Причём, большая часть этого продовольствия закупалась за наличные! Интересно, а в как покупатели отчитывались за это перед казначейством?
Тоже любопытный момент.
Посёлок рядом с объектом, ранее почти усохший до нескольких домиков с престарелыми обитателями, внезапно стал расширяться! Там появились новые жители, и открылась, ранее давно уже не работавшая, лавка. Это, позвольте спросить, с какого бодуна-то? Никаких новых мест работы поблизости не появилось, с чего же кормились новые обитатели посёлка?
И ещё один интересный факт.
Два домика в посёлке оказались заняты… рабочим персоналом базы! То есть, часть этого персонала, мало, что не занималась своими прямыми обязанностями — так и вообще даже посёлка не покидала!
А по официальным данным — все они трудились в поте лица! Ну, да… диваны мужественно пролёживали… да в пабе по вечерам стоически отсиживались…
Дальше — больше.
По периметру базы обнаружилась ещё и нештатная сигнализация — лучевые барьеры. Надо ли упоминать о том, что и их ранее тоже тут не имелось?
— Это не британские моряки, сэр… — доложил, вернувшись в лагерь, сержант Майерс.
Капитан Кроуфорд, командовавший всей операцией, поднял на него вопросительный взгляд.
— С чего вы это взяли, сержант?
— Они носят их форму, даже честь отдают — но, это не британцы.
— И?
— У них там есть подобие… ну, места для кратковременного отдыха. Там можно присесть, покурить… и тому подобное. Часть этих «моряков» иногда сидит там — в шапках или без них. А при появлении офицера — встают все!
— И что же в этом неестественного?
— По традициям британского флота, матрос без шапки считается находящимся «вне службы». Не встаёт по прибытию офицера, не отдаёт честь и не может быть подвергнут за это взысканию. Надел шапку — всё уже, как у нормальных людей.
— Интересно… И каковы же ваши выводы, сержант?
— Это вообще не англичане. Они даже внешне не очень-то на них похожи. Нет полных — вообще никого! А среди охраны — есть! Но ведь они-то постоянно на ногах! Ходят ничуть не меньше, как бы и не больше… В британском флоте, а уж, тем более — в береговых частях, сейчас имеются определённые послабления по части причёсок. Эти же все пострижены одинаково — коротко. И ещё…
Капитан сделал пометку на планшете.
— Ну?
— Когда они ходят строем — а они в с е г д а должны так ходить в столовую и на работы, то идут чётко и слаженно. И даже руками-ногами машут одновременно и скоординировано — чего в Англии не делает вообще, наверное, никто в армии. Да и на флоте тоже… Опять же — англичане выносят при этом руку вперёд на весь замах, а эти — нет. Они похожи в этом плане на кого угодно, только не на британцев.
— То есть, — подвёл итоги Кроуфорд, — от англичан они отличаются выправкой и манерой передвижения в строю. И поведением вне строя — в частности, подчёркнутым вниманием к офицерам? Так?
— Так, сэр!
— Спасибо, сержант! — поднялся из-за стола капитан. — Я обязательно доложу об этом командованию!
«На проходе к причалу оборудовано временное укрытие из мешков с песком. Там установлен пулемёт, около которого постоянно находятся двое часовых».
«На верхних этажах казармы охраны, в окнах, обнаружены металлические щиты с бойницами».
«Практически полностью прекращено общение персонала базы, который проживает в посёлке, с объектом. Они туда не приходят, всё время находятся в арендованных ими домах».
«В акваторию объекта зашло два транспортных судна».
Наблюдение работало, информация скапливалась — было совершенно очевидно, что на объекте более не распоряжается его прежнее начальство — те, даже из своих помещений, выходить перестали. А меры по усилению обороны и безопасности были видны уже и невооружённым взглядом.
«Из посёлка в срочном порядке (даже не продав свои дома) выехало шесть семейств…»
Похоже, что местные жители тоже что-то неприятное для себя усмотрели. И разумно решили не рисковать. Бог с ними, с домами, их и после можно продать…
Переговоры по защищённой линии
— Сэр, откладывать больше нельзя! Базу постоянно укрепляют! Я сомневаюсь, что наличными силами мы уже сейчас сможем сделать там хоть что-нибудь. Ещё неделя — и на штурм придётся отправлять не менее роты, при поддержке тяжелого вооружения.
— Капитан… вы вполне отдаёте себе отчёт в том, что вы сейчас говорите? Штурмовать базу союзника по НАТО?
— Сэр, передо мною поставлена задача, которую я обязан выполнить! Да и нет там почти никого, из этих… наших «союзников»… Всяческие наёмники — эти есть. Да и, кроме них, там кое-кто присутствует…
— Кто именно⁈ — собеседник явно был раздражён и не скрывал этого.
— Мы видели людей, вооружённых оружием матросов с «черных кораблей». Оно слишком уж специфическое, чтобы его можно было бы хоть с чем-то перепутать! Предвосхищая ваш вопрос, сэр — это зафиксировано на видео! И запись отправлена в штаб в установленном порядке.
— Я доложу о ваших выводах командованию…
Кабинет президента США
— … Таким образом, мы, с уверенностью можем сказать о том, что на бывшей военно-морской базе Великобритании «серые скалы» происходит формирование воинских подразделений неустановленной национальной принадлежности. В том числе — и с помощью экипажей «черных кораблей». Часть формируемого персонала пользуется их вооружением — и это доказанный факт! — кивнул в сторону экрана докладчик.
— И что это доказывает? — хмыкнул президент. — Того, что они попросту обучаются владению оружием потенциального противника, вы не допускаете?
— Сэр, использование этого вида вооружения требует определённых технических возможностей… «Метлу», как называют этот вид вооружения, невозможно перезарядить, просто набив патронами магазин — как это делается с нашими штурмовыми винтовками! Магазины к ним снаряжаются автоматически — с использованием специальных машин.
— Угу… — заметил президент, — и, разумеется, ни одной такой машины у нас нет…
— У нас, — заметил со своего места министр обороны, — есть! И даже не одна! Вполне можно предположить наличие подобной техники и у Великобритании.
— И что дальше? — сварливо отметил президент. — Мы знаем, что на данной базе бритты творят какие-то непотребные делишки с «черными кораблями» — и что? Взять штурмом базу союзника — никак не возможно. Поднимется такой крик до небес, что я и не знаю даже… Общий вопрос — делаем-то мы чего⁈
Присутствующие молчали. Наконец подал голос адмирал Макензи. И