Хватаю ртом воздух.
Не понимаю, что чувствую разочарование, возмущение или…
Дикий пальцем проникает в меня, так резко, что воздух застревает в груди. Он моментально начинает двигаться. Быстро, грубо, глубоко. Жар внутри усиливается. Невольно выгибаюсь. Слышу довольный смешок, но он теряется в стоне, который срывается с моих губ, когда Дикий добавляет еще один палец. Он растягивает меня. Действует постепенно, аккуратно. Но в то же время четко, зная, что делает. Будто всю жизнь играл с моим телом, изучал, а теперь может управлять.
Хлюпающие звуки разрывает тишину примерочной. Зажмуриваюсь, понимая, что я полностью сдалась. Развожу ноги в стороны, желаю получить больше, почувствовать сильнее. Кровь приливает к щекам, становится жутко стыдно, но сопротивляться не получается. Тело словно живет отдельно от разума. Отвечает на каждое прикосновение мужчины, откликается ласкам.
Дикий снова касается клитора. Жестко трет его подушечкой пальца, не забывая двигаться во мне все стремительнее.
Удовольствие миллионами стрел проносится по телу. Заставляет дрожать сильнее. Узел в животе затягивается до предела.
— Тебе нужно побыстрее кончить, потому что Анжела может вернуться в любой момент, — хрипит мне на ухо Дикий. — Ты же не хочешь, чтобы она увидела тебя в таком состоянии?
Закусываю губу, но стоны все равно вырываются из меня, хотя больше напоминают мычание.
— Или хочешь? — горячее дыхание щекочет губы.
Дикий резко выходит из меня, оставляя ощущение пустоты. Но не успеваю я почувствовать потерю, как он двумя пальцами обхватывает клитор, сжимает, прокручивает.
Струна внутри резко лопается, узел внизу живота взрывается. Волна удовольствия проносится по венам, крупная дрожь охватывает тело. Чувствую, что горю. Пытаюсь вздохнуть, но не могу. Меня словно сжигают в пламени желания. Оно достигает таких глубин, о которых я и не знала. Разум засасывает в чистое блаженство. Кажется, что еще чуть-чуть, и я вовсе больше не выберусь наружу.
Напряжение постепенно сходит на нет. Остаются только отголоски пережитого удовольствия. Мысли, которые полностью покинули разум, снова возвращаются. Сначала они напоминают вязкую жижу, но с каждой секундой возвращают свою целостность. Стыд, который отошел на задний план, резко возвращается.
Кровь снова приливает щекам.
Распахиваю веки в тот самый момент, когда Дикий подносит пальцы к лицу, засовывает их в рот, посасывает. Волна желания снова разливается внутри. Я и не думала, что это может быть настолько… горячо.
— Вкусная, — Дикий проходится языком по губам, слизывая остатки моих соков. — Скоро я попробую тебя… полностью, — общение отражается в его глазах, звенит в голосе, а у меня в животе появляются бабочки предвкушения.
Боже, да, что это со мной?
Вот только ответ на этот вопрос найти не получается, потому где-то близко звучит стук каблуков. Дикий сводит брови к переносице, резко садится у моих ног, поправляет штаны.
Едва успеваю прикрыться, как шторка с противным скрежетом разъезжается. Вот только вместо блондинки-консультанта на пороге появляется брюнетка в черном платье в облипку, которое выставляет на всеобщее обозрение пышную грудь.
Девушка тут же сосредотачивается на Диком, похабно ухмыляется и срывается с места. Стуча каблуками, в мгновение ока приближается, прыгает к мужчине на колени.
— М-м-м… Ты так рад меня видеть? — мурчит и впивается накаченными губами в рот Дикого.
Глава 10
Наблюдаю за тем, как девушка запихивает язык в глотку мужчине, который только что облизывал пальцы с моими соками, и не могу поверить своим глазам.
Тело словно онемело. Голова опустела. Дыхание застряло в груди. Я будто исчезла из комнаты, растворилась в воздухе. Стала призраком, которого никто не видит, поэтому позволяет себе делать перед ним все, что заблагорассудится.
Кровь леденеет в венах, кончики пальцев покалывает.
Сердце словно тысячи игл пронзают одновременно. Хочется плакать, хотя я не понимаю почему.
Дикий не отталкивает девушку, но и не притягивает. Просто пару мгновений сидит, разрешая ей целовать себя, а потом… переводит взгляд на меня. Лишь смотрит, ничего не делает, наблюдает за моей реакцией.
Пламя ярости резко растапливает лед, из-за которого у меня не получалось пошевелиться.
Не знаю, откуда у меня столько прыти, но я даже не успеваю моргнуть, как слетаю с дивана. Зажимая край простыни, мчусь, куда глаза глядят, лишь бы подальше от примерочной. Не думаю ни о чем, меня подгоняет гнев, который бурлит в венах. Сама не замечаю, как выбираюсь из магазина, оказываюсь в холле. Плитка, покрывающая пол холодить босые ноги, но это не помогает остудить разгоряченный разум. Быстро оглядываюсь по сторонам, не знаю, куда идти. Выбираю первое попавшееся направление. Вышагиваю по холлу, привлекая всеобщее внимание. Ну естественно, девушку в простыне и с рыжими волосами нечасто увидишь в торговом центре. Да, выгляжу я, как минимум… странно, о чем не дает забыть отражение в стеклянных витринах. Щеки с каждой секундой горят все больше, когда я, наконец, замечаю зеленый указатель с белой надписью WC. Сворачиваю в мини-коридор между магазина, нахожу взглядом черную дверь, с изображенной на ней золотой девочкой. Пихаю дверцу.
Прохожу внутрь комнаты, стены которой выложены белой плиткой. С одной стороны вижу три вшитые в мраморную столешницу раковины, а с другой — большое зеркало. На него стараюсь не смотреть, иду дальше к кабинкам. Захожу в одну из них, опускаю крышку унитазу, сажусь на нее. Сильнее затягиваю узел простыни. Ставлю локти на бедра, упираюсь лбом в ладони. Прикрываю глаза. Тяжело вздыхаю.
— Что же делать? — бормочу себе под нос.
Я попала в самую дерьмовую ситуацию из всех возможных. Мало того, что меня буквально взял в качестве залога самый опасный человек города, так еще он и измывается надо мной самыми изощренными способами. Мало ему было завладеть моим телом, так он пытается пробраться в мою голову — это я четко понимаю. Не просто так Дикий смотрел на меня, когда его засасывала другая! Не просто так! Он играет со мной. Я для него не больше, чем секс-кукла, с которой можно позабавиться, а потом выбросить на помойку в состоянии, когда она даже раны зализать не сможет!
Да, Дикий имеет власть над моим телом — признаю! Но… я не могу позволить ему пробраться еще глубже. Не собираюсь этого делать. Нужно уйти, сбежать. Скрыться, постараться забыть обо всем и не оглядываться назад.
Вот только… куда мне идти? Домой? Там отчим, который бросил меня на растерзания монстру. Да и Дикий точно будет знать, где меня искать, учитывая, что его люди вытащили меня из постели вчера ночью.
Ночью… воспоминания о ней тут же начинают мелькать перед глазами. Зажмуриваюсь крепче, пытаясь от них избавиться, но не получается. Я просто переключаюсь на картинки сегодняшнего утра в примерочной.
Как Дикий мастерски управлял моим телом… действовал так, будто оно ему принадлежит. Во мне до сих пор остаются отголоски пережитого удовольствия. Низ живота сжимается, стоит только подумать о нем. Дыхание на мгновение прерывается. Облизываю пересохшие губы.
Черт, Настя, о чем ты думаешь? Тебе нужно бежать от этого мужчины, а ты… Какая же я глупая.
Нужно выходить, попробовать выбраться из торгового центра. Да, домой нельзя. Но может, каким-то чудом попробовать добраться до деревни, где у меня остался дом бабушки. О том, что на мне только простыня, нет ни денег, ни документов стараюсь не думать. Мне нельзя терять последнюю надежду, она и так ускользает сквозь пальцы.
Понимаю, что если пойду куда-то в таком виде, то скоро меня подберут люди с мигалками, а в какую госструктуру отвезут даже представить страшно.
Желание освежиться становиться почти нестерпимым. Сначала хочу его подавить, но потом, понимаю, что холодная вода может помочь очистить затуманенные переживаниями мысли. Резко поднимаю и сразу оседаю, ведь перед глазами темнеет. Наверное, стресс и голод не самым лучшим образом сказываются на моем организме. В последний раз я ела только вчера утром, что еще раз доказывает — Дикому нужна кукла, а останется ли она, в итоге, жива, его мало волнует.