Девушка все говорила и говорила, а за большими прозрачными витринами было видно, как на улице начинается буря. Снежинки били в стекло, словно пытались прорваться внутрь, и с каждой минутой становилось темнее, будто сам вечер спешил настигнуть Камелию раньше времени.
Где-то в особняке Ларсон бабушка Агнесса и ведьма Ровена переглянулись, нахмурились и потянулись за артефактами, желая связаться со своими дочерями. Каждая знала, что если погода внезапно портилась, значит, где-то неподалеку черная ведьма пришла в ярость. Предчувствие беды зависло в воздухе, словно гирлянда, осталось только зажечь…
— Идем домой, Эллис, — прошипела Сабри, пытаясь утянуть за собой сестру. — Мы во всем разберемся.
— Да, Эллис, не переживай раньше времени, — прокаркал ворон. — Подумаешь, прокляла не того, снимешь.
И Эллис молча дала себя увести и все хмурилась, хмурилась. Конечно, не она первая, не она последняя. Каждая черная ведьма хоть раз да проклинала не того. Главное, вовремя снять свои чары. Только вот почему ей кажется, что все будет далеко не просто?
ГЛАВА 3. Осторожно: злая ведьма!
Эллис долго собиралась с духом, чтобы постучать в резную дубовую дверь, ручка которой была выполнена в форме львиной головы. Одна только эта ручка ее ужасно раздражала, не говоря уже о хозяине дома. Она его еще даже не видела, но почему-то заранее чувствовала, что он ей совершенно не понравится. И вообще, о чем только думал отец этого парня? Зачем нужно было называть своего сына так же, как и племянника? И пусть имена вроде как разные, но обоих их зовут коротко и просто — Ник! Как будто других проблем мало.
— Кар! — многозначительно каркнул над ухом Фирч, и Эллис пробормотала под нос ругательство. Она обожала своего фамильяра, но была бы не против, если бы он хотя бы иногда становился тихим и незаметным, как летучая мышь у Сабри. — Долго ты будешь изображать статую? Постучи уже!
— Я просто думаю, с какой фразы начать, — огрызнулась Эллис. — Как думаешь, что лучше звучит: «Простите, уважаемый, я вас случайно прокляла, так что постойте минутку, я сейчас быстро вас расколдую!» или «Замрите, мистер Томсон!» — а дальше я просто расколдовываю.
— Первый вариант очень вежливый, — похвалил Фирч, но, подумав, ехидно добавил: — Только совсем не в твоем духе. Стиль Ларсон — это сразу второй вариант. Заклятие в лоб — и все дела!
— Скорее в губы, — буркнула ведьма.
— В каком смысле? — озадачился ворон. — При чем тут губы?
— Все проклятия на любовной почве снимаются только поцелуем того, кто их наложил, — раздраженно объяснила Эллис и, вперив взгляд в темное небо, простонала: — За что мне это наказание?
— Тебе перечислить? — развеселился фамильяр. — Боюсь, и вечера не хватит, чтобы записать все пакости, которые ты натворила. И ведь у тебя был выбор — отказаться или взяться за дело! Так что придется целовать!
— Тьфу!
— Да хоть заплюйся!
— Тебя послушать, так я просто зло во плоти. В отличие от мамы, я по-крупному не грешила. Это она у нас может всю ювелирную лавку проклясть, а я бралась за мелочи: порча платьев, типун на язык и…
— Да-да, проклятие немоты, безденежье…
— И все это без длительного эффекта!
— А еще проклятие вечных холодных рук, чтобы согреться не мог, и проклятие потерянных ключей… Продолжать?
— Ты точно мой друг?! — возмутилась Эллис, внезапно ощутив стыд. Неужели это все она натворила?! Действительно, мелкие пакости. Может, стоит съездить к Викки на перевоспитание. — Вообще-то, если так подумать, это ведь люди ко мне с такими запросами приходили, а я всего лишь талантливая черная ведьма. Грех было не воспользоваться своим даром. Так что это они злые, а я хорошая.
— Расскажи это какой-нибудь другой птице, — не повелся Фирч. Чтобы хозяйка не сбежала, он летал вокруг нее, размахивая крыльями. К тому же где-то за углом пряталась старшая сестра Сабри, которая поддалась на уговоры Эллис и не стала рассказывать об ошибке маме и бабушке, но заявила, что лично проследит, чтобы все было улажено.
— Знаешь, а что плохого в вечной холостяцкой жизни? — сделала последнюю попытку отступить ведьма. — От женщин одни проблемы. Папа так всегда говорил про маму. Так что, считай, я сделала доброе дело. Оставим как есть.
— А тебе парня не жалко? — возмутился ворон. — Эллис, ты же сама говорила, что собираешься встать на путь добра! Так начни с исправления своего промаха. Иначе прилетит что-нибудь похуже — карма, она такая!
— Нет, ну хоть кто-нибудь бы за меня вступился, — простонала Эллис.
— Простите, госпожа, вам нужен защитник? — раздался вдруг приятный мужской голос у нее за спиной, и Эллис испуганно обернулась. — Пришли подать жалобу и вам нужна помощь в суде? Или это на вас подали жалобу? Расскажите, в чем заключается ваша проблема. Я, конечно, больше специалист по составлению заявлений, но могу проконсультировать и перенаправить, если что.
Перед ней стоял незнакомец в длинном черном пальто. Почему-то расстегнутом. И еще он был без головного убора. Его темные волосы были небрежно откинуты назад, придавая мужчине немного потрепанный, но в тоже время очаровательный вид. Прямой и строгий взгляд на лице с аристократически длинным носом и тонкими, чуть капризными губами. Добавить высокий рост и широкие плечи. В общем, впечатляющий и весьма привлекательный образ. В руках мужчина держал бумажный стаканчик, от которого шел дымок и просто восхитительный запах кофе.
Эллис даже сглотнула, вспомнив, что от волнения не смогла позавтракать. Так спешила поскорее разобраться с этим недоразумением. Оказавшимся таким симпатичным…
— Эллис, тебе повезло! — прокомментировал Фирч. — Если это Николас Томсон, то такого и поцеловать не стыдно. Посмотри, даже красные от мороза уши его не портят. Аристократы что, принципиально шапки не носят?
— П-про-стите? — Эллис неожиданно начала заикаться, что с ней случилось впервые. Обычно она