Взмахнув рукой, Магди подняла волну трав, укрыв королеву ими, как одеялом. Выросли и расцвели полевые цветы, и саженец пустил корни. Брида смотрела, как он растёт, густеет и разрастается, пока на месте, где пару мгновений назад лежала королева, не вырос огромный дуб.
Ветер танцевал в ветвях дерева, и Брида могла поклясться, что он звал её по имени.
Матушка Магди, по-видимому, тоже услышала его, потому что сказала:
– Я подозревала, что у тебя есть неведомые покамест дары. Моя дорогая племянница, ты станешь чудесной Ветрожеей.
– Нет, я… Я не могу. То есть, наверное, я могу призывать магию ветра, но Ветрожеи – редкие, особенные и…
– Ты тоже, Брида.
Внезапно громадная орлица приземлилась перед Бридой и, склонив голову вбок, вперила в её лицо свои золотые глаза. Хотя некоторые перья были помяты в стычках с Воронами, она была прекрасна.
Постепенно к Бриде пришло понимание.
– Подожди… ты… ты Ветрожея? – с трепетом прошептала девочка.
«Когда-то давно я была ею. Но я очень долго пряталась в горах. Теперь я слишком стара, чтобы принимать человеческий облик, – сказала она, мысли её влетали в сознание Бриды, принесённые лёгким шёпотом ветра. – Присоединись ко мне, прежде чем мне придётся уйти. Есть вещи, которые тебе следует узнать».
– Присоединиться к тебе? Но я…
«Разве ты не догадалась, отчего королеве потребовалось три пера, чтобы превратить тебя в Ворону? Потому что твой дух уже избрал свою форму… облик орла, владыки небес. Доверься ветру, доверься себе и доверься мне. Летим со мной!»
Сомнение приковало ноги Бриды к земле. Она могла делать разные штуки с помощью магии ветра, это да. Она могла выдуть на ладонь светящийся шар-светлячок, отыскать что-нибудь, скрыть свои следы. С помощью магии ветра она умела залечивать раны – хотя и не так хорошо, как Магди с помощью ведовства, – и научилась снимать порчу. Но обернуться птицей?
– Ты сможешь, Брида, – сказала матушка Магди. Тише ободряюще кивнула. Белая голубка захлопала крыльями и заворковала.
Прядь ветра обвила волосы Бриды и настойчиво потянула за собой.
Брида закрыла глаза и позволила потокам воздуха зарябить по своей коже. Она глубоко вздохнула – и вмиг оказалась сотканной из ветра, облаков и яркого солнца. Кожа зудела и дрожала, чесалась и гудела – это прорастали перья. Её кости обратились в воздух, скручиваясь и складываясь, пока она не потеряла всякое ощущение телесности и формы.
Это было совсем не больно. Просто… странно.
А затем она открыла глаза и издала удивлённый крик – орлиный клёкот.
Она видела всё в мельчайших деталях и таких ярких красках, которые она не могла вообразить. Она углядела муравья, ползущего по травинке в нескольких шагах от неё, улитку, выглядывающую из-под камешка на краю маленькой лужицы. Наклонив голову, Брида скользила взглядом по прожилкам на каждом листочке каждого дерева вокруг.
Она, можно сказать, видела сам ветер.
«Это куда лучше, чем быть пойманной Вороной!» – ликовала Брида.
«Лети!» – со смешком велела Ветрожея.
Брида расправила крылья шире размаха рук высокого человека и, ударив по воздуху, оторвалась от земли в несколько мощных взмахов.
Тёплые потоки ветра гладили ей брюхо, поднимая всё выше. Она кричала, ликуя и радуясь, и играючи парила в небе, а рядом кружила Ветрожея.
Внизу ржал и фыркал Лопух, мчась галопом в тени двух огромных орлов. Над ним порхала маленькая белая голубка.
Развернув хвостовые перья, чтобы сладить направление, Брида понеслась по небу. Она умчалась прочь от замка и дымящихся руин сражения и облетела лес, слушая песню ветра в листве. Маленькие птички прятались в рябой тени, робкие олени выглядывали из-под ветвей. Лиса скользнула в подлесок, вспугнув облако мух и мошек.
Затем исполинские крылья понесли Бриду над волнующимся лугом. Под ней рябила трава – зелёный океан, кишащий жуками, мышами, кротами и кроликами.
«Что ты видишь? Что говорит тебе ветер?» – шепнула в её сознании Ветрожея.
Брида закрыла глаза, прислушиваясь к своим ощущениям.
Теперь она видела, какой ущерб нанесла королева. Луг был весь в лоскутах болезни: сухостой мёртвой коричневой травы, почерневшие цветы, сорняки и грязь. Некоторые деревья в лесу цеплялись за увядшие листья или ржавые сухие иголки, по стволам других протянулись сочащиеся раны. Древогубец заглушал хрупкие папоротники и крохотные цветочки. Непредсказуемость времён года нарушила привычный круговорот роста плодов, орехов и желудей, и многие из замеченных ею птиц и белок медленно умирали от голода.
«Мы опоздали! Всё погибает!» – бросила Брида в небо свою ярость.
«Нет, мы не опоздали! – крикнула в ответ Ветрожея. – Что говорит ветер?»
Брида взлетела на следующий поток ветра, всё выше и выше, и наконец перед глазами у неё остались одни облака. Ей было невыносимо видеть столь широко раскинувшуюся порчу, наползающую смерть.
Но ветер свистел в ушах, шептал у неё в голове.
Он говорил ей о тёплом и ласковом очищающем дожде, медленно катящемся по окоёму. Он обещал спокойное тепло и мягкие ночи. Он пел о восстановлении равновесия, о вылуплении птенцов из яиц и первых шатких шагах оленят. О лисицах, прячущих лисят в надёжно укрытых тёмных норах, и о кроликах, выкармливающих детёнышей в уютных ямках. Он приносил запахи распускающихся цветов и текучего древесного сока, разворачивающихся клейких листочков и старых листьев, сбрасываемых на землю.
Ветер говорил ей, что земля может исцелиться. Что она уже начинает восстанавливаться.
Брида пронеслась сквозь облака и спустилась к Ветрожее.
«Ветер говорит, что всё наладится».
«Так и будет. Уже налаживается, но тебе придётся потрудиться сообща с ведуньями, жрицами и жрецами, устраняя ущерб и предотвращая дальнейший вред. Ты, храбрая девочка, станешь следующей Ветрожеей. Ты наловчишься, как наловчилась я сама, слушай ветер, и он научит тебя всему, что тебе нужно знать. А если я тебе понадоблюсь, крикни по ветру, и я услышу».
Они медленными кругами спустились вниз, скользя по нисходящим потокам.
«Куда ты отправишься? Почему ты не можешь остаться?» – спросила Брида.
«Я отправлюсь следом за конями-бурями за пределы Пяти королевств, в Сумеречные земли Серебряных Фейри. Теперь моё место там», – ответила Ветрожея.
«Они вернутся?»
«Я не могу сказать. Но они благословили тебя отголоском своей силы, венком своих переплетённых волос. Ты станешь самой могущественной Ветрожеей из всех, виденных в Пяти королевствах».
Они приземлились на скалистом выступе, высившемся над сверкающей лентой стремительно бегущей воды, и Лопух, взмыленный и сопящий, галопом примчался