— Этого, — киваю на Свиридова, — выпустить за ворота. И проследить, чтобы ушёл.
Пока с этим разбираются, собираю семейный совет: Алиса, Евграфыч, Оля, Ирина и капитан.
— Всем спасибо за службу, — говорю, оглядывая их. — Особенно тем, кто в подвале дежурил. А теперь слушай приказ: одеваемся по парадному. Едем в Ялту. Будем ужинать в лучшем ресторане!
Алиса аж подпрыгивает.
— В Ялту? Сева, да там же… мы же…
— Мы победители, мама, — перебиваю её. — А победителей не судят, а угощают. Евграфыч, готовь машины. Оля, Ира — бегом переодеваться, чтоб через двадцать минут все были тут. Олег, ты с нами. Возьмём пятерых самых презентабельных ребят в штатском.
Суета поднимается невообразимая. Через полчаса у крыльца стоят два автомобиля. Мы с Алисой, Олей, Ириной и дворецким — в первой. Олег с гвардейцами — во второй.
— Олег, — говорю, прежде чем тронуться. — Заедем сначала в гостиницу «У Моряка». Надо пригласить графа Котова и его семью. Пусть отдохнут с нами.
— Так точно, ваше сиятельство!
Подъезжаем к гостинице. Ярослав, как и в прошлый раз, любуется видами со своего балкона и попивает кофе. Увидев наш кортеж, он широко улыбается.
— Сева! Где пропадал? А это что за парад? — кричит он сверху.
— Праздник непослушания! — кричу в ответ, открывая дверь. — Бери семью, едем в Ялту, ужинать! Всё за мой счёт!
Котова уговаривать не приходится. Он, смеясь, усаживает своих жён и детишек в машину. Трогаемся и уже скоро оказываемся в городе.
Народу на улицах Ялты — яблоку негде упасть. Туристы, местные, музыканты, уличные художники. Запахи жареной рыбы и дорогих духов смешиваются на набережной с солёным воздухом от моря.
Ощущение жизни, которой мне так не хватало в серых стенах психушки и тяжёлых стенах особняка. Да чего уж лукавить, и в прошлой жизни мне этого не хватало. Всегда мечтал уехать туда, где тепло, и открыть гостиничку или заняться рыболовным промыслом.
Но теперь я граф. Масштабы, конечно, больше, но в целом никто не мешает исполнению моих мечт.
Ресторан «Венеция» на набережной — один из тех, куда меня в прошлой жизни и на порог бы не пустили. Сейчас нас встречают как дорогих гостей. Ярослав, видимо, здесь свой человек — менеджер лично выходит, расшаркивается, ведёт на лучшую террасу, с видом на море.
Стол ломится от вкуснятины. Холодные закуски, салаты, морепродукты, шашлык из баранины, фрукты. Вино льётся рекой. Первый тост поднимаю я.
— За друзей! За тех, кто в горе и в радости рядом! И за то, чтобы завтра было лучше, чем вчера!
Крики «ура!», звон бокалов. Ярослав хлопает меня по плечу и говорит про удачную сделку.
— Я тоже рад нашему сотрудничеству. Уверен, впереди нас ждёт процветание. Это только начало!
Его дети оживлённо щебечут с Ириной и Олей. Алиса потихоньку оттаивает, даже улыбается в разговоре с одной из жён Котова, брюнеткой. Которую тоже, кстати, зовут Алиса.
Откидываюсь на спинку стула, смотрю на эту картину. Шум, смех, тёплый ветер с моря. И понимаю — я здесь не чужой. У меня есть люди, которые за меня. Есть дело. Есть враги, да, но есть и сила, чтобы с ними справиться.
Вскоре в ресторане начинает играть музыка. Не какая-то там чопорная, а живая, ритмичная. Ирина, уже изрядно навеселе, тянет Олю танцевать. Они выходят на импровизированную площадку, и Ирина, надо отдать ей должное, двигается пламенно. Видно, что не только в библиотеке сидела. Эх, студенческие годы — золотые.
И вот, в самом разгаре танца, к ним пристают три типа в потрёпанных костюмах. Видят двух красивых, весёлых девушек без явной мужской охраны — и решили, видимо, познакомиться. Один из них, лысый и мускулистый, пытается приобнять Ирину.
Только успеваю подняться, чтобы навалять недоухажёрам, как вижу — лицо Ирины меняется с весёлого на ледяное. Она что-то говорит ему. Тот ухмыляется в ответ, трогает её за бедро.
Больше его ухмылку никто не видит. Ирина двигается с такой сноровкой, что я едва успеваю проследить, заворожённый её грацией. Резкий захват руки, болезненный залом, и колено — точно в пах.
Лысый издаёт звук, похожий на писк советской игрушки, и складывается пополам. Его друг бросается вперёд — получает ребром ладони по горлу и, давясь, падает на колени. Третий отпрыгивает, поднимая руки в жесте «я невиновен».
На секунду воцаряется тишина, потом раздаётся смех и аплодисменты. Охрана ресторана уже бежит, но Ира, отряхнув ладони, как после неприятной работы, спокойно возвращается к столу.
Решаю вопрос с хозяином ресторана парой крупных купюр — мол, извините, мои девушки слишком горячие.
— Где ты такому научилась? — спрашиваю я у Иришки, подливая ей вина.
Она пожимает плечами:
— Жизнь научила. Когда живёшь не в не самом спокойном районе — учишься давать сдачи быстро и жёстко.
Как же я её понимаю. Рад, что она в моей команде. А магию подтянем. Главное, ей палец в рот не клади.
Мы остаёмся в ресторане ещё на пару часов. Потом, простившись с Котовыми, едем домой. В машине все молчат, уставшие, но довольные. Я смотрю в тёмное окно на мелькающие огни и чувствую редкое спокойствие.
Я именно там, где нужно. Это моё место, и я чувствую, что у меня всё впереди.
Сцена после титров
Утром просыпаюсь с немного тяжёлой головой — вино всё-таки. Спускаюсь в столовую, где Ольга уже поставила на стол кофе и яичницу. Только собираюсь приступить, как из прихожей раздаётся настойчивый звонок.
Евграфыч идёт открывать. Слышу приглушённые голоса. Через минуту он возвращается с таким выражением лица, будто увидел привидение.
— Всеволод Алексеевич, к вам… баронесса Спинорогова.
— Кто? — переспрашиваю я, откладывая вилку. Имя вроде знакомое, но не могу вспомнить, откуда.
— Владелица соседнего имения, что к западу от нас, за кипарисовой рощей. Мы… у нас с ней земельный спор. Она никогда лично не приезжала…
— Ну, приглашай, — пожимаю плечами. Раз земельный спор — надо встречать.
Жду, допивая кофе, и вспоминаю, что это её колье пылится у меня в сейфе. Я забрал побрякушку вдовы у Стёпочки.
Из прихожей доносится лёгкий, чёткий стук каблуков. И в дверь столовой входит…
Не старуха. Совсем не старуха. Аж брови подпрыгивают от удивления.
В проёме стоит молодая женщина. Лет