Сложно передать бурю эмоций, захлестнувших меня в тот роковой момент. Думал, сердце выскочит из груди, когда понял, что наше с Никой желание совпадает.
Не знаю, чего ждал от этой встречи. Прежде всего мне необходимо было высказаться. Слишком много обиды было в моей душе на Веронику. Слишком много недосказанности.
Мялся до последнего. Сомневался, оттягивая момент. Это всё было неправильно. Не так, как я планировал тогда, в ЗАГСе, когда пообещал Тане звезду с неба. Чувствовал себя говном и предателем, но соблазн был сильнее меня.
Преодолев трусость, я позвонил Веронике. Ждал в машине, пока Таня выйдет с работы, набрался смелости и набрал бывшую. Она так натурально расплакалась от радости. Сказала, что любит меня, жалеет о своём поступке и хочет попросить прощения.
Мне бы остановиться на этом. Моя мечта исполнилась. Я же хотел, чтобы предательница раскаялась? Вот, пожалуйста!
Но мне было мало. Я только вошёл во вкус, и меня понесло. На радостях предложил забрать на следующий день Веронику из института. По пути и поговорим. Повесил трубку и продолжил лыбиться, как идиот.
Моё настроение быстро испортилось. Я увидел, как Таня выходит из офисного здания с каким-то мужиком — дорогое пальто, портфель в руках. Они о чём-то мило беседовали, смеялись, но не это меня напрягло. Он придерживал Таню за талию, пока они выходили из дверей, и убирать руку не торопился.
Что за херня?
Я вышел из машины. Таня меня заметила и, быстро попрощавшись с мужчиной, побежала ко мне.
— Привет! — бросилась мне на шею. Я обнял её, а сам проводил взглядом мужчину, садящегося в новенький джип. — Ты чего такой нерадостный? — заметила моё настроение жена, отрываясь от меня.
— Да так… Соскучился просто, — соврал я и открыл ей дверь. — Это что за тип? — кивнул на джип, сев за руль.
— Начальник мой. Артём Сергеевич. Ты же видел его уже раньше.
Разве? Наверное, тогда он не лапал за талию мою жену, вот я не обратил на него внимания, как сейчас.
— Не запомнил, Таня. Сколько лет ему?
— Тридцать шесть или тридцать семь. Точно не знаю… А ты что ревнуешь? — она так радостно это сказала, что я разозлился ещё сильнее.
Ей кажется это забавным? Неужели?
Я внимательно посмотрел на жену и завёл мотор. Нет, Таня не такая. Всё что угодно я мог себе представить, но только не дешёвую интрижку на работе. У неё кишка тонка на предательство. Таня любит меня. МЕНЯ. Я не лох какой-то, чтобы жена от меня гуляла.
— Как там твоё повышение? — сменил я тему.
Таня только о нём и говорила, но уже два месяца дело не двигалось. Я предлагал ей перейти в мой банк под моё руководство, но она решила быть независимой и всего добиваться самостоятельно. Глупо было с её стороны отказываться от хорошей должности, поэтому время от времени я её подкалывал туманным повышением.
— Пока никак, — вздохнула Таня. — Ты же знаешь, что оно не с потолка падает? Так зачем спрашиваешь?
Было заметно, что её задела моя шутка, но я лишь мысленно усмехнулся. Это от Артёма Сергеевича зависит повышение Тани? Очень интересно…
— Поужинаем в кафе? — предложил я, потому что надоело дома торчать.
— Марк, мы сто раз это обсуждали. Полгода придётся потерпеть.
— Я хотя бы на шавуху могу потратиться? — сквозь зубы процедил я. Меня накалял этот контроль. Впору начинать заначки делать.
— Это, да. Я бы тоже не отказалась.
Слава богу, хоть что-то удалось выкружить у супруги-жмотяры.
Глава 22. Таня
— Ты не забыл, что завтра к нам придут Дима с Артуром на хоккей? — напомнила я мужу о наших друзьях.
Мы только что отъехали от ларька с шаурмой, налопавшись до отвала. Хорошо, что сегодня готовить не нужно. Я так вымоталась на работе, что заниматься готовкой было выше моих сил.
Как мама со всем справляется? Я привыкла, что готовила почти всегда она, я помогала изредка, а вот папа вообще к кастрюлям не притрагивался. Повезло мне с Марком, он делает домашние дела без вопросов. Я, конечно, стараюсь не просить его лишний раз, ведь это женская работа, но всё равно приятно, что у меня такой заботливый муж.
— Чёрт, забыл совсем! — стукнул Марк по рулю от досады. — Может, отменим? Мне нужно завтра масло в машине поменять.
— Ты же сам их позвал? Позвони тогда пацанам сам и скажи, что у тебя дела. А масло не может подождать? Мы и так стали редко встречаться с друзьями.
— Не может, — раздражённо ответил Марк. — Хочешь, чтобы у меня движок полетел? Это же ты ноешь каждый день, что у нас денег нет? Знаешь, сколько капремонт движка на Мерине стоит?
— Может, я ною, потому что их нет? — с обидой ответила я. — Это не у меня кредиты, прости. И это не я пригласила Диму с Артуром.
Я отвернулась к окну, чтобы Марк не увидел предательски блеснувшие слёзы, подступившие совсем ни кстати. Безденежье, если честно, задолбало. Я рассчитывала на повышение на работе и прибавку к зарплате, поэтому была сама не своя, что всё так затянулось. Я понимала, что придётся потерпеть из-за сложившейся ситуации, но меня расстраивало, что Марк этого не понимал. Как будто это я во всём виновата. Интересно, Веронике своей дурацкой он бы также ответил? Или только мне можно всякую ерунду говорить?
— Вероничке спасибо скажи, — не сдержалась я.
Марк промолчал, внимательно следя за дорогой, но желваки, заигравшие на его щеках, и побелевшие костяшки пальцев, сжимавшие руль, говорили о том, что он зол.
У меня было ощущение, что меня сейчас разорвёт от нахлынувших эмоций. Всё это время я старалась сглаживать какие-то моменты, замалчивать своё недовольство, списывая напряжение между мной и Марком на элементарную притирку, но мы знакомы не три дня, чтобы ссылаться на это. Я боялась стать той самой "пилой" от которой бегут мужья, но страдашки Марка не могли длиться вечно.
А может, могли? Я дала ему время прийти в себя после предательства любимой девушки, предоставила возможность показать себя с той стороны, которой он обещал повернуться ко мне в день нашей свадьбы, но ничего не происходило.
Мне стало невыносимо скучно с самым близким для меня человеком, которым Марк был мне когда-то. Во что мы превратились за такое короткое время? Видимость счастливых молодожёнов и то, что было внутри каждого