– Что удивительного? – ответил он. – Мы же поглощаем энергию. Вот я сейчас – твою…
И в самом деле, я вдруг почувствовал, что устал – дальше некуда. И понял, что пора выбираться отсюда подобру-поздорову.
– Ладно, – сказал я ему. – Поговорили. Спасибо за прием. Ныряй обратно в свое болото, а я, пожалуй, пойду спать.
– Иди, иди, – согласился он. – Только поглядывай на Священную Гору. И когда она начнет швыряться пламенем – знай: это мы принялись за работу.
Но мне хотелось получить гарантии.
– А ты уверен, что я отсюда выберусь без потерь? Сюда-то мне пришлось пробиваться с боем. И с потерями…
Я-он помолчал; голубая сетка в его голове запульсировала активнее, чем до сих пор.
– Можешь выйти, – сказал он наконец. – Но учти: сил у тебя осталось в обрез. Условие: больше сюда не соваться. Это – наша территория, и не нами это установлено. Мы сказали все, что нужно было. И первый же, кто сюда наведается, к вам не вернется.
Я поглядел вверх. Шары расступались, открывая путь наверх.
– Будь здоров, – попрощался я.
Но было уже не с кем: холодное пламя угасало, погружаясь в лужицу, которую на моих глазах снова схватывала корочка льда.
Я взлетел. И почувствовал, что силы действительно иссякли.
Когда наверху, в подземелье, каменная плита вновь возникла за мной, закрывая вход в этот странный котлован, напоминавший формой, как только сейчас пришло мне в голову, опрокинутую пирамиду, – я растянулся на грунте, показавшемся мне очень надежным и теплым. Хотя на самом деле не было верно, пожалуй, ни то ни другое. И лишь пролежав не менее получаса, собрался с силами и заковылял наверх: все, что я слышал, следовало побыстрее передать Мастеру. Если у меня еще достанет сил, чтобы установить связь.
Глава восемнадцатая
1
Генерал Ги Ор приходил в себя медленно. Зеленый туман с розовыми прожилками, в который генерал, казалось, был погружен, вращался вокруг него; может быть, впрочем, всего лишь кружилась голова. Генерал зажмурился, стиснул зубы – сделал усилие, чтобы прогнать наваждение. Это ему удалось.
Оказалось, что он – в одном белье – лежит в койке, какими ему не раз уже приходилось пользоваться во время космических походов и десантов. Окружавшие его стены и остальные предметы, составлявшие неприхотливую обстановку, только усилили в нем уверенность в том, что он находился на борту корабля. Просто, казалось бы. Но на самом деле в этом-то и заключалось самое непонятное.
Генерал, как ему казалось, ясно помнил, где и когда находился, когда с ним произошло – ну, вот это самое: потеря сознания, что ли? Нападение? Но Ги Ор не чувствовал себя плохо; ничего не болело; непохоже было, чтобы его кто-нибудь – ну, допустим, ударил, оглушил. Нет, со здоровьем все обстояло как будто бы нормально. Но вот остальное оставалось совершенно необъяснимым.
Да, абсолютно верно: тогда, вечером, он находился в своей – штабной – части подвала, работал над окончательным уточнением деталей штурма Жилища Власти. По сути, все главное было уже сделано, оставалось подчистить мелочи – в частности, окончательно определить состав групп, которым предстоит проникнуть в подземные ходы и овладеть главными воротами изнутри. После этого он должен был, доложив обо всем Повелителю Армад, отправиться в это самое Жилище Власти в качестве – нет, не заложника – так обойтись с собой он не позволил бы никому на свете, – но гаранта безопасности какого-то местного вельможи, собиравшегося прибыть на тайные переговоры с Охранителем. Генерал считал, что это будет неплохой рекогносцировкой: своими глазами увидеть место будущих военных действий. Так что это его нимало не беспокоило.
Итак, он работал, сверяя различные наброски системы подземного лабиринта; полученные из разных рук, они во многом не совпадали, и это вызывало определенные затруднения. Почувствовав легкую усталость, он вышел из подвала на воздух. Вечер был теплым и ясным, и генерал минуту-другую с удовольствием любовался великолепным, как всегда, звездным небом. Он успел уже привыкнуть к рисунку ассартских созвездий, вначале казавшемуся ему странным, но и здесь небо ночью было таким же светлым, как и на его родной планете Агур.
От мысли о далеком родном мире на миг защемило сердце, а затем…
А затем он очнулся вот тут – в каюте корабля.
Корабля, неведомо какого и невесть как здесь очутившегося.
Впрочем, где – здесь?
Этого генерал не знал. Каюта была освещена, но в ней не было ни единого экрана, что представлялось странным, зато целых два иллюминатора, которым не полагалось быть. По-видимому, корабль не принадлежал к военному флоту.
И это, собственно, и было самым непонятным.
На Ассарте – генералу это было, как он полагал, достоверно известно – не было ни одного исправного корабля. Ни из принадлежавших бывшему флоту этой планеты, ни из состава Десанта Пятнадцати. Обломки – да, обломков было множество. Остатки сгоревших или разбившихся единиц многих флотов. Но вряд ли кому-нибудь было бы по силам восстановить даже самый маленький и менее всего пострадавший кораблик. И уж тем более – поднять его в пространство, поскольку и все оборудование доступных космодромов донкалата Мармик за войну и после нее успело прийти в негодность и нуждалось в замене.
Так, во всяком случае, докладывали побывавшие там офицеры, которым можно было верить.
Возможно, конечно, что где-нибудь за океаном, в дальних провинциях, что-то и сохранилось. Но, в соответствии с имевшейся у Ги Ора картой, там космодромов было всего два. И добираться до них пришлось бы достаточно долго – при современном состоянии дорог и при почти полном отсутствии транспорта.
И тем не менее – он находился на борту корабля. Мало того: корабль этот, вне сомнений, совершал полет, а не стоял где-то на грунте. Опытный десантник, генерал Ги Ор даже не понял, а ощутил это всеми, как говорится, печенками – и по меньшему уровню гравитации, и по составу дыхательной смеси, да и просто интуитивно.
Такими были его первые впечатления и мысли. Они, однако, заняли у него немного времени. Не было смысла ломать голову над тем, что и почему. Единственное, что сейчас следовало сделать, – это привести себя в порядок, чтобы с достоинством встретить любое развитие событий.
А в том, что развитие последует, не было никаких сомнений.
Подумав об этом, Ги Ор лишь пожал плечами. Оглядел каюту. Она смахивала на жилище офицера среднего ранга: ничего лишнего. Стартовый кокон. Стенной шкаф. Столик. Стулья – два. Светильники – тоже два: над столом и на крышке