Лопух повёл носом и тихонько заржал.
– Будем считать, что да. Ну и как ты выбрался на этот раз? – Похлопав пони по шее, Брида вышла из дома.
Тот задрал верхнюю губу в глупой лошадиной ухмылке и толкнул хозяйку в плечо. Это была его любимая игра: находить новые хитроумные способы улизнуть из своего загона, а потом ждать, пока она догадается, как он это проделал.
Брида поспешила к воротам загона – те по-прежнему были заперты – и обошла ограду кругом. Пролома нигде не видно, значит, он не пролез в дыру. Да и вряд ли перепрыгнул через забор – пони уже выпрыгивал пару тому недель назад, а повторять свои фокусы слишком часто он не любил.
Лопух, довольный собой, гарцевал за её спиной, пока она изучала загон. Тут Брида заметила скользящий след неподалёку от угла ограды, где земля шла под уклон. Полоса грязи и смятые стебли клевера, отпечаток копыта…
– Лопух, ты протиснулся под забором? – Она указала на подозрительное место. Тот заржал и закивал, рассмешив девочку. – А ты ловчее, чем можно подумать, пони.
Брида отвела его обратно в хлев и привязала в стойле. Он терпеливо стоял, пока хозяйка вычёсывала ему шерсть и выбирала грязь и камешки из копыт, и даже не вздрогнул, когда она положила ему на спину шерстяную попону и кожаное седло. Но стоило Бриде приволочь седельные сумки, как Лопух забил передним копытом и замахал хвостом.
– Я знаю, – сказала она пони. – Но мы можем помочь матушке Магди и заодно немного повеселимся, обещаю.
Скептически фыркнув, тот опустил голову, чтобы Брида могла надеть уздечку. Брида почесала его под подбородком и тихонько подула в нос.
– Мы всегда неплохо проводим время, правда? – сказала она, выводя Лопуха на улицу.
Но только Брида приготовилась залезть в седло, в хлеву раздался страшный грохот.
– Что там ещё? – проворчала она и вернулась обратно, уперев руки в бока.
И как она не догадалась! Коза Крапива, обиженная невниманием к себе, забралась на сеновал и боднула вниз два тюка сена. Они упали на стойку для лопат и вил, а те в свою очередь обрушились на бочку с овсом и два пустых ведра.
И теперь Крапива выглядывала вниз, обозревая пыльный хаос и озорно сверкая глазами.
Брида хмуро посмотрела на неё:
– Вот поэтому тебе невозможно доверять, знаешь ли. Если бы ты вела себя прилично, тебе не пришлось бы сидеть в хлеву, пока мы отправляемся на поиски приключений.
– Ме-е-е? – проблеяла Крапива, слезая с сена.
– Извини, но нет. Ты никогда не держишься рядом с Лопухом, как я прошу, и мне приходится тратить весь день попусту, гоняясь за тобой. А в прошлый раз, когда я взяла тебя с собой за травами, ты слопала весь цикорий и одуванчики, которые я должна была принести матушке Магди. Я бы оставила тебя на улице, но… – Брида окинула сварливым взглядом беспорядок в сарае. – Но ты натворишь дел. Тебе придётся подождать здесь, пока мы не вернёмся. – Она вздохнула и погладила козу по шее. – Если ты будешь хорошо себя вести в моё отсутствие, я принесу тебе цветочков пожевать.
Брида закрыла двери хлева и поспешила обратно к Лопуху. Ей придётся убрать этот кавардак, когда они вернутся.
Вскочив в седло, девочка подстегнула пони пятками. Тот вышел со двора и потрусил среди деревьев, весело навострив уши и плавно поводя хвостом. Шкура его подёргивалась, сгоняя шальных мух, и Брида расслабилась, убаюканная ритмом движения. Время от времени она прижимала икру к боку пони или проводила поводьями по его шее, направляя его, но в основном позволяла ему самому выбирать дорогу, следуя узкой оленьей тропкой, вьющейся по холмам.
Когда пони шагнул на залитый ярким солнцем высокий луг, Брида наклонилась, разглядывая землю, по которой они шли. Полоса смятых стеблей, раздавленные головки клевера и изредка следы копыт, отпечатавшиеся в грязи. Матушка Магди и Бархатка не поехали бы по этой дороге, верно? Ветер зашептал в траве, и Брида нахмурилась, выпрямляясь в седле. Какая-то мысль щекотала её память…
Она попыталась увести Лопуха в сторону с протоптанной дорожки в траве под сень деревьев, но тот фыркнул и вскинул голову, чуть не вырвав поводья из рук. Брида прижала колено к его боку и крепче сжала поводья, но пони закусил удила, чуть не выдернул девочку из седла внезапным рывком, и, перейдя на рысь, поскакал по следам копыт.
– Лопух! – крикнула Брида, перенеся вес в сторону, чтобы удержать равновесие, и пытаясь крепче направлять пони.
Тот повернул голову набок, посмотрел на неё тёплым карим глазом, повёл ушами, насмешливо извиняясь, однако не замедлился и не повернул.
– Прекрасно, – хмыкнула Брида. – И куда ты нас ведёшь?
Он протяжно вздохнул и перешёл на плавную расслабленную рысь, опустив нос к земле, как если бы шёл по запаху, как собака. Брида закатила глаза. Сколько было ласковых и выносливых пони в долине, а ей достался Лопух.
Пока её упрямый пони прокладывал путь по траве, Брида оглядывала луг, высматривая что-нибудь полезное для матушки Магди. Колесо года уже давно вращалось бекренём и рывками, и собирать растения, пригодные для магии и снадобий, становилось всё труднее. Некоторые полевые цветы стали попадаться так редко, что Брида и вовсе сомневалась, что их можно сыскать в долине.
Конечно, не исключено, что она просто их не замечала. Даже после стольких лет обучения у ведуньи, Брида определяла растения с горем пополам. Нет, конечно, она знала самые простые и очевидные: седмичник, сердцецвет, маргаритки, пижму, чертополох, крапиву и любисток. Она узнавала по запаху дикий тимьян и мяту, но по большей части ухитрялась угадывать травы, подмечая покалывание в кончиках пальцев и прислушиваясь к шёпоту в ушах.
И всё равно она ошибалась. Слишком часто ошибалась.
Щёки Бриды вспыхнули, стоило ей вспомнить о болеутоляющей мази, которую она пыталась приготовить на прошлой неделе. Ей казалось, что она точно следует указаниям матушки Магди, однако от духовитой пасты, которая должна была снять боль в распухших суставах, на руках хозяйки Лучины выскочили пурпурные волдыри. Магди удалось спасти дело быстрым разговором и торопливо наложенными чарами, но от одного воспоминания Брида до сих пор краснела от стыда.
И она до сих пор не понимала, что сделала не так.
Хотя Магди никогда не припоминала Бриде неудачи, девочка не могла отделаться от мысли, что она вечное разочарование.
Как Брида ни зубрила, как ни упражнялась, как ни старалась, она так и не заслужила Зелёного листа, дававшегося признанным соискательницам