— Не стой столбом, улыбнись! — добавила Маша, но я уже улыбалась, чувствуя, как платье вдруг стало теснее, подчёркивая мою фигуру, а кожа горела от предвкушения.
Он остановился в паре шагов, его взгляд скользнул по моему вырезу, ногам, и вернулся к лицу.
— Привет, — сказал он низким голосом, который эхом отозвался во мне. — Потанцуем?
Глава 2
Мы продолжили танцевать, и мир вокруг растворился в пульсирующей музыке клуба "Неон". Его руки скользнули на мою талию, притягивая меня ближе, так что наши тела соприкоснулись, и я почувствовала тепло его кожи сквозь тонкую ткань платья.
— Я Алексей, — прошептал он мне на ухо, его дыхание обожгло шею, а пальцы медленно спустились ниже, очерчивая изгибы моих бёдер с такой уверенностью, что по спине пробежала дрожь. Я не видела ни Машу, ни Катю, ни толпу танцующих вокруг — только его глаза, горящие желанием, и своё собственное сердце, колотящееся в унисон с басом.
Его ладони были смелыми, они исследовали меня, поднимаясь по спине, сжимая плечи, затем спускаясь к бедрам, прижимая меня к себе так тесно, что я ощутила его возбуждение, твердое и пульсирующее.
— Боже, ты такая соблазнительная, — пробормотал он, его голос низкий и хриплый, полный страсти. Я запрокинула голову, позволяя ему коснуться шеи губами — лёгкий поцелуй, который разжёг огонь внутри, заставив меня выгнуться в его объятиях.
— Не останавливайся, — выдохнула я, мои руки обвили его шею, пальцы запутались в его волосах, притягивая ближе.
Платье задралось чуть выше, его руки скользнули под край, лаская обнаженную кожу бедер, поднимаясь выше, вызывая волны дрожи и тепла.
— Ты хочешь этого? Хочешь, чтобы я был везде? — спросил он, его губы теперь у моего уха, язык слегка коснулся мочки, а рука проскользнула между ног, надавливая через тонкую ткань трусиков. Я застонала тихо, теряя голову от этого жара, прижимаясь к нему сильнее.
— Да... да, Алексей, не останавливайся. — призналась я, мои ногти впились в его спину, а тело двигалось в ритме музыки, сливаясь с ним в страстном танце.
В этот момент ничего не существовало — только мы двое, танец, который был прелюдией к чему-то большему, к ночи, полной огня и желания. Его пальцы стали смелее, исследуя, дразня. Он улыбнулся хищно, его глаза потемнели.
— Ты сводишь меня с ума, — сказал он, и его поцелуй стал глубже, языки сплелись в горячем танце, пока его руки продолжали ласкать, обещая ещё больше.
Внезапно Алексей остановился, его дыхание было тяжелым, а глаза — полными неутолимого голода. Он отстранился чуть-чуть, но его руки всё ещё сжимали мои бёдра, пальцы впивались в кожу, вызывая приятную боль.
— Если мы не остановимся прямо сейчас, я возьму тебя здесь, прямо на танцполе, перед всеми этими людьми, — прошептал он хриплым голосом, его губы едва касались моего уха. Я замерла, сердце колотилось как сумасшедшее, а тело горело от желания.
— Тогда уйдём отсюда, — выдохнула я, мои пальцы скользнули по его груди, чувствуя, как его мышцы напряглись под рубашкой. Он кивнул, взял меня за руку и повёл сквозь толпу, не глядя на подруг.
Мы выбрались из клуба "Неон" на прохладный ночной воздух, и он потащил меня к своей машине — чёрному седану, припаркованному неподалёку. Дверь хлопнула за нами, и мотор заурчал, пока мы выезжали на дорогу. Его рука сразу же легла на моё бедро, скользнув под край платья, пальцы лениво поглаживали кожу, поднимаясь выше с каждым поворотом.
— Ты такая мягкая. — сказал он, взгляд на дороге, но голос полный обещаний. Я положила свою руку на его, прижимая сильнее, и ответила:
— Не переставай. — Его пальцы стали смелее, дразня внутреннюю сторону бедра, вызывая волны тепла, пока машина неслась по пустым улицам. Я откинулась на сиденье, закрыв глаза, представляя, что его рука поднимается ещё выше.
Наконец, мы подъехали к его дому — современному зданию в центре. Он припарковался у подъезда, и мы выскочили из машины, как будто боялись опоздать. Он схватил меня за талию, притягивая к себе, и мы ввалились в лифт, его губы нашли мои в жадном поцелуе, руки исследовали тело через платье. Двери открылись, и мы, спотыкаясь, ворвались в его квартиру — просторную, с мягким светом от ламп и видом на город. Он закрыл дверь ногой, повернулся ко мне и прошептал:
— Теперь ты моя. Никаких остановок. Я улыбнулась, прижимаясь к нему, чувствуя, как его возбуждение давит на меня, и ответила:
— Тогда покажи мне, что ты умеешь.
Он прижал меня к стене в прихожей, его губы нашли мои в жадном, голодном поцелуе — языки сплелись, зубы слегка коснулись, а руки уже тянули за края платья, срывая его вниз по телу.
— Боже, Аня, ты прекрасна, — прошептал он, его голос сорвался на хрип, пока ткань скользнула по бедрам и упала на пол, оставив меня в одном кружевном белье.
Я не осталась в долгу — мои пальцы дрожали, расстегивая пуговицы на его рубашке, срывая её с плеч, открывая мускулистую грудь, покрытую лёгким загаром. Его кожа была горячей, и я провела ногтями по ней, вызывая стон из его горла.
Он оторвался от поцелуя лишь на миг, чтобы стянуть с себя ремень и брюки, которые упали с тихим шорохом, обнажая его возбуждение, твердое и пульсирующее.
— Ты хочешь этого, да? Хочешь, чтобы я был внутри тебя? — спросил он, его глаза горели, а руки уже срывали лифчик, освобождая мою грудь.
Я кивнула, задыхаясь. Мои пальцы скользнули под край его боксеров, стягивая их вниз, пока он целовал меня снова — глубоко, страстно, его ладони сжимали мою грудь, пальцы дразнили соски, вызывая волны электрического удовольствия.
Мы спотыкались, двигаясь к дивану, срывая последние барьеры, тела соприкасались, кожа к коже, и воздух наполнился нашими стонами и тяжёлым дыханием.
— Я не могу больше ждать, — выдохнул он, опуская меня на мягкую поверхность, его тело накрыло моё, и ночь наконец поглотила нас целиком.
Глава 3
Он опустил меня на диван, его тело накрыло моё как волна, горячее и тяжёлое. Его губы скользнули по моей шее, оставляя следы поцелуев, а руки исследовали каждую изгиб — пальцы гладили плечи, спускались по груди, сжимая мягкую плоть, дразня соски до твёрдости, вызывая стоны из моей груди.
— Ты такая чувствительная, Анна... Я хочу попробовать тебя всю, — прошептал он, его дыхание обжигало кожу. Он шел поцелуями вниз, по животу, языком обводя пупок, пока руки раздвигали мои бёдра, пальцы скользили по внутренней стороне,