Черт, Настя, о чем ты думаешь? Тебе нужно бежать от этого мужчины, а ты… Какая же я глупая.
Нужно выходить, попробовать выбраться из торгового центра. Да, домой нельзя. Но может, каким-то чудом попробовать добраться до деревни, где у меня остался дом бабушки. О том, что на мне только простыня, нет ни денег, ни документов стараюсь не думать. Мне нельзя терять последнюю надежду, она и так ускользает сквозь пальцы.
Понимаю, что если пойду куда-то в таком виде, то скоро меня подберут люди с мигалками, а в какую госструктуру отвезут даже представить страшно.
Желание освежиться становиться почти нестерпимым. Сначала хочу его подавить, но потом, понимаю, что холодная вода может помочь очистить затуманенные переживаниями мысли. Резко поднимаю и сразу оседаю, ведь перед глазами темнеет. Наверное, стресс и голод не самым лучшим образом сказываются на моем организме. В последний раз я ела только вчера утром, что еще раз доказывает — Дикому нужна кукла, а останется ли она, в итоге, жива, его мало волнует.
Да, нужно освободиться от его оков, как можно скорее.
Глубоко вдыхаю, медленно поднимаюсь на ноги.
Выхожу из кабинки в тот самый момент, когда дверь распахивает.
— Ну, привет, — та самая похотливая брюнетка заходит в туалет и закрывает за собой дверь. — И кто ты такая? — окидывает
Напряжение последней ночи, а потом утра достигает своего апогея.
— Это я должна спрашивать! — огрызаюсь. — Кто ты такая?
Девушка сначала в ответ на грубость сужает глаза, а уже через мгновение расплывается в хищной ухмылке.
— Я Лола — невеста Дикого!
Глава 11
До меня не сразу доходит смысл слов Лолы, но постепенно осознание накрывает меня. Это что получается — Дикий изменил ей со мной? Тошнота подкатывает к горлу. Горечь оседает на языке. Я никогда не хотела быть… любовницей.
— Я не знала, — бормочу больше для себя, но, видимо, девушка воспринимает мои слова на свой счет, поэтому хмыкает.
Скользит брезгливым взглядом по мне, после чего откидывает волосы за плечо и идет в мою сторону. Стук каблуков по плитке отдается звоном в ушах. По идеи, видя жесткое, совсем не девичье выражение лица Лолы, я должна дрожать, волноваться, умирать от страха, но ничего такого не чувствую.
Да, мне противно из-за того, что Дикий взял меня, имея невесту. Но еще больше меня злит отношение Лолы ко всему этому. Почему она приперлась выяснять отношения со мной, а не закатывает истерику изменщику?
Поэтому вместо того, чтобы начать отходить назад, я просто стою и с гордо поднятой головой смотрю на девушку. Плевать, что я не накрашена. Плевать, что со взлохмаченными волосами. Плевать, что в одной простыне. Лола не имеет права кидать мне претензии, что, без сомнений, собирается сделать.
— Ну и кто ты такая? — она повторяет свой вопрос, глядя на меня с прищуром.
— Я Настя — девушка, которую твой жених незаконно удерживает, — отвечаю в ее же манере. Хочется ляпнуть, что она меня еще и девственности лишил, но быстро прикусываю язык. Последнее, чего я хочу — нарваться на очередные неприятности.
Хотя тут же жалею о том, что ничего не сказала, потому что девушка саркастически усмехается.
— Не смеши меня, — Лола переносит вес на одну ногу, отставляя бедро в сторону. — Ты думаешь, я поверю в то, что такая замухрышка могла привлечь Дикого? — хмыкает. — Скорее, это ты за ним бегаешь, — в ее глазах мелькает предупреждающий огонек, — иначе…
Лола прерывается, оставляя слова висеть в воздухе.
— Ты серьезно? — возмущенно вздергиваю бровь. — Я тебе говорю, что твой жених удерживает меня против воли, а ты вместо того, чтобы помочь мне…
Лола прерывает меня взмахом руки.
— Хватит чушь нести! Зачем ему такая, как ты, — скользит по мне ироничным взглядом, — когда есть я? — откидывает волосы через плечо.
Мне становится крайне неуютно, ведь я действительно выгляжу так себе, но потом вспоминаю, кто в этом виноват, и позволяю злости заполнить каждую клеточку моего тела. Никто… ни Дикий, ни его невеста… не имеют права принижать меня! Никто! Мама всегда говорила мне, что нужно держать голову прямо, несмотря на то, с какими трудностями придется столкнуться.
Поэтому сильнее поджимаю губы и гордо вздергиваю подбородок.
— Я сказала тебе правду, верить мне или нет, решать тебе, — произношу абсолютно спокойно, что, явно, еще больше бесит девушку, судя по заострившимся чертам лица. Хотя меня это не останавливает, тем более, в голове вспыхивает идея. — Но если ты мне не поможешь сбежать, то я так и буду “виться” вокруг твоего жениха, потому что сам он меня не отпустит, — задерживаю дыхания, не зная, какая реакция сейчас последуют, но надежда маленькими бутонами расцветает у меня в животе.
— Что за хрень ты несешь? — Роза делает шаг ко мне, гневно смотрит на меня сверху вниз. — Девочка, да, что ты можешь дать такому мужчине, как Дикий! Тебе никогда не справиться с его желанием… — криво ухмыляется, — ты не сможешь обуздать этого жеребца, — на ее лице появляется предвкушающе выражение, словно, она что-то вспоминает.
— Девственность, — выпаливаю быстрее, чем успеваю подумать.
Мысленно бью себя по лбу, когда глаза Лолы округляются. Вот говорила же мама, что мой язык до добра не доведет.
— Что ты сказала? — едва слышно произносит девушка.
Черт, зачем я это ляпнула? Но забирать слова уже поздно. Если вышла на эту тропу, нужно идти до последнего.
— Я сказала, что твой жених лишил меня девственности против моей воли, — произношу на выдохе.
Лола застывает. Кажется, даже не дышит. Просто растерянно смотрит на меня. Бутоны надежды расцветают в животе, пускают корни. Неужели…?
— Ты совсем ориентиры потеряла? — шипит Лола, сокращая между нами оставшееся расстояние. “Бутоны” вянут моментально. Остаются только шипы, которые прорастают сквозь кожу, желая защитить и без того израненное тело. — Ты себя видела, вообще? Нахрен, ты и твоя девственность “ему” сдались? Думаешь, я поверю в этот бред? — закатывает глаза. — Это тебе не сказка о Золушке, где простушка может принца заарканить. Поэтому отвали от Дикого по добру поздорову. Увижу тебя рядом с ним, перья знатно пощипаю. Поняла меня? — тянется к моему лицу, но я ее быстро отбиваю в сторону.
— Какая же ты дура, — выплевываю ей в лицо. — Если бы я хотела твоего “Дикого”, просила бы твоей помощи, как думаешь?
— Ой, да ладно. Такие, как ты, какую только историю не придумают, чтобы выставить себя