На прошедшем участке пути Шелир и Астон шли в голове колоны, и ничего не знали о том, что творится в хвосте. И то, как поступил командир в данном случае, Шелиру сильно не нравилось. Этот толстяк пользовался большим авторитетом среди остальных охранников, и сейчас, после его слов, все задумались о возможных последствиях нападения на неподготовленный к обороне обоз. И решение начальника бежать как можно быстрее уже не казалось верным.
Почувствовав общее неодобрительное по отношению к нему настроение, Бригль ушел, что-то недовольно ворча себе под нос. За ним разошлись и остальные охранники.
Ольга попросила Шелира помочь определиться с трофеями, забота о которых легла на нее: раненые соратники, отправились к лекарю. Оказалось, что продать такое количество лошадей и оружия в маленьком городке не получится, поэтому стражник посоветовал реализовать все это добро уже по ту сторону границы, в Атии. А пока все разместить рядом с предыдущей добычей.
Терон и Кирсак, подлечив свои раны, направились в таверну, где остановился обоз.
— Не ожидал, что ты так горячо вступишься за Олю, — с легким удивлением поделился впечатлением от недавнего спора Терон. — Мне казалось, что у вас с ней натянутые отношения.
— Это они раньше такими были, причем по моей вине. А сейчас вроде ничего, наладились.
— Ты с ней поаккуратнее, а то она девушка решительная, и за себя постоять может.
— Да я уже знаю. Нарвался по незнанию. Теперь жалею, что вел себя как дурак.
— Ну, по-моему, она не злопамятная, может еще все наладится.
— Нет. Поздно уже. Слишком я все испортил.
Кирсак вдруг вспомнил, как Оля спускалась по лестнице в таверне, в своем бальном платье, когда они отдыхали в Бранде, и у него вновь, как и тогда перехватило дыхание.
— Эх! А какая девушка! — и он горестно махнул рукой.
После одного дня отдыха, обоз двинулся в горы, по которым проходит граница между Риканой и Атией. Пограничная стража предупредила обозников, что на основной дороге обнаружились многочисленные следы верховых лошадей и есть большое подозрение, что это разбойники что-то задумали. Поэтому, было принято решение идти по второму, менее удобному, а потому редко используемому перевалу. Бригль когда-то ходил этим путем, а потому от проводника самонадеянно отказался.
Места здесь были совсем дикие. Склоны гор густо поросли лесом, в котором обитали в большом количестве звери, следы которых то и дело пересекали давно нехоженую, покрытую снегом, дорогу.
Утром второго дня пути, обоз подошел к скале, которая разделила лощину с дорогой надвое. Бригль выбрал левое, более широкое ущелье.
Ольга, которой вновь досталось привычно место в середине каравана, разговаривала с лежащим в фургоне Тероном. Как обычно, она осматривала окрестности магическим взглядом, и вскоре заметила, что грунт, покрытый снегом, больше не похож на дорогу, по которой ехали раньше. Это факт показался странным, и утаивать его, пожалуй, не стоило, тем более что и скакать до начальства, недалеко.
Командир сейчас ехал рядом со старшиной обоза купцом Лайкусом.
— Бригль! Мы свернули не туда! Под снегом не дорога, а скорее, русло ручья.
— А ты откуда знаешь?
— Я чую.
— Ты что, собака что ли?
— Называй меня, как хочешь, но мне кажется, что если есть сомнения, то лучше их проверить.
— У меня никаких сомнений нет. Поэтому займи свое место охранника, и смотри внимательно по сторонам!
Ну, командиру виднее. Кто его знает, может, дорога всегда такой тут была. Ольга вернулась на свое место и продолжила болтовню с Тероном. А через час головной дозор уткнулся в крутой обрыв, на котором огромными сосульками замерз низвергавшийся в теплое время года водопад.
Разворачиваться в узком ущелье оказалось делом затруднительным. Несколько саней застряли в сугробах, которые скрывали под собой большие камни. Одна повозка опрокинулась, и из нее высыпался весь товар. Наконец, после получасового дурдома, в который превратился обоз, тронулись в обратный путь.
Вскоре к Ольге подъехал старшина.
— Оля, я прошу вас возглавить колону, и показывать дорогу. Хоть ваше чутье мне кажется не совсем надежным указателем, но это лучше, чем ничего.
— Боюсь, Бриглю не понравится такая перестановка, и он будет возражать.
— Не будет. Я с ним уже поговорил.
Теперь впереди всех ехали Ольга и Ринк. Мальчику наскучило ехать в фургоне, и он передал бразды правления своей лошадью Сафне, с которой у него установились приятельские отношения. За ними ехали Шелир и Астон, а дальше уже тянулся караван из повозок, фургонов и верховых лошадей.
После обеда миновали очередную развилку, после которой дорога делала резкий поворот. Ринк, который постоянно вертел головой и смотрел по сторонам, заметил вверху, на одном из склонов какую-то расселину.
— Оль, а что там?
— Какая-то выемка в скале. Наверное, пещера.
— Давай посмотрим. А вдруг что-нибудь интересное найдем!
Маленький передовой отряд отъехал уже довольно далеко от поворота, а остальные путники из-за скалы еще не показались. Так что немного времени в запасе есть.
— Ну, давай, все равно надо задержаться, подождать остальных. Только там какой-то зверек сидит.
— Большой? — заволновался Ринк.
— Да вроде, не очень.
— Ну и пусть себе сидит. Он нам не помешает.
Накинув поводья лошадей на ветви деревьев, разведчики полезли вверх. Вскоре их взорам открылся черный, на фоне белого снега, провал входа в пещеру. Путь к нему перекрывал большой сугроб, расположенный рядом с раскидистой елью. Зверек, аура которого была заметна с дороги, находился где-то там, в норе. Но кто это такой распознать, никак не удавалось.
Ринк, карабкавшийся впереди, забрался на этот снежный холмик. Все его внимание сосредоточилось на темной выемке в скале. И вдруг земля под его ногами поддалась, и мальчик исчез, провалившись в какую-то яму.
Встревоженная Ольга бросилась на выручку. Но Ринк уже выскочил, и сразу остановился, вглядываясь в нору, в которой он только что побывал.
— Там кто-то есть, сообщил он.
И тут этот кто-то показался из-под снега. Вернее только его голова. Медвежья. Огромная, бурая, с маленькими, подслеповато щурившимися от яркого света, глазками.
— Р-р-а-а-а-о-о! — басом сказала голова.
— А-а-а! — дружно и громко ответили ей наши любопытные путешественники и, не сговариваясь, ринулись вниз.
Склон здесь был довольно крутым и не особенно густо зарос деревьями. Поэтому девушка и мальчик где кубарем, а где просто съезжая по свежему, еще не слежавшемуся снегу, скоро