С этими словами Ольга направилась к двери. Но разгоряченный молодой человек не собирался отпускать свою гостью. Он схватил ее за руку и рывком развернул к себе.
— Ну, уж нет! Так просто ты от меня не уйдешь! Это будет даже забавно, когда ты начнешь сопротивляться. А то я уже начал забывать, как это бывает.
— Вы что же, собираетесь взять меня силой?
— Раз ты не соглашаешься по-хорошему, значит, будет по-плохому, — заверил барон, прижал несговорчивую гостью к себе и впился в ее губы.
Ольге уже надоела эта возня, а сам молодой человек казался ей теперь просто отвратительным. Поэтому она повторила прием, недавно используемый ею в конфликте с Кирсаком.
От удара коленом в пах, барон охнул, и навалился на девушку своим телом. Провисел он так, правда, недолго. Потому что сильный толчок отбросил его к стене, в которую он и врезался спиной и затылком. Стена в этом месте была не простая, а с вмонтированным зеркалом. Громкий звон упавших на пол осколков, возвестил о том, что мужчина оказался прочнее.
Ольга испугалась, что барон пострадал слишком сильно, и склонилась над ним. Но хозяин дома столкновение со стеной перенес неплохо. Во всяком случае, лучше, чем с коленом.
— Сука, — произнес молодой человек сквозь сжатые зубы, со злобой глядя на свою гостью.
Ну, как тут не расстроиться, если тебя попытались изнасиловать, а теперь еще и обзывают?!
Резкий удар ладони по щеке не дал барону развить свою мысль дальше, зато полученный массаж ускорил кровообращение в этой части лица, отчего, левая половина его, стала приобретать красный цвет. Смотрелось это как-то не очень красиво, особенно после идеальной гармонии кристаллов, поэтому правая щека тоже получила свою оплеуху. Для симметрии.
— Насиловать — нехорошо! — заявила гостья, и вышла из комнаты, пока хозяин пытался прийти в себя и отдышаться.
Музыканты в главном зале все еще играли, но танцующих оказалось совсем мало. Да и вообще народу как-то поубавилось. Ольгу это совсем не волновало, ноона и Лирну здесь не находила!
Еще раз, пробежавшись взглядом по лицам гостей, она отправилась икать свою молодую подругу.
На первом этаже, кроме большого зала, располагалась столовая, прихожая, несколько малых залов, кухня и всякие подсобные и хозяйственные помещения, в которых обнаружились только повара и прислуга.
Комнаты второго этажа использовались как спальни хозяина и гостевые. За первой же дверью слышался какой-то неясный шум. Дверь оказалась не заперта, и от резкого толчка распахнулась, открыв весьма пикантную картину.
На широкой двуспальной кровати сплелись в экстазе два тела. Матрац еле слышно поскрипывал от совершаемых ритмичных движений. Гораздо громче звучало хриплое дыхание мужчины и женщины, которые даже не заметили появление постороннего человека. Ольга тихонько прикрыла дверь, и отправилась дальше.
Почти каждую проверяемую комнату занимали предавшиеся страсти пары, которые настолько были поглощены своим приятным делом, что не слышали, как открывается дверь. Вот уже осмотрен, кажется, весь этаж, а Лирны все нет.
Конечно, та могла любить кого угодно, и не дело подруги мешать этому. Но существовала опасность, что любовь эта будет насильственной, вот это больше всего и беспокоило. Шестнадцатилетняя, неопытная девушка, почти девочка, могла получить нешуточную психологическую, а то и физическую травму.
В последней, не обследованной на этом этаже спальне, послышался шум сдвигаемой мебели, и женский вскрик. Ольга попыталась открыть дверь, но на этот раз, та оказалась заперта. На вежливый стук никто не ответил, а в комнате опять послышалась возня, а затем мольба:
— Помогите!
И голос явно принадлежал Лирне.
В фильмах двери выбивают либо плечом, либо ногой. А поскольку плечи прикрывала только тонкая ткань платья, а ноги все-таки обуты, хоть и в легкие туфельки, Ольга решила воспользоваться вторым способом. Сделав шаг назад, она резко ударила ногой, метя поближе к ручке.
Хорошо, что каблучок у обуви невысокий, да и башмачники здесь работают качественно, поэтому туфелька совершенно не пострадала, чего нельзя было сказать о двери, которая распахнулась, с грохотом ударилась о стену и повисла на одной петле, поскольку крепление второй петли не выдержало нагрузки, и отвалилось. В косяке, в том месте, где язычок замка входил с ним в зацепление, зияла дыра.
Огорчения от причиненного разгрома Ольга не испытывала, потому что открывшаяся ей картина показала, что действовала она верно.
В комнате находились Лирна и Фильган. Причем благородный дон прижал девушку к шкафу и его рука, уже проникла за пазуху расстегнутого на груди платья. На щеке насильника кровоточила глубокая царапина, явно сделанная ногтями его упирающейся партнерши.
Процесс принуждения к любовным играм, к счастью, только начался, и ничего страшного пока не случилось. Если не считать затравленный взгляд Лирны и дорожки от слез на ее щеках.
Предыдущий эпизод с бароном воспринимался Ольгой как неприятный, но незначительный инцидент, поскольку она была уверена в своих силах и не воспринимала ситуацию опасной для себя, а вот сейчас у нее возникло острое желание прибить этого уже зрелого мужчину, пытавшегося взять силой шестнадцатилетнюю девочку. Но как подсказывал опыт выживания в этом мире, свои чувства лучше держать в узде, а действовать лучше, руководствуясь разумом. Не исключено, что у барона есть хорошие знакомые среди местных чиновников. Как бы излишне резкие действия не аукнулись неприятностями, причем для всех купцов каравана, а не только для двух незадачливых любительниц повеселиться.
Кроме того, неизвестно наверняка, как далеко был готов зайти в своих действиях этот благородный дон. У него еще был шанс одуматься.
— Господин Фильган, отпустите мою подругу, вы же видите, что ей не нравится происходящее! — Ольга решила уйти тихо, без скандала. Если получится.
— Зато мне нравится! — заявил мужчина.
Магическое вино сильно обострило его чувственность, но в то же время повлияло на способность рассуждать и критически относиться к собственным поступкам. Сейчас он понял только то, что теперь в его распоряжении две девушки, а не одна.
— Присоединяйся! — предложил этот ловелас новой, как он полагал, участнице любовной игры.
— Ну, что ж, с удовольствием, — тут же согласилась та.
В конце концов, небольшая воспитательная процедура не повредит этому растлителю малолеток. Ольга подошла к мужчине и, уже отработанным движением, ударила того коленом в пах.
«Что-то слишком часто приходится применять этот прием. Не вошло бы это в привычку», — мелькнула у нее мысль.
Впрочем, как раз сейчас, ожидаемой реакции не последовало. То ли это вино так подействовало, то ли такова была анатомическая особенность Фильгана, но