Разводя порошок в физрастворе, Кудряш шёл через зал напролом, а своим, вечно менторским видом, он мог и запоры лечить. Только вот в своей правде запутавшись, он забывал об одном: самого жесткого лидера однажды могут сменить.
Под взглядом дюжины глаз, главарь зашел к Молчуну: у кровати сидела девчонка с жемчужно-белой косой. Болезный спал со стаканом, на подушку пуская слюну, иногда храпел, точно трактор, и дергал бледной губой.
– Привет, – обмолвилась Травница.
– Салю́т, – ответил вожак. – Мне сказали, ты тут врачевала. Позволишь узнать, как и чем? – но вопрос нежданный девчонку, увы, не поставил впросак. Она поманила рукой, мол, пошли, расскажу «что», «зачем».
В её комнате много растений, и одно из них – Медуница. Отличается пятнистыми листьями и венчиком, меняющими цвет. По латыни она – Pulmonária, а в народе она – Легочница. Обожает рыхлую почву, а также солнечный свет. Её прозвали так не случайно – в делах лёгочных ей равных нет. Обладает противовоспалительным свойством, а также снимает отёк. В растении содержится кремний – повышает он иммунитет.
– Я давала Молчуну настой из листьев.
– Как вижу, он всё же помог, – главарь оторвал двумя пальцами зеленый в пятнах листочек, к носу поднес осторожно и втянул в себя аромат. Пахло слабо, но явственно – мёдом. – Веет приятно и очень. Травница…
– Да?
– Извини. Я пред тобой виноват.
Они вместе спустились в «карцер», главарь набрал жидкости в шприц, и парой щелчков по цилиндру избавился от пузырьков. Обработав ваткой в спирту область одной из ягодиц, он ввёл лечебную дозу Молчуну, избавив от снов. Как же тот закричал..! Станция еле выстояла. Как только стены не лопались? Голос парня – взрывная волна! Но главный с хмурым лицом глядел на Травницу пристально: его переплюнули ловко. Не верится даже... Она? Его?! «Рождённого в халате»? С белой шапочкой и скальпелем в руке? Со всей «династией» медиков?! «Хочу провалиться сквозь пол…» – подумал Кудряш про себя, оказавшись вновь в тупике. Кто бы там не правил судьбою – он неплохо его подколо́л!
– Не думал, что это скажу, но молодец, что, не струсив, ослушалась. Без тебя, кто знает, выжил бы? Наш бестолковый Молчун… – весь зал наблюдал, как боле́зный бегал в простынке и рушил всё.
– Спасибо, но сама б я не справилась. Меня подтолкнули чуть-чуть.
– Кто же? – спросил увлеченно главарь, подавив свое эго.
– Лидер, только не гневайся... Синица. Она помогла.
– Интересно, – с улыбкой он выдал, вмиг отыскав человека, который мгновением ранее выпорхнул из-за угла. Невинное подстрекательство или четкий, проверенный шаг? В любом случае, ум птиц нестандартен. Ах, как ловок был этот приём! Хорошо, что Синица при Станции, хорошо, что Синица не враг.
– Сдается, с её этой мудростью мы с вами не пропадём.
Пройдя мимо, птица подмигнула, и главарь слегка изменился. «Хитро!» – признался себе. Синица на шаг впереди. Весь гнев, каким бы он ни был, тотчас, словно дым испарился, оставив гордыню и важность, ой как далеко позади!
Глава 8. Кащей. Часть 1.
На землю ступил июль, венчает цветами поле. В воздухе пахнет мёдом и недавно прошедшей грозой. На травинках лежат зеркала: капель дождливых – море. Так и тянет пройтись по осколкам к алому солнцу босой. Поезд старый скрипит, кое-где продырявлена крыша, капли падают вниз и бьются о крепкий пол. Молчит напористый ветер, царит на Базе затишье, и последний седой одуванчик у колес электрички отцвёл.
В главном зале девять ребят неспешно играют в покер, и искры брызгами рвутся из карих, зеленых очей. Шептунья ж, серая тень, бродит с ведром одиноко, подливая моющих средств, держа тряпочку на плече. А Воробей – считает ворон, развалившись с вязанием на кресле, она не участвует в играх из идейных соображений: в её вере азарт – это грех, и в жизни её неуместен. А кроме карточных игр полно различных сражений.
– Эй, главарь! Не хочешь с нами в карты? Змей обещал мне в этот раз не мухлевать! – крикнул Длинный, осмелевший вмиг от фарта, Змей тут же вспыхнул:
– Вот, шутник, не надо лгать!
Кудряш стоял, курил махорку близ ангара, к стене прижавшись, и смотрел издалека: старый вагон – Синичкина хибара манил своим спокойствием слегка. Внутри девчонка крутит пальцами вернье́р: на радио меняются частоты. Пойман сигнал, а, значит, прорван был барьер меж Станциями.
– Эй, Кудряш, ну что ты?
– Я к вам примкну, но капельку попозже! – ответил он, и сигарету потушил. Отказываться от игры было негоже, тем более друг лучший предложил! – Есть пару дел, необходимо их закончить..!
– Знаем мы, что это за «дела»! – хихикнул Змей, Шептунья фыркнула:
– И точно. У работы этой ровно два «крыла»! – девчонка тряпку в воду окунула и принялась всю Базу намывать: протёрла тумбу, телевизор, спинку стула, не забывая в голос хохотать. Воробей не удержалась от улыбки, а вот главарь лишь закатил свои глаза. Ему такие шутки нравились не шибко, он глянул в зал, но ничего им не сказал. Просто застыл у входа. Двери – нараспашку: проветрить Базу надобно в жару.
– Так и будешь лишь смотреть на свою пташку?– Шептунья к лидеру прильнула. – Ну и ну! Вроде главарь, а девушек боишься… А с нами ведь так просто, знаешь как? – она щеки его коснулась, тот скривился. – Сделай лицо попроще, вот чудак! С такой гримасой не зацепишь даже тро́лля! – пихнула вожака девица в бок. – Больше лёгкости, меньше самоконтроля!
– Это что у вас там за такой урок?! – от интереса Воробей поднялась с места.
– Разве не ясно? Учит, как вас соблазнять! – крикнул Длинный. – Знаешь, мне неинтересно! Харизмой я умею покорять! – от хохота все масти разлетелись: игроки точно сошли с ума. От смеха девушки, как маков цвет, зарделись, чем позабавили блонди́нчика весьма. Он устремил свой хитрый взгляд лишь на Воробку, мол, посмотри, бойкая пташка! Я ль не прав? И тут же в длинный нос с горбинкой мчится шлёпка: вот такой вот гордый птичий нрав.
– Стая гиен, не взять и не прибавить! – цыкнул Кудряш, а за спиной разлился вой – Воробей кричала «Я могу добавить!», а в ответ глухое слышится: «Ой-ой!»
– Забей, главарь, лучше меня послушай! – скрестила сплетница