— Что здесь происходит? — грозный рык достигает моего сознания.
Хватка на шее ослабевает, после чего исчезает вовсе. Ноги не держат. Сползаю по стене, оседаю на лестницу. Заваливаюсь на ступени, хорошо, что на верхние, иначе покатилась бы кубарем вниз.
Горло жжет, ужасно болит, поэтому дотрагиваюсь до него ладонью. Но тут же одергиваю руку — кожа слишком сильно саднит.
— Я спрашиваю, что здесь происходит? — слышу грубый голос Дикого, который смешиваются с приближающимися шагами.
Пытаюсь втянуть в себя воздух и тут же стону — горло саднит в груди ноет. Облокачиваюсь на ступень, пытаясь удержать сознание в теле, а не утонуть во тьме.
— Мы тут беглянку поймали, — мне кажется, или голос волосатого проскальзывает страх.
Глаза открыть не получается, веки слишком тяжелые. Но даже сквозь них вижу нависшую надо мной тень.
Грубые пальцы нежно касаются моего подбородка, аккуратно поднимают голову. Чувствую на лице прожигающий насквозь взгляд.
Не знаю каким чудом, но мне удается разлепить веки. Взор размывается, как и мужчина передо мной. Приходится несколько раз моргнуть, чтобы хоть немного сфокусироваться.
В итоге, вижу Дикого. Его стальные глаза пытают чистейшей яростью. Брови сведены у переносицы, губы поджаты, ноздри раздуваются.
Всего пару секунд смотрит на меня, после чего резко поднимается.
Едва удается удержать голову и не дать ей упасть к груди, поэтому замечаю, как Дикий разворачивается и вплотную подходит к волосатому.
— Я же предупреждал, чтобы ее даже пальцем не трогали, — явная угроза звучит в словах мужчины, который меня присвоил.
— Но… она… — волосатый пытается спуститься на пару ступеней, но Дикий ловит его за шкирку. — Она сбежать от тебя пытал…
— Я предупреждал? — прерывает волосатого Дикий, даже не повысив голос, но даже у меня мурашки табуном побежали по коже.
— Да, но…
— Значит, ты знал, что я запретил ее трогать, но ослушался меня, — «за это и поплатишься» повисает в воздухе, после чего без предупреждения толкает волосатого с лестницы.
Последний летит кубарем так быстро, что я только моргнуть успеваю, как он лежит в холле у ног своего соратника и не поднимается.
Мгновение ничего не происходит, а в следующее, Дикий поворачивается ко мне.
— Теперь твоя очередь, — окидывает меня взглядом, в котором отчетливо видна угроза.
Глава 14
Я должна была испугаться, но сил нет совсем.
Все, что могу — сидеть на месте и не двигаться.
Жаль, полностью отключиться не получается. Взгляд Дикого буквально приковывает к себе. Он пристальный, пронзительный. Кажется, словно проникает не только ко мне в голову, но и душу. Дышать становится все легче, от былого жжения остается ноюще-тянущее чувство дискомфорта.
Не проходит и мгновения, как Дикий сокращает расстояние между нами. Он резко поднимает меня с лестницы. Подхватывает под колени и выпрямляется вместе со мной.
Я даже пискнуть не успеваю, как мужчина без особых усилий начинает подниматься. Приходится обнять Дикого за шею, чтобы не упасть.
Невольно заглядываю ему через плечо, смотрю вниз. Сразу же нахожу взглядом волосатого, который все еще валяется на полу. Над ним нависает лысый товарищ, похлопывает дружка по лицу. У меня все внутри сжимается, когда понимаю, что мой мучитель не шевелится. Задерживаю дыхание… Неужели?
Лысый с размаху врезает ладонью волосатому по лицу. Звон разносится по холлу, отдается в ушах и прерывается судорожным вздохом.
Прикрываю глаза, расслабляюсь.
Я не стала ни свидетельницей, ни причиной убийства.
Даже сквозь веки вижу, что резко потемнело. Распахиваю глаза и понимаю — Дикий уже поднялся на второй этаж.
Дрожь проносится по телу, ком застревает в горле.
Комната, из которой я только что сбежала, все приближается и приближается. Смотрю на профиль мужчины. Даже сквозь прилично отросшую щетину, вижу, его поджатые губы, раздувающиеся ноздри, заостренные скулы. Я знала, что могут быть последствия, когда сбегала, но не думала, что они наступят так скоро.
Вырываться бессмысленно.
Но все равно предпринимаю попытку. Вот только едва ослабляю пальцы, как Дикий отпускает меня. Всего на мгновение, а потом снова крепко прижимает к себе. Зато ощущение свободного падения заставляет меня вновь схватиться за его шею.
Дикий заносит меня в комнату. Закрывает дверь ногой. Громкий хлопок отдается болью в висках. Не останавливаясь ни на секунду, Дикий достигает кровати, бросает меня на нее. Пытаюсь отползти, но не успеваю даже пошевелиться, как мужчина хватает меня за щиколотку и тянет на себя. Хрипло взвизгиваю. Пытаюсь вырвать ногу, но все становится неважным, когда Дикий нависает надо мной и зажимает мои руки над головой, вдавливая их в матрас.
Ловлю ртом воздух. Легкие тут же наполняются легким ароматом табака, смешанного с чисто мужским мускусным запахом.
— Сбежать удумала? — строго произносит Дикий.
Молчу.
Не потому что боюсь хоть слово сказать. Мне просто нечего возразить. Дикий прав, и он это прекрасно понимает. В его глазах я вижу искры, которые четко говорят, что лгать ему бесполезно.
— Какая же ты плохая девочка, — предвкушающе рычит Дикий. — Ты ведь знаешь, что делают с плохими девочками?
Мои глаза еще шире распахиваются, тяжело сглатываю.
— Знаешь ведь, — тянет Дикий, перехватывая мои запястья одной рукой. Второй — скользит по моему телу, задерживается на груди и крепко сжимает. Шумно втягиваю в себя воздух, но не произношу ни звука. — Их наказывают, — шепчет мужчина, прежде чем ущипнуть меня за сосок.
Стискиваю челюсти. Не хочу давать мужчине того, что он хочет. А он ведь, явно, жаждет моей реакции. Мне надоело смотреть на то, как мое тело подчиняется ему. Поэтому буду сопротивляться, до последнего…
Вот только все мысли вылетают из головы, когда Дикий рукой ныряют между моей поясницей и кроватью, а потом поднимается вместе со мной.
Вновь оказываюсь на ногах, но ненадолго. Дикий надавливает мне на плечи с такой силой, что колени подгибаются. Падаю на них. Игнорируя боль, вздергиваю голову. Ловлю взгляд мужчины, полный предвкушения. Мне требуется мгновение, чтобы понять, чего он от меня хочет. И теперь я боюсь. Боюсь, по-настоящему.
Дергаюсь назад, едва не заваливаюсь на пятую точку. Но Дикий удерживает меня. Не дает мне даже пошевелиться. Пальцами впивается в мои плечи. Смотрит прямо в глаза долго, пронзительно, а потом отпускает одну руку.
Прослеживаю за его движением. Вижу, как он ловко расстегивает ремень, следом продевает пуговицу на джинсах через петлю, а потом раздается жужжание молнии.
У меня желудок ухает вниз.
Я не могу… не могу.
— Нет, нет, нет, — мотаю головой, снова ловлю взгляд Дикого. — Не надо, пожалуйста, — шепчу, глядя в его стальные глаза.
Но, кажется, мужчина не слышит моих слов. Опускаю взгляд, вижу серую резинку на черных боксерах. Дикий ныряет под нее рукой. Вытаскивает налитый кровью огромный член.
— Девочка, ты же знаешь, что должна поплатиться, — доносится до меня хриплый мужской голос.
Я знаю, чего хочет Дикий. Знаю, но не хочу ему этого давать. Вот только выбора у меня, похоже, нет.
У меня не получается оторвать взгляда от огромного ствола. Во рту резко увлажняется. Тело снова меня предает. Сглатываю лишнюю слюну.
Я не могу опять поддаться Дикому. Не могу подчиниться. Мужчина и так имеет слишком большую власть надо мной.
Почему я должна выполнять его указания? Он же просто преступник, насильник.
Жаль, что не могу сказать вслух. Нет, просто не могу. Слова застревают в горле. Боюсь лишний раз даже сглотнуть, не говоря о том, чтобы посмотреть на Дикого. Но ему, кажется, не нужны разговоры. Он снова касается моего плеча. Нежно скользит подушечками пальцев ниже, ниже, ниже… Достигает локтя. Приподнимает мою руку. Следует к запястью, обхватывает его. Направляет ладонь к члену.
Пытаюсь сжать пальцы в кулак, но Дикий надавливает на запястье на какую-то точку, из-за которой рука немеет.