А там, в небе над полем, Гарри как раз разворачивал свою мётлу, в последний момент заметив что-то золотое, просвистевшее мимо его головы, а в следующую секунду пролетевшее мимо профессора Снейпа. Гарри вышел из пике, победно вскинув руку, в которой был зажат снитч.
Гойл всё же нагнал Невилла: кулак слизеринца несколько раз встретился с его челюстью, и в глазах у мальчика на мгновение поплыли яркие искры.
Трибуны взорвались криками и аплодисментами: они никогда не видели, чтобы снитч поймали в самом начале игры. Похоже было, что Гарри Поттер установил рекорд.
— Рон! Рон! Где ты?! Игра закончилась! Гарри выиграл! Мы выиграли! Гриффиндор вышел на первое место! — радостно вопила Гермиона, подпрыгивая на сиденье, а потом кинулась обнимать сидевшую перед ней Парвати Патил.
Через некоторое время драчуны пришли в больничное крыло.
Мадам Помфри тяжело вздохнула, увидев эту процессию — Невилла со ссадинами на лице, поддерживающего под локоть хромающего Рона, Малфоя с окровавленным лицом и заплывшим глазом, который он пытался прикрыть, и мрачно бредущих сзади Гермиону, Гойла и Крэбба (последних двух она, проворчав, отпустила почти сразу, ограничившись простым «Эпискеи» на нос Гойлу).
До самого вечера Невилл и Рон пролежали в больничном крыле под строгим присмотром мадам Помфри. Она ворчала, смазывая их ссадины едкой оранжевой мазью, которая ужасно щипала кожу. Драко, которому досталось сильнее остальных, остался лежать в лазарете до утра. Он грозился отомстить и тем, что расскажет всё своему отцу.
По возвращении в гостиную Гермиона, естественно, в своей манере их отчитала, но все они были удивлены тому, как яростно сражался Невилл.
— Жаль, меня в больничное крыло не пустили, — улыбался Гарри. — Я бы посмотрел на физиономию Малфоя.
— Жаль меня там не было, — добавил Дин, одобрительно хлопая Невилла по плечу. — Уравнялись бы силы.
— О, вы бы видели Невилла в разгар драки! Он сражался как берсерк! — оживлённо подхватил Рон. — Если честно, в какой-то момент я испугался, что ты просто останешься стоять в стороне. Спасибо, что не бросил, дружище.
Глава 12. Норвежский горбатый
Гермиона начала составлять расписание подготовки к экзаменам, заявив, что им всем необходимо повторить всю программу, и наложила заклинание на свои записи, пометив разными цветами темы для каждого из занятий.
— Гермиона, да до экзаменов ещё целая вечность! — в один голос запротестовали Невилл, Гарри и Рон.
— Всего десять недель, — отрезала Гермиона. — Они пролетят очень быстро, вы даже не заметите.
— Зачем нам всё повторять? — негодовал Рон. — Тем более тебе, ведь ты и так всё знаешь!
— Зачем повторять?! — Гермиона прямо-таки задохнулась от возмущения. — Ты что, с ума сошёл? Ты понимаешь, что для того, чтобы перейти на второй курс, нам надо сдать экзамены? Это очень важно, нам нужно было начать повторять ещё в прошлом месяце! И как я об этом забыла!
Преподаватели, судя по всему, рассуждали так же, как и Гермиона. Они буквально завалили учеников домашними заданиями, и потому пасхальные каникулы по сравнению с рождественскими оказались совсем невесёлыми. Да и как можно расслабиться, когда рядом с тобой Гермиона вслух повторяет двенадцать способов применения крови дракона или отрабатывает технику движений волшебной палочки! Гарри и Рон то и дело жаловались на Гермиону, из-за которой им приходилось большую часть своего свободного времени проводить в библиотеке, пытаясь одновременно повторять пройденное и изучать новое. Невилл, в отличие от них, был благодарен подруге за помощь.
В один из вечеров, когда Невилл возвращался в гостиную после ужина, он вовремя заметил компанию Малфоя, вырулившую из-за угла. Сердце ушло в пятки: меньше всего ему хотелось очередной стычки со слизеринцами. Невилл юркнул в ближайшую нишу и замер за рыцарским доспехом, стараясь даже не дышать. Малфой о чём-то оживлённо и самоуверенно рассказывал, размахивая руками.
— …говорю вам, этот остолоп Хагрид держит его прямо в хижине! — раздался резкий, торжествующий голос Малфоя. Он шёл медленно, явно наслаждаясь доносимой информацией. — Настоящий норвежский горбатый дракон.
Крэбб и Гойл издали какое-то невнятное хрюканье, которое у них заменяло смех.
— И что самое смешное, — продолжал Малфой, и Невилл буквально кожей почувствовал его самодовольную ухмылку, — Поттер и эти двое по уши в этом замешаны. Сегодня в полночь они потащат эту тварь на крышу, чтобы отправить к одному из Уизли. Думают, что они самые умные… Я выслежу их и сдам Макгонагалл. Посмотрим, как запоёт «великий» Гарри Поттер, когда его вышвырнут из Хогвартса с позором.
Сердце Невилла, и так бешено колотившееся от страха быть обнаруженным, забилось ещё сильнее. Дракон? У Хагрида? Мысли путались, но одно было ясно: Малфой знает то, чего не должен был знать, и он собирается подставить его друзей. Когда шаги слизеринцев окончательно затихли, Невилл выскользнул из своего укрытия и рванул что есть духу в сторону гостиной Гриффиндора. Он должен их предупредить. Сейчас же.
Невилл ворвался в гостиную, едва переводя дух. Полная Дама что-то возмущённо проворчала ему вслед, но мальчик не обратил на это внимания. Он быстро оглядел комнату: в гостиной было довольно людно, но тех, кого он искал, здесь не было. Убедившись, что и в спальне их нет, Невилл сел в глубокое кресло у камина.
Он не понимал, зачем Хагрид держит у себя дракона — это ведь запрещено и крайне опасно! Как Гарри, Рон, а главное, Гермиона решились на такую авантюру? И на кой чёрт им потребовалось тащить этого дракона на крышу и отправлять Уизли? Это звучало как безумие, за которое их могут не просто оставить после уроков, а выгнать из школы.
Потихоньку гостиная пустела. Последние старшекурсники, зевая, разошлись по спальням. Огонь в камине угас, оставив после себя груду тёплых углей, светившихся в темноте. Отбой давно наступил, но друзья так и не появились.
Минуты тянулись мучительно долго. Невилл сидел, сжавшись в комок, и смотрел на дверь. Он боялся заснуть и пропустить друзей.
Уже было одиннадцать вечера. До полуночи осталось совсем ничего, а Гарри, Рон и Гермиона так и не появились. Невилл уже собирался с силами, чтобы выйти из гостиной и начать их поиски, когда портретный проём внезапно распахнулся.
На пороге показался Рон. Он выглядел встревоженным и помятым, но был один. Заметив фигуру в кресле, Рон вздрогнул и едва не вскрикнул от неожиданности.
— Невилл? Ты что тут делаешь?
Невилл вскочил и подбежал к нему, хватая за рукав мантии.
— Рон! Где Гарри с Гермионой?
Рон растерялся, его лицо в полумраке казалось совсем бледным.
— Я… я не знаю… Невилл,