Да, он издевается!
Открываю рот, чтобы сказать, куда он может идти со своим вариантами, но натыкаюсь спиной на что-то холодное, твердой. Мои глаза распахиваются. Быстро оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять, куда метнуться. Но Дикому хватает секундной заминки. Он, как тигр, в один прыжок пересекает разделяющее нас расстояние, останавливается напротив меня. Кладет руки мне на плечи, сжимает.
— Не придумала? — усмехается одним уголком губ, что почти незаметно из-за его бороды. — Тогда давай для начала я покажу, как трону тебя.
Одним движением срывает с меня ночнушку. Треск ткани заполняет тишину комнаты. Холодный воздух дополняется страхом и заставляет мои соски напрячься. Ахаю. Поднимаю руки, собираясь прикрыться. Но Дикий оказывается быстрее.
Хватает меня за талию, закидывает себе на плечо, словно я ничего не вешу. Даже среагировать не успеваю, как он делает пару шагов и бросает меня на кровать. Из груди выбивает весь воздух. Пару раз подпрыгиваю на пружинистым матрасе. Поднимаю голову и…
— Нет! Нет! Нет! — отползаю к спинки кровати, наблюдая, как Дикий стягивает свои боксеры, демонстрируя мне огромный член.
Глава 4
Мои глаза округляются. Дыхание застревает в груди. Тело немеет.
Начинаю отползать назад, не отвожу взгляда от хищника, который забирается на кровать. Медленно, размеренно, будто не сомневается в том, что поймает свою жертву.
Ускоряюсь. Совсем забываю о том, что из одежды на мне только белые бесшовные трусики. Сейчас не до этого. Все, чего хочу — скрыться. Убежать куда-нибудь подальше. Забыть про хищника, который не отводит от меня своих ярких глаз. В них сверкает предвкушение наравне с азартом. Хищник включился в игру, призвал свою дикую натуру, вышел на след и теперь готов к погоне.
Сердце так гулко бьется в груди, что я ничего кроме его стука и рваного дыхания не слышу. Наблюдаю за тем, как мужчина плавно приближается. Понимаю, что если что-то не сделаю, то мне конец. Он разорвет меня или… сделает еще хуже.
Оглядываюсь через плечо, продолжая ползти. Край недалеко. Если я успею, то… Подворачиваю руку. Кисть слишком сильно сгибается, боль стреляет в руке. Шиплю. Темные пятна застилают глаза.
Не успеваю прийти в норму, как Дикий хватает меня за лодыжку. Резко дергает на себя. Дыхание застревает в груди, когда я снова падаю спиной на кровать. Шок перемешивается со страхом, меня начинает трясти. Не могу ни о чем думать. Совсем не соображаю. Брыкаюсь свободной ногой, вторую — словно тиски сжали, даже пошевелить ей не удается. Пытаюсь освободиться. Упираясь пятками в кровать. Дернусь. Руками хвалюсь о простынь, но ее только сминаю. Даже на миллиметр не получается сдвинуться с места.
Все потуги оказывается напрасными. Такое чувство, что мужчина позволяет мне бороться. Похоже, ему нравится мое сопротивление. Ведь он не приближается и не отдаляется. Просто смотрит на меня сверху вниз и… ухмыляется. В его глазах полыхает пламя. Взгляд скользит по коже, оставляя не просто след, а настоящий ожог. Хочется прикрыться, а лучше исчезнуть с концами.
— Пустите меня, — произношу дрожащим голосом, приподнимаюсь на руках, — пожалуйста, — заглядываю в глаза Дикому, содрогаюсь.
Их заволокла тьма, черты лица заострились. Дышать становится невообразимо трудно, сглатываю ком в горле. Прекращаю сопротивляться. Застываю. Боюсь даже вздохнуть лишний раз. Страшно представить, что этот может сделать со мной.
— Попроси еще, — рычит он.
— Что? — непонимающе шепчу.
— Давай, умоляй, чтобы я тебя не трогал, — его пальцы сильнее впиваются в мою щиколотку, когда он начинает надвигаться на меня. Внутренности стягиваются в тугой узел. Горло перехватывает, сжимается. Хочу закричать, но из меня вырывается лишь хриплый выдох. — Может быть, я прислушаюсь? — вздергивает бровь, хватаясь за край моих трусиков.
Я словно оживаю. Откуда ни возьмись появляются силы. Свободной ногой удаляю Дикого в живот. Руками хватаюсь за край матраса. Оттягиваю себя от него.
— Не трогай меня, — бормочу, пытаясь вырваться из хватки. — Не смей. Ты слышишь меня? — мышцы горят от напряжения, руки трясутся. Но… я даже на миллиметр не сливают.
Черт… черт… черт…
Паника накрывает головой. Глаза начинает жечь. Рыдания собираются в груди… вот-вот вырвутся наружу.
— Или? — заводит прежнюю шарманку Дикий, но на этот раз не ждет от меня ответа.
Дергает трусики. Рвет их. Жгучая боль собирается в районе бедер. Холодный воздух касается разгоряченной плоти. Вот только я даже пискнуть не успеваю, как тяжелое мускулистое тело накрывает меня. Вдавливает в матрас.
Распахиваю глаза.
Дикий упирается в локти с двух сторон от моей головы. Заглядывает мне в глаза своим потемневшим взглядом. Его борода щекочет мою нежную кожу. Мускусный аромат с нотками алкоголя ударяет в голову. Во рту все пересыхает. Немалый вес мужчины отнимает дыхание.
Жар, исходящий от мужчины, просачивается в меня. Подбрасываю дров в пожар, сжигающий меня.
— Ты так до сих пор не придумала, что со мной сделаешь? — издевательски хмыкает Дикий.
Открываю рот, чтобы сказать, куда он может идти со своими провокациями. Но даже звука издать не получается. Дикий переводит вес на одну руку. Вторую опускает вниз по моему телу, чуть приподнимается. Пальцами находит клитор. Надавливает на него. Шумно втягиваю в себя воздух.
Начинает кружить. Медленно, размеренно. С особым наслаждением, будто, знает, что делает. При этом смотрит на меня, словно впитывает каждую эмоцию. Собирается забрать все, что я только могу ему дать. Неважно, что это будет страх или наслаждение.
В глазах мужчины появляется опасный… дикий блеск. Черты его лица заостряются.
Хочу бороться… Очень. Но я не дура, понимаю, что все бессмысленно. Если бы он собирался меня отпустить, то сделал бы это давно. Но он решил, что я должна “отработать долг, и не отступится, пока не заберет свое. Все, что я могу — минимизировать вред, который он может мне причинить.
Зажмуриваюсь. Расслабляюсь.
Но разум не перестает кричать:
“Пожалуйста, только не это. Пожалуйста…”
“Все будет хорошо. Ты сильная. Ты справишься”, — успокаиваю себя, хотя бесполезно..
Прикосновение к складкам заставляет меня дернуться. Но Дикого это не останавливает, наоборот, подталкивает. Он медленно, одним пальцем проникает в меня. Вторым — продолжает кружить по клитору.
Увлажняюсь
Смущение заливает меня. Щеки начинают гореть.
Я не могу… пожалуйста. Только не с ним. Не так. Это же мой…
— А ты узкая, — его хриплый голос вызывает