Неприятная новость… мы на это не рассчитывали.
То есть, всегдашние разногласия между флотом и теми, кто работает на суше, как-то постепенно нивелировались, они теперь вместе…
«Многочисленные попадания по стоящим в порту судам, есть пожары. Два корабля дали опасный крен, есть вероятность затопления».
Пятый залп был последним, но особо успокаиваться в порту никому не пришлось — по судам и сооружениям ударили с воздуха дроны.
Нет, никто никого не таранил, но вот всякие там «зажигалки» с небо сыпались очень даже густо. При планировании операции мы предпочли лучше побольше поджечь на берегу разных объектов, чем получить пару-тройку десятков раненых осколочными бомбами.
Цель задачи — остановить работу порта! А тут пожар сделает намного больше, чем любая осколочная бомба. Да и много ли дрон их может утащить?
Кстати, и вторая причина имелась — и она была, пожалуй, даже важнее первой.
Мы очень не хотели, чтобы на берегу подобрали бы обломки упавшего или подбитого, тем или иным способом, дрона. Это однозначно указывало бы на то, откуда пришли неведомые нападавшие. Тайну же этого хотелось сохранить как можно дольше…
Поэтому и дронов было немного, да и вылетели они тогда, когда всё небо было уже затянуто дымом, и видимость была уже почти никакой. Так что отбомбились они просто по координатам, сверху из-за того самого дыма, почти ничего уже не было видно.
Успешность этой акции практически тотчас же подтвердили связисты порта.
«Многочисленные разрозненные очаги пожаров по всей территории порта».
Забегая вперёд, можно отметить, что факт такого комбинированного удара, даже и по хорошо укреплённому объекту, оказался мощной отрезвляющей оплеухой практически для всех. Уж и не говоря о том, что повреждения и многочисленные пожары, которые с трудом удалось потушить лишь на третий день, надолго вывели порт из строя. Затонул также и один из боевых кораблей, полученные им повреждения привели к его гибели уже через час.
За потери на берегу сначала вообще было трудно сказать — что и сколько? Но, к чести капитана порта (между прочим, уцелевшего, несмотря на то, что он самоотверженно лез в самые неприятные места…), в этом тоже относительно быстро разобрались.
'Потери среди персонала порта составили:
Погибшими и умершими от ран — 283 хорна и 36 вайнов.
Раненые, в том числе, тяжелые — 321 хорн и 47 вайнов.
Пропавшие без вести (и, скорее всего, тоже погибшие) 68 хорнов и 21 вайн.
Потери в личном составе кораблей подсчитываются непосредственно капитанами кораблей и здесь не указаны'.
«Подсчёт потерь в материальной части продолжается».
Надеюсь, этот подсчёт будет достаточно скрупулёзным, и мы еще много чего полезного узнаем…
Кстати, далеко не все «пропавшие без вести» вайны действительно «пропали»… По крайней мере, трое из них обживали отдельные каморки в трюме нашего корабля. Ну, тут уж прибывшие в составе команды спецы-тихушники постарались — за что им отдельное спасибо!
Между прочим, и по нашему обиталищу тоже «прилетело» — неча так уж выделяться из общей массы!
По счастливой «случайности» досталось надстройке — её внешне прилично так покорёжило. А вот возникший было пожар, потушили очень быстро (всего-то и делов — скинуть за борт дымовые шашки и импровизированные жаровни…)
Зато внешне — комар носа не подточит!
(И вполне официальная причина простоять «на ремонте» ещё какое-то время…)
И — повезло — никто не погиб!
«Раненые» и «обгоревшие», разумеется, имелись — аж, с десяток. Официальная причина не давать никого из команды для работ в порту…
Кстати, один раненый был, вполне, по-настоящему, ранен. При задержании одного из «пропавших без вести» ему прилетело от охранника этой важной «шишки».
Словом, операция удалась…
[4] См. «Крепость на семи ветрах»
[5] См. «Крепость на семи ветрах».
Глава 4
Глава 3
Москва.
Кабинет главы государства.
— В общем и целом — мы там стоим на пороге полномасштабного вторжения. Предпринятые акции, хоть и снизили численность возможных нападающих, но окончательно, все же, угрозу нападения не ликвидировали, — министр обороны был краток и попусту трепаться не любил.
Он в своей должности был человеком относительно новым. Старый министр, по состоянию здоровья (уже два инфаркта было…) более исполнять свои обязанности не мог. И ему на смену пришёл, можно сказать, «варяг». Не кадровый военный, даже, можно сказать, что, почти гражданский.
Технарь… он отвечал за военную промышленность. И очень успешно со своими задачами справлялся! Не стеснялся вступать в жёсткие пререкания с заказчиками и прочими, гм-м-м… ходатаями…
«Написано — так! Значит, так и будем делать!» — жёстко «отбривал» он подобных оппонентов. — «И мне тридцать три раза начхать, что у вас там отчётный период, видите ли! Вам надо отчитаться? Так вперёд — отчитывайтесь! Только не за наш счёт… А поставлять недоделанное и не доведённое до ума — не будем!»
С его приходом многое поменялось. Ушли в прошлое многочисленные и обстоятельные совещания, на которые, чуть ли не еженедельно и ежемесячно (это уж вообще почти законом стало…) сдергивали народ едва ли не со всей страны. Были назначены ответственные лица по ключевым направлениям — их-то теперь министр и выслушивал.
А директора заводов (и раньше-то не очень его любившие…) и вовсе — буквально взвыли! Нет, новый министр никого через колено не ломал… но… лучше бы уж, наверное, ломал…
Вызовет к себе директора, главного инженера и прочих ответственных лиц — и в лоб! «Сколько вам требуется времени на выпуск „изделия № 118“? Не тороплю… но ответ мне нужен сейчас!»
Выслушав все точки зрения, кивал — и озадачивал.
«С ваших слов, вам требуется на это полгода, так? Значит, через полгода, плюс одна неделя на транспортировку готовой продукции — и она должна быть на испытательном полигоне конкретного НИИ!»
Он, как оказалось, не шутил… Прекрасный производственник, лапшу на уши ему повесить было весьма нелегко!
И со своих должностей, те, кто не воспринимал этих слов всерьёз, слетели о ч е н ь быстро! И в довесок, так сказать, им вдруг припомнили кое-какие прегрешения… И, как оказалось, было, что и кому вспоминать!
Никакая информация в наше компьютеризированное время, как оказалось, никуда бесследно не исчезает…
Новый министр только, приняв дела, буквально за голову хватался — как ещё тут вообще что-то делается⁈ Привыкнув к более-менее понятной и работающей структуре, которая, в значительной степени, была выстроена им самим, механизма работы министерства обороны он поначалу не понимал и не принимал. Ибо здесь, помимо четких,