет поглядеть, как мужики за деньги раздеваются.
М-да. Дай бог нам ее энергию в такие годы.
Глава 12
Мы вовсю веселимся. Мужчины в одних плавках нас развлекают — танцуют для нас и с нами, разливают напитки, предлагают еду. Иногда их шуточки кажутся плоскими, но в целом — особенно выпив достаточно вина — нормально и смешно.
— Девочки! У меня тост! — моя бабуля встает, держась за стул. — Государство должно оплачивать женщинам минимум раз в году такое мероприятие! Посмотреть хоть на мужиков нормальных. Накачанных, а не тех, что тоже в плавках, но на пляже с пузами. Отвлечься от семейной жизни. И измен сразу станет меньше!
— Я лично «за»! — поддерживает ее Елена Сергеевна. — Пенсионеркам скидки!
Видимо, она расслышала только часть тоста.
— Бесплатно, мам, — орет ей в ухо Ольга Михайловна. — За счет государства.
— Отлично! Тем более! У тебя наличные есть? Хочу мальчикам дать на чай.
Парни улыбаются. В отличие от московских им не нужно ходить в солярий за загаром — вон, лежи в свое удовольствие возле моря чуть ни весь год.
И тут я думаю, что мужской стриптиз перед свадьбой — это довольно рискованное мероприятие. О чем и громко шепчу Полине:
— Представляешь, только сейчас подумала! Мне надо вести себя прилично, а я будущих родственниц приглашаю в такое место! Только сейчас поняла, как лоханулась!
— Ой, и правда! Обычно идут только подруги невесты, — Полина хохочет. — Ничего, не переживай. Вроде им все нравится.
Да уж, вроде нравится. Но мама Антона постоянно смотрит на меня недобрым взглядом. Не везет мне: то мои родители не любят Макса, особенно папа, то родители Антона не сильно любят меня. Никакой гармонии!
— У меня все гораздо хуже! — сообщает Поля.
— У тебя?! — я пытаюсь перекрикивать музыку: стриптизер вышел с очередным номером.
— Да, жесть! Один из них… кстати, тот, который сейчас лихо танцует на сцене… парень, с которым я когда-то встречалась!
— Ни фига себе! И чего? Он тебя узнал?
— Конечно! Мы с тобой еще не в том возрасте, когда не узнают старые знакомые и бывшие. Короче, клеится ко мне. Явно на что-то рассчитывает. Придется его отшивать изо всех сил.
— А как вы с ним познакомились?
— Курортный роман. Здесь и познакомились сто лет назад. Я в универе училась. Тогда он еще не работал стриптизером. Бальными танцами занимался. Видимо, карьера пошла немного не туда…
Мама Антона вклинивается в наш разговор:
— И чего все ими так восхищаются? Мой муж, когда был молод, тоже так мог.
— Как мог, Ольга Михайловна? — у меня глаза расширяются от удивления. — Он стриптиз танцевал? Подпольно?
— Почему подпольно?
Понимаю, что сморозила не то.
— Ну, времена такие были… Ну, наверное, тогда запрещен был у нас в стране стриптиз… — запинаюсь я. — Особенно мужской, — мне бы рот закрыть, но поздно.
— Даша! Я не говорю, что он танцевал стриптиз, господи упаси! Я говорю, что он хорошо танцевал. Вот и все.
— Извините, — мы с Полиной переглядываемся, сдерживая улыбки.
Программа подходит к концу. В финале всем, кроме меня, раздают открытки — подписать пожелания невесте. Они называются «пьяные», потому что прежде чем получить свою открытку, надо выпить стопку крепкого. Причем, крепкое выбирают наугад, не зная, что в рюмке.
Надо сказать, женщины лихо их опрокидывают и принимаются за дело, коряво выводя пожелания.
А мне, согласно плану, должны преподнести символическую открытку в виде мужских плавок с надписью «Желаем счастья».
Когда стриптизеры выходят с ней в руках и объявляют:
— А вот специальная открытка, которую мы хотим вручить…
Их перебивает моя бабушка и выхватывает плавки.
— Спасибо! Какой приятный сюрприз!
Парни обалдевают и смотрят на меня вопросительно.
Я машу рукой: пусть забирает бабуля, если ей так нужно.
Мне сдают открытки. Моя бабушка бережно кладет плавки в сумку, будто это самая великая ценность.
Перед уходом все дамы настойчиво просят сфотографироваться со стриптизерами. Начинается спор: «А теперь я одна с вот этим мальчиком!», «Нет, дайте я встану посредине!» и так далее. Мы с Полей вообще оказываемся оттеснены в сторонку…
Следующий пункт программы — он же заключительный — сжигание моего символического паспорта с девичьей фамилией на берегу моря. Туда же должны подъехать и наши мужчины.
На самом деле, менять фамилию я не хочу. Ну как скажите запросто стать вместо Высоковской Дурынчевой? Когда Поля узнала, какая у Антона фамилия, она долго не могла очухаться от душившего ее смеха. Передо мной ей было неудобно, однако я ее понимаю. Самой смешно.
Но мои планы не имеют