Замок клацнул оповещая нас о том, что ловушка захлопнулась и нам не как от сюда не выбраться. Я покинула своё укрытие и словно гусеница, поползла в сторону Олега.
— ты живой? — спросила я пересиливая начинавшуюся в душе истерику.
— да. Он выстрелил мне в ногу и пырнул ножом в живот. Я не выживу в этот раз — он схватил меня за шею.
— ты можешь спастись сама и спасти Бурого. За этой комнатой выход на кухню там панорамные окна. Разбей окно и вытащи Бурого. Выгляни. Они уже уехали — скомандовал мне Олег. Я поднялась на трясущиеся от страха ноги. Подбежала к окну и выглянула в окно. Дом уже начал гореть со стороны входа. Дым уже был повсюду. Мужчины в чёрной одежде сели в два внедорожника и выехали со двора, поджигая на прощание машины Олега и его людей. Вот продуманные ублюдки.
— они подожгли ваши машины — подбегая к Олегу сказала я.
— тащи Бурого с выходу — кричал на меня Олег.
— а остальные?
— они убиты. Давай же. Кому сказал. Я уже ни жилец. Возьми телефон и позвони отцу — я взяла из окровавленных рук Олега телефон и набрала номер отец. Поднесла трубку к его уху.
— отец. На нас напал Зураб. Стас работал с ними — Олег закашлялся, а затем превозмогая боль продолжил:
— я умираю. Спаси Бурого — Олег бросил телефон и наорал на меня. Я побежала в кухню на разбив окно, вытащила мужчин по очереди на улицу. Не знаю, сколько это всё заняло времени. Делала я всё это на автомате. Как будто мною управлял кто-то со стороны.
Бурый пришёл в себя и в целом чувствовал себя не плохо. Я усадила его под деревом.
— ты как? — спросила его я. Дом позади нас полностью охватило пламя.
— помоги Олегу. Он должен выжить! — схватил меня за руку мужчина. В отблесках пламени он мне чем-то напомнил Асбьёрна. Такой же холодный и цепкий взгляд у него был. Я кивнула и оставив амбала подошла к Олегу. Он дышал с переменным успехом, периодически захлёбываясь. Я оттащила его к дереву у которого сидел Бурый и положила голову Олега себе на колени.
— как думаешь умирать страшно? — хрипя спросил меня мужчина.
— нет. Смерть лишает нас боли и сожаления. Она освобождает наш дух — ответила я мужчине и запела на скандинавском:
«Мой драккар на дне лежит
Сердце пламенем горит.
И прохладны воды в море,
Но душа не знает горя.
День придёт, наступит час.
Смерть ждёт каждого из нас!».
Как только я закончила петь, во двор въехали машины и картинки вокруг меня завертелись.
Когда я пришла в себя в полной мере, то обнаружила себя сидящей в палате у постели Бурого. Олега прооперировали и пока что никого не пускали. А амбала подлатали и отправили в палату отдыхать. Мужчина пришёл в себя и открыл глаза. С нами ещё сидел отец Олега. Север. Он ни чего не спрашивал. Умный мужчина и так всё понял без слов. Тем более о делах сына ему известно всё.
— ты пела интересную песню… Что это за язык?
— скандинавский — ответила я Бурому и подвинула стул ближе к кровати.
— откуда знаешь?
— в каждой женщине должна быть загадка — улыбнулась я.
— отдыхай — сказала я мужчине.
— отдыхай малой — вклинился в наш разговор Север.
— пойдём поговорим, Ярослава.
— Ясь — обернулась я на голос Бурого. Первый раз в жизни меня кто-то так называет. Даже мать с отцом Ярой звали. Я вопросительно посмотрела на мужчину, но он уже уснул. Видимо подействовало обезболивающее. Тихо прикрыв дверь палаты мы сели на скамью в коридоре.
— что со мной будет?
— ни чего плохого, из того на что обрёк тебя твой нерадивый братец. Ты спасла жизнь моему сыну. Спасибо — поблагодарил меня Север. А я подумала на тему, что как бы мне ни хотелось я всё таки вляпалась в это криминальное д. рьмо.
Глава 22 "Карелия"
Я лежала в кровати и не могла уснуть. Мне не спалось на чужой кровати. Север привёз меня в свой загородный дом, полный охраны. Страха не было совсем. Я пережила восстания народа против Рюрика, ни один набег викингов. Так что перестрелкой меня особо не напугаешь. В дверь постучали. На пороге стоял Александр Северов с двумя бутылками в руках.
— впустишь на огонёк?! — спросил бандит и не дожидаясь моего ответа прошёл в комнату и сел на пол возле моей кровати. В комнате было темно, лишь свет от уличных фонарей освещал сквозь плотные шторы помещение.
— не могу… — недоговорил мужчина и отпил из пузатой бутылки. Я была одета в ночную рубашку на бретельках, которую мне любезно предоставила домработница Севера. Я спустилась с кровати и тоже села на мягкий, пушистый ковролин. Север вручил мне бутылку и я послушно её приняла. На автомате отвинтила кружку и отпив поняла, что это хорошее красное сухое вино.
— как Олег?
— стабильно тяжёлое состояние. Он впал в кому. Врачи не дают ни каких прогнозов.
— я три месяца назад вышла из полугодовалой комы. Он сильный. Сильнее многих… — Олег, хоть и был бандитом, но ни словом, ни делом не обидел меня. У меня не было причин желать ему смерти. Мужчина опять отпил из бутылки.
— что будет с моим братом?
— не чего хорошего. Если он не дурак, то ты его больше никогда не увидишь.
— по моему пять миллионов это не та сумма ради которой можно бросить свою семью навсегда — озвучила я свои мысли, отпивая из бутылки.
— а какая сумма достаточна, по твоему мнению?
— никакая. Семья, дети, муж бесценны — захмелев ответила я.
— у тебя есть муж и дети? — спросил Север.
— нет. Но непременно будут.
— будут — согласился мужчина.
— а у Олега есть дети?
— да. Глебу две недели. Такой крошечный, вылитый Олег.
— Олег говорил, что не женат — вылетело у меня раньше, чем я успела подумать, что ляпнула очень личную вещь.
— закрутил роман со стриптизёршей из своего клуба.