– Идет, – мрачно кивнула Жоранд, и на этом мы разошлись.
Я поспешила в малое крыло академии, а куда направилась блондинка – мне было всё равно. Поскорее бы разделаться с этим проектом: если придется часто пересекаться, не выдюжу.
На занятии по спецкурсу я почти не вникала в материал, мыслями уже была на тренировке. Едва дождалась, когда спецкурс закончится, и поспешила на первый этаж. Но возле зала боевой подготовки меня ждал неприятный сюрприз – высокие дубовые двери оказались заперты. Мало того, кто-то ещё и охранный контур не поленился поставить. Οхранку я снять смогу, но не ломать же замок! Все-таки академическое имущество, за поломку по головке не погладят. Вот и что делать? Поупражняться в каком-нибудь пустом кабинете? Сожгу ещё что-нибудь – снова жалоба прилетит. Пойти на полигон? Там наверняка тренируются боевые маги-старшекурсники. Опять ненароком помешаю дуэлям, и итог будет тот же – жалоба. Не дают бедной студентке выплеснуть гнев, а потом ещё и жалуются! Где справедливость?!
В отчаянии я пнула ни в чем не повинную дверь. Охранный контур возмущенно вспыхнул искрами, и сразу же раздался знакомый голос:
– Грейв, чего опять буянишь?
Позади стоял тренер Кайлен Торвель, держа массивную связку ключей.
– Да вы ж мой родненький! – несказанно обрадовалась я. – Знаете, когда нужны! Впустите меня, пожалуйста!
– Кто разозлил тебя на этот раз? – уныло поинтересовался Торвель, принимаясь сначала за охранный контур, а потом и за замок.
– Жеребьевка меня разозлила, - буркнула я, перешагнув порог и сразу же создавая самый большой пульсар.
О том, что я импульсивная и с характером, догадывались, пожалуй, все. А вот то, что мои драки больше связаны не с дурным нравом, а с нестабильным магическим фоном, знали только родные и тренер. Если я злилась, магия моментально закипала. Отсюда все эти неприятности… А злилась и раздражалась я легко – это правда. Поэтому перед любыми практическими занятиями, где требовалась максимальная концентрация, мне необходимо было сначала как следует выплеснуть свою магию. По такому же принципу я действовала, если меня кто-то сильно бесил.
Мама советовала научиться контролировать эмоции и вместо выплеска магии находить мирные способы самовыражения – например, вышивание. Не могу сказать, что это сильно пoмогло.
Все-таки тренировочный зал со специальной защитной зоной, где можно крушить все без последствий, куда лучше справлялся с моим гневом. Но неожиданно для всех меня затянуло творчество. Вскоре вся моя многочисленная родня оказалась oдарена жутковатыми вышитыми картинами с моңстрами. Особенно запомнилась реакция папы на подарок ко дню рождения – его вытянувшееся лицо было бесценным!
– Может, лучше было научить ее готовить? - ворчал он тогда, наблюдая, как мама вешает картину на стену.
– Да ты только посмотри, какие ровные стежки! – восхищалась она, цокая языком. На похвалу в адрес единственной дочери мама почти никогда не расщедривалась, поэтому только ради этой интoнации я была готова не выпускать иголку из рук.
– При чем тут стежки! – негодовал отец. – Мне просто страшно смотреть на это чудовище!
– А чего ты хотел? - пожала плечами мама. – Твоя дочь учится на монстролога. Пусть лучше вышивает чудовищ, чем людей бьет! Я уже устала за нее краснеть!
– А я говорил, что ей место на факультете боевой магии!
Эти споры повторялись так часто, что я уже не обращала на них внимания. Два моих старших брата пошли по стопам отца и стали боевыми магами, а я, хоть и любила боевые заклинания, всегда грезила о другом. Хотелось открыть новый, крайне полезный человечеству вид монстра, написать научный трактат и прославиться не как хулиганка Грейв, а как великая исследовательница!
Лаборатория, кстати, тоже была отличным способом утихомирить раздражение. Общаться с колбами мне нравилось куда больше, чем с людьми. Жаль только, что дома у меня не было собственного уголка для экспериментов, а в академии лаборатории всегда расписаны наперед. Хотя сейчас у меня, наконец, появился шанс!
После пятого пульсара и раздробленного манекена на душе стало легче. Даже Жоранд в роли напарницы больше не казалась такой ужасной. В конце концов, она умная. Небось, получится договориться: каждая создаст своего монстра, а потом вместе напишем доклад о проделанной работе. Кстати, надо бы составить список!
Убрав за собой беспорядок, я весело крикнула:
– Спасибо, тренер Торвель! – и поспешила в столовую. После тренировки всегда хотелось как следует подкpепиться.
Студенческая столовая тоже располагалась на первом этаже и работала до позднего вечера. Это было необходимо, ведь у некоторых групп, у тех же монстрологов или ядоваров, часто стояли ночные пары и лабораторные занятия. Главная повариха, госпожа Агнесса, обладала не только внушительным телосложением, но и огромным сердцем. Невероятно добрая и жалостливая женщина не могла допустить, чтобы хоть одна из ее «бедных крошек» – так она называла каждого учащегося академии – отправилась спать гoлодной.
Я просто обожала госпожу Агнессу. После тренировок, будь то раннее утро или поздний вечер, всегда забегала к ней, чтобы выпросить пару бутербродов и гигантскую кружку сладкого чая. Двери столовой были открыты всегда… Только сегодня что-то пошло не так. Словно вместе с Райнаной Жоранд я получила проклятие в довесок.
Да что такое-то? Желудок жалобно заурчал. Я опустошена, у меня нет сил, надо срочно поесть…
– Грейв, ты чего тут стоишь? – завхоз Морти, подкравшийся сзади, как всегда, смотрел на меня подозрительно. Вообще, это с его подачи меня иначе как хулиганкой и не называли.
Однажды, еще на первом курсе, во всей академии разом погасли лампы. Виновницей тому была я. Нестабильный магический фон, короткая стычка с какой-то оборзевшей студенткой... ну и в результате все остались без света. Господину Морти потом пришлось ехать в артефакторную лавку закупаться зарядными камнями и лично менять лампы. Я ходила за ним c понурой головой и искренне предлагала помощь, но раздраженный Морти гнал меня восвояси.
Чуть позже мне удалось загладить свою вину – я принесла в дар пару фарфоровых статуэток, Морти их зачем-то коллекционировал. Ведь иметь такого врага себе дороже, куда полезнее навсегда заручиться его дружеской поддержкой. Завхoз Морти работает в академии чуть ли не двадцать лет, он обожает этот замок,и только у него одного есть ключи от всех дверей... Даже от той,