Когда я вернулась в комнату, Романов сидел, развалившись на диване со скучающим видом. Мне нужно было задать ему все те вопросы, которые меня мучили, но я не знала, с чего начать.
— Благодарю! — забрал он у меня стакан с коньяком и сделал из него глоток. — Я оплатил твою учёбу в академии на год и сделал перевод приюту, как мы договаривались. Квитанции показать?
— Не стоит. Я тебе верю, Егор.
У меня вырвался вздох облегчения, но вместе с тем я поняла, что обратного пути нет. Если сейчас Романов прикажет мне раздеться, мне придётся это сделать. Свою часть уговора он выполнил. Очередь за мной.
— Ты говорила, что деньги за аренду тоже похитили, — напомнил он. — Скажи, кому перевести, я оплачу аренду твоей квартиры.
Он демонстративно достал из кармана телефон, и я взяла свой с журнального столика. Бонус от Романова?
После того как он сообщил, что отстегнул денег приюту, у меня камень с души свалился. Я испытала невероятное облегчение оттого, что теперь животные в безопасности. Пусть не навсегда, но всё же...
Я обрадовалась этой новости больше, чем оплате обучения в академии.
Романов перевёл деньги хозяину моей квартиры, допил коньяк и поставил стакан на журнальный столик.
Лучше я сама. Пусть это будет моя инициатива. Надоело уже трястись! Пусть уже поскорее заберёт то, за чем пришёл!
Егор, больше не Васильевич, гипнотизировал меня взглядом, пока я неуверенно шла до дивана. Остановилась возле него в нерешительности. Дальше что?
Как же страшно, мамочки!
Трясущейся рукой заправила за ухо упавшую на лицо прядь волос и наклонилась к Романову, чтобы его поцеловать.
— Женя? — удивлённо протянул он, тяжело задышав.
То ли от волнения, то ли от неопытности я повалилась на мужчину, не удержав равновесия. Он подхватил меня, с силой прижав к себе. На этом моя решимость потухла, едва вспыхнув. В мозгу зазвенели первые звоночки паники.
Егор уже перехватил у меня инициативу и сам нашёл мои губы своими. Целовал жарко, страстно, жадно. Одной рукой зафиксировал мой затылок, второй медленно вёл по бедру, задирая домашнее платье.
Я чувствовала, как он возбуждён. Уже. Романов завёлся моментально.
Я смогу. Я вынесу всё, что он будет со мной делать!
14. Евгения
— Что ты натворила, Женя? — хрипло рычит мне в шею Романов, повалив меня на диван. — Чувствуешь, что со мной делаешь?
Он взял мою руку и приложил к бугру на своём паху. Под тонкой тканью его одежды я отчётливо чувствовала окаменевший член мужчины. Он был довольно крупным и таким твёрдым...
Он обвиняет во всём меня? Разве он не этого хотел? Он же именно для этого меня и купил, чтобы совать эту штуковину в меня.
Плохо соображая, что я делаю, я сжала ствол в руке. Егор зарычал и задрал на мне платье, открывая себе доступ к моей груди.
Обхватывает губами сосок, царапая щетиной нежную кожу, втягивает его в рот и начинает перекатывать на языке. Я захлёбываюсь от острых, доселе неизведанных ощущений. Прикусываю губу, чтобы не застонать.
Убираю руку с его члена, но Романов возвращает её обратно, дав понять, чего ему хочется. Я несмело поглаживаю его ствол, пока мужчина играет со вторым моим соском, который также твердеет под его напором, как и первый. Руками гладит мои бёдра, мнёт ягодицы. Оттягивает край трусиков и накрывает мою промежность. Пальцами разводит нижние губки, и я инстинктивно пытаюсь свести бёдра вместе.
— Расслабься, Женя, — задыхаясь, шепчет Егор. — Сегодня трахать не буду. Поглажу просто. Ты должна быть послушной, — напомнил он.
Я должна, — эхом отозвалось в голове. Должна. Ему.
Через силу развожу ноги в стороны, вздрагивая от нового прикосновения к моим губкам.
— Шире! — рычит Романов, и я раскрываюсь на максимум. — Ты потекла, — хмыкает он, водя пальцами вокруг моего лона. — Я не прогадал с вложением денег. Из тебя выйдет страстная любовница!
Щёки вспыхивают огнём, потому что слова Егора больно бьют по моей девичьей гордости. Ему до этого нет никакого дела. Он с упоением продолжает целовать мои губы, шею, грудь, а пальцы грубо орудуют между моих ног, теребя клитор, размазывая влагу по складочкам.
Мои грудь и живот наливаются тяжестью. Каждое прикосновение Егора становится мучительным. Я чувствую себя беспомощной и безвольной, лёжа под ним с раздвинутыми ногами. Всё тело напряжено, я выгибаюсь под лаской Романова, вдыхая его мужской, терпкий, опасный запах.
Я пропустила момент, когда прикосновения мужчины стали приятными и больше не пугающими, поэтому не понимала, что со мной происходит.
— Давай, маленькая! Кончи для меня! — хрипит Егор, толкаясь напряжённым пахом в мою руку.
Боже, о чём он вообще? Что он от меня хочет?
Подаюсь бёдрами вперёд, навстречу терзающим меня пальцам, бесстыдно подставляя Романову влажный, ноющий, тугой бугорок. Слышу, как хлюпает у меня между ног, чувствую, как там горячо и мокро. Егор ускоряет движения, всё быстрее и быстрее растирая мой клитор, доводя уже до дикого изнеможения.
Я не выдержу этого. Я сейчас умру.
Или взорвусь...
— Ах! Ум-м-м, — вырывается у меня против воли.
Я начинаю биться в судорогах, захлёбываясь слезами облегчения. Чувствую, как сокращаюсь там внизу, как становлюсь ещё более мокрой для Романова.
— Да, моя девочка! — самодовольно хмыкает Егор. — Очень хорошо! — Он вытаскивает мокрые пальцы из моих трусиков и засовывает мне их в рот. — Оближи язычком. Пососи!
У меня голова идёт кругом после оргазма. Лоно до сих пор сладко сжимается, грудь ноет, когда я посасываю пальцы мужчины, чувствуя во рту свой собственный вкус.
Ему нравится? Я всё делаю правильно?
Почему-то только это меня волнует в этот момент. Я не вынесу, если Романов силой начнёт меня заставлять что-то делать.
Егор освобождает мой рот, отстраняется от меня и садится, расстёгивая ширинку. Я вздыхаю с облегчением, освободившись от его тяжести, но тут же снова напрягаюсь, когда мой взгляд натыкается на вздыбленный член мужчины.
— Ты же сказал, что не будешь... — напомнила я Романову.
— Возьми в ротик, Женя, — прозвучало, как очередной приказ.
— Что?
Он же не хочет, чтобы я взяла ЭТО в рот? Я не умею делать минет.
Совсем.
Меня тормозит только моя неопытность. Я догадывалась, что Егор захочет проделать со мной всё то, что показывают в порно. Вряд ли у него есть комплексы. Это у меня их полно.
— Не заставляй меня повторять дважды. Встань на колени и возьми его в рот! — раздражённо ткнул пальцем