Прозвенел звонок, возвещающий о прибытии охранников, и я на секунду нахмурился, прежде чем понял, зачем они здесь. Я спрыгнул с кровати и щелкнул пальцами Харпер, чтобы она прекратила издавать звуки секса, после чего отбросил простыню в сторону и вышел наружу.
— Номер Триста Семь, — выкрикнул офицер Никсон. — Девяносто Четыре, Двести Пятьдесят Два, Триста Восемьдесят Девять, Один, Двести Тридцать Восемь, — продолжал он зачитывать номера заключенных, а я жадно ухмылялся.
Блядь. Да. Может, судьба все-таки была не против меня? Может быть, весь мир — сплошное дерьмо, и эти милые звездочки там, наверху, действительно болели за меня, выкрикивая мое имя и прижимаясь к своему любимому альфа-Волку.
Я побежал вниз по лестнице, преодолевая по две ступеньки за раз, пока моя стая взволнованно завывала мне вслед, а я отвечал им тем же.
За Никсоном сгрудилось еще больше охранников, несколько из них обменялись взглядами из-за того, что я выиграл место в лотерее Комнаты Судьбы. Вот так, ебаные шлюхи, я собираюсь заглянуть в будущее и использовать его в своих чертовых интересах. И ваши маленькие блестящие жетоны ничего не смогут с этим поделать.
Охранники повели нас всех десятерых через мост, и я бежал за ними по пятам, страстно желая попасть в Комнату Судьбы и прочитать свой гороскоп, бросить кости, почитать карты, получить хоть одну гребаную хорошую новость.
Я зарычал, когда мы оказались перед огромными металлическими дверями Комнаты Судьбы, а остальные группы из блока уже стояли там в ожидании входа. Я начал проталкиваться сквозь толпу, как раз когда офицер Кейн открыл двери впереди, и меня затянуло внутрь вместе с приливной волной. Я рычал и огрызался на всех, кто попадался мне на пути, и к тому времени, когда я вплыл в темное пространство, я был уже почти у самого входа.
Я добрался до серебряной лестницы, ведущей к огромному Хорометру, медленно кружащемуся на потолке, планеты вращались вокруг большого шара, изображающего солнце в самом центре. Я протиснулся мимо всех, и никто не бросил мне вызов, пока я не добрался до самого последнего человека в очереди. Син, мать его, Уайлдер.
— Значит, ты выбрался из ямы, — раздраженно сказал я.
— Ага. Только что, вообще-то. Ты скучал по мне, сахарочек? — промурлыкал он, ухмыляясь, и я не потрудился ответить.
Он подошел к панели, чтобы прочитать свой гороскоп, и я сложил руки, нетерпеливо глядя на него. Он был одним из немногих придурков, которые могли бросить мне реальный вызов в Даркморе, так что не стоило с ним бороться, особенно когда он все еще держал меня в руках. Я мог бы подождать пару минут. Хотя он чертовски не торопился, напевая себе под нос какую-то песенку, которая, клянусь, была мелодией из «Парка Юрского периода».
— Не торопись, — сказал я слишком язвительно, и он посмотрел в мою сторону, его темные глаза сузились, но на губах появилась безумная улыбка.
— О, обязательно, котик. — Он склонил голову набок, читая слова на экране, и я скривил челюсть, глядя, как он задумчиво потирает подбородок, разыгрывая представление, чтобы вывести меня из себя.
— Мы в дыре под землей, глубоко, глубоко, глубоко в недрах земли, — пропела девушка где-то позади меня, и я бросил взгляд вниз, заметив Яблочко с ее розовыми волосами и миниатюрными чертами лица. Она покачала головой из стороны в сторону, продолжая свою придуманную песню, и я нахмурил брови. — Они положили нас в землю, как будто мы мертвы, мертвы, мертвы. Бах, пуф, вуп, чоп! — Она хихикнула, наклонившись, чтобы лизнуть шею девушки, которая отодвинулась на шаг, чтобы оставить между ними некоторое расстояние.
— Привет, — я позвал Яблочко. В последнее время у меня было не так много работы, чтобы предложить ей, но она все еще была предана мне. Мне не нравились ощущения в животе, когда я видел ее в таком состоянии. Она вела себя неправильно.
— О, вау, это же Волчий Лорд, большой Лунный сыр. Аууууу! — Она накрыла рот руками, откинув голову назад. — Как Луна слышит тебя здесь, внизу? Должно быть, у нее большие хлопающие уши, которые все время прислушиваются ко всем маленьким Оборотням, снующим по миру. — Она вышла из очереди и побежала вниз, в Комнату Судьбы, и заползла под стол с картами Таро, скрывшись из виду.
Я выругался под нос, проведя пальцами по волосам. Это было нехорошо. Яблочко была чертовски хорошим союзником, но если она подхватила здесь безумие, то мне от нее никакого проку. Я хотел что-то с этим сделать, но ничем не мог ей помочь. В Даркморе это было просто печальным фактом. Как только кто-то терял рассудок, его утаскивали в Психушку, и это был лишь вопрос времени.
Я снова перевел взгляд на одного сумасшедшего засранца, который каким-то образом оказался достаточно вменяемым, чтобы оставаться в главной тюрьме. Для меня это не имело смысла. Если кому-то и нужны были таблетки от сумасшествия, так это этому парню.
Син посмотрел на меня, жестом показывая, чтобы я подошел к экрану, не сдвинувшись при этом ни на дюйм.
— Давай, я закончил.
Я двинулся вперед, но он не отступил, и я предупреждающе зарычал.
— Это личное, убирайся отсюда.
Все остальные на лестнице держались на расстоянии, но Син наклонился ближе и вдруг обхватил меня за плечи, крепко сжав, словно напоминая, что я ему принадлежу.
— Не-а, я останусь здесь, котик. Мы сегодня в одной команде, так что мне нужно убедиться, что звезды не собираются нас поиметь.
— О чем ты говоришь? Я не в твоей команде. — Я отпихнул его, но он лишь подошел ближе, подталкивая меня к экрану и улыбаясь так, будто мы лучшие друзья, играющие друг с другом. Но это было совсем не так.
— Ты сегодня в моей власти, — сказал он. — Я — капитан, а ты — моя маленькая сучка. Скажи «есть, капитан». — Он схватил меня за щеки,