Возвращаясь к своим мыслям, которые не были заняты архитектурой дворца, то вчера он услышал слух от Рябого, что Леона отправят на военную подготовку в герцогство Шторм. Это совсем не укладывалось в голове бывшего баронета, потому что тогда доступ к наследству самого Леона будет еще отложен на неопределенное количество времени. Ричард знал точные условия для получения тех денег, что сейчас были заморожены, потому что с его помощью была произведены махинации по заморозке наследства барона Стар, чтобы виконт Лайнз не мог ими свободно управлять. Ричард понимал, что прошлый Леон не справился с той ответственностью, что на него бы легла, как бы сильно он не любил своего друга, поэтому барон Орандж знал, что влияние виконта Лайнз очень хорошо повлияло на Леона. Даже слишком хорошо, что немного расстраивало Ричарда, ведь ему порой хотелось опрокинуть пару бакалов со своим другом.
Но сейчас это все имело никакого смысла, так как все планы, которые он подготавливал для Леона были просто уничтожены. Ричард планировал, что его друг быстро завершит свое обучение, а он будет помогать ему финансово со строительством железной дороги в процессе, когда у него нет доступа к его наследству, как и у виконта Лайнз, тем самым укрепляя и свое влияние в этом деле, и Леона. Теперь же этот план точно провалился, ведь военная подготовка займет, как минимум, один год, а потом еще года на завершение обучения, и за это время строительство железной дороги, если не завершится, то как минимум продвинется настолько, что все почести пойдут виконту Лайнз и покойному барону Стар, именно поэтому первый год был самым важным, и в нем, ни Леон, ни Ричард уже не примут участие. По крайне мере сейчас. Конечно, виконт Лайнз скорее всего будет распоряжаться влиянием барона Стар, и его имя не будет забыто или не упомянуто, но это не тоже самое, если бы этим всем занимался сам барон, укрепляя свой авторитет в королевстве. Тут уже Леона могут запомнить, ни как строителя железной дороги, а как сына покойного Чарльза, предыдущего барона Стар. И тут уже авторитет самого Леона будет гораздо меньше, а влияние графа Скай - больше, что, в целом, соответствовало целям виконта Лайнз, как помощника лорда Эдуарда. А это еще не стоит забывать, что причина, по которой его отправляют на военную подготовку - это не умение держать свой член у себя в штанах - эта причина уменьшит количество потенциальных невесток барона, уменьшая его успех на удачный брак с какой-нибудь графской семьей или богатой баронской, а так же уронит его авторитет в глазах других дворян. Барон Орандж понимал, что его друг попал в непростую ситуацию, и теперь он вряд ли сможет предложить свои деньги виконту Лайнз, ведь тот скорее всего подумает, что это все из-за старых привычек Леона, которые в нем воспитал Ричард. Вероятность договориться со стариком Говардом было почти нулевой, а рисковать барон не очень хотел, по крайне мере пока. Ведь он надеялся найти хоть-какие-то скелеты в шкафу старика Говарда Лайнз.
Продолжая размышлять, Ричард шел по рабочему крылу королевского дворца, направляясь к ней. Она довольно часто находилась именно в рабочем крыле, ведь с него легче было отдавать бумажные приказы, да и доступ к её кабинету имел любой желающий, только вот, надо было знать, где находится её кабинет, да и вывески с именем, чей это кабинет был - не было. Обычно к ней обращались либо Госпожа, либо Миледи, опуская формат имени в этом месте, ведь как она сама говорила - даже во дворце есть уши, которые не должны знать. Зачем нужна была такая скрытность? Ричард сам еще не знал, хотя у него были догадки на этот счет, но он и так предполагал, что все в королевской семьи знают, кто занимает эту комнату, кроме возможно одной принцессы, которая не проявила к этому никакого интереса.
Ричард понимал, кому это еще действительно выгодно, такая обстановка дел, например, леди Катерине, герцогине Блад, или же лорду Николаю, герцогу Вуд, но ничего поделать с этим не мог, потому что такое решение принял сам король, но все же надеялся, что после встречи с ней, она немного прояснит ему ситуацию, а может даже поможет словами, что ему делать дальше, хотя он очень сильно не хотел с ней видеться после того, что совершил до этого, и надеется, что она об этом не знает.
Когда барон наконец дошел до нужного кабинета, он слегка постучал в него, ожидая ответа. Примерно через минуту он услышал голос, который сказал «Войдите», и барон открыв дверь, прошел внутрь. В этом кабинете, как всегда, было довольно светло и уютно, не смотря на ту холодную ауру, что источает она. Ричард уже давно был с ней знаком, с тех самых пор, когда она подошла к нему, сорванцу и предложила путь в новую