Небольшой американский гарнизон развлекался, наблюдая за этими безобидными маневрами, а лихо выполненные команды встречал одобрительными выкриками. Полагаясь на свои укрепления, американцы чувствовали себя в полной безопасности. По молчаливому соглашению обе стороны воздерживались от обмена выстрелами, и англичане, случалось, почти подходили к американскому берегу. Как-то трудно было видеть в них врагов, тем более что и у американцев, и у англичан были друзья на чужом берегу.
И вот 22 февраля, когда Рольф с Куонебом спустились на лед Освегачи, английский полковник во время учений начал подводить своих солдат все ближе к американскому форту и внезапно повел их в стремительную атаку. Американцы, по обыкновению, аплодировали, но на этот раз полк не повернул назад, а с веселыми криками взбежал по откосу, и прежде чем гарнизон успел вспомнить, что идет война, он был взят в плен, а Огденсберг захвачен. В плену оказался и комендант гарнизона. Однако капитан Форсайт, его помощник, был в отлучке и потому остался на свободе.
Так что же делать с депешами? Как получить официальный приказ? Рольф тщетно ломал над этим голову. Но поучения Сая Силванна гласили: «Если не знаешь, что делать, не делай ничего», а также: «В затруднении затаись, а язык держи за зубами».
Оставалось околачиваться возле трактира и выжидать. Около полудня туда на санях лесоруба подъехал высокий статный человек с острым взглядом, одетый в широкий плащ из бизоньей шкуры. Он прошел в заднюю комнату, где ему тут же подали еду.
Рольф заподозрил, что это американский офицер. Однако вновь прибывший мог оказаться и канадцем. Поглядеть на него Рольфу больше не удавалось. Дверь в комнату была плотно закрыта. Хозяин трактира, видимо, знал, кто его гость.
Когда тот вышел, вновь закутанный в плащ, Рольф словно нечаянно задел его боком и ощутил в правом кармане тяжелого плаща что-то твердое и длинное.
А гость тем временем о чем-то шепотом совещался с хозяином и своим возницей. Рольф попробовал подойти поближе, но был остановлен настороженным взглядом. Потом возница отошел к какому-то лесорубу, и Рольф ясно расслышал слова «Блэк-Лейк». Его предположение подтвердилось! Блэк-Лейк лежал на санной дороге в Александрия-Бей и Сакетс-Харбор.
Возница, молодой румяный парень, явно приударял за дочкой трактирщика, который все еще разговаривал со своим таинственным гостем. Едва трактирщик отошел, как Рольф перехватил его и сказал вполголоса:
– Капитан, вижу, торопится?
Ответом ему был холодный взгляд и уничтожающее:
– А уж это его дело!
Так, значит, и вторая его догадка верна!
Свои рукавицы возница повесил подсушиться на веревку у печки, и Рольф незаметно сбросил их так, что они упали в темный угол. Хватившись рукавиц, парень побежал назад в трактир, радуясь возможности еще раз перемигнуться с девушкой. Офицер остался у саней один.
– Капитан Форсайт! – шепнул Рольф. – Мне необходимо с вами поговорить. Я буду ждать вас на дороге в миле отсюда.
– Кто вы такой и что вам надо? – последовал сухой вопрос, заданный враждебным тоном, но подтверждавший, что Рольф не ошибся.
Он расстегнул куртку и показал эмблему разведчиков.
– Тогда зачем откладывать? Пойдемте внутрь. – И они прошли в заднюю комнату, где к ним тотчас присоединился трактирщик.
– А кто он? – настороженно спросил Рольф.
– Свой человек. Титус Флэк, хозяин трактира.
– Но кто мне это подтвердит?
– Так вы слышали, как его называли посетители! – нетерпеливо сказал капитан.
Флэк улыбнулся, вышел и вернулся с документом, разрешавшим ему торговлю спиртными напитками, и еще одним, присвоившим ему права мирового судьи в штате Нью-Йорк. На бумаге стояла его подпись. Взяв перо, Флэк расписался – совершенно так же. Капитан сбросил плащ и оказался в мундире американского офицера. Он открыл свою дорожную сумку и достал какую-то бумагу, но Рольф успел увидеть пакет, адресованный генералу Хэмптону. Бумага же оказалась просто картой.
– По-моему, это пакет для меня, – сказал Рольф.
– Но сами вы никак нам не доказали, кто вы такой, – ответил капитан.
– Доказательства у меня в лесу, в двух милях отсюда.
– Так поехали, – коротко распорядился капитан.
Наружность Рольфа располагала к доверию, но, пока они молча ехали по лесу, в капитане пробудились сомнения. Эмблему нетрудно было украсть, канадцу ничего не стоит выдать себя за американца… Ну и так далее.
Наконец они добрались до места, и Рольф повел капитана к лесу. Через десятка два шагов капитан приказал:
– Стой!
Рольф остановился и обнаружил, что капитан целится ему в голову из пистолета.
– Вот что, молодчик, – сказал офицер. – Возможно, ты обвел меня вокруг пальца. Но помни одно: если это ловушка, пули в голову ты не избежишь.
Рольфу стало не по себе. Впервые в жизни он заглянул в дуло наведенного на него пистолета. Прежде пистолеты казались ему игрушками шириной в два пальца и чуть длиннее ладони. Но теперь пистолет выглядел величиной с бочку, а длиной – как путь в вечность. Щеки юноши побледнели, но он тут же подавил страх, улыбнулся и сказал:
– Не беспокойтесь, через пять минут вы убедитесь, что это не ловушка.
Тут же раздался грозный лай, они вошли в ельник, где их встретил Куонеб со Скукумом.
«Он как будто не врал», – подумал капитан, обводя взглядом прогалину и убеждаясь, что больше на ней никого нет. Вслух он сказал:
– Так где же твои доказательства?
– Простите, капитан, но откуда мне знать, что вы действительно капитан Форсайт? Те бумаги, которые мне показал трактирщик, могли ведь легко добыть и шпионы.
Капитан открыл сумку и достал письменные разрешения, которые получил в Огденсберге четыре дня назад. Затем отогнул рукав: на запястье у него были вытатуированы буквы «США» – памятка о военном училище. После чего он показал белье с метками «Д. Ф.», перстень с теми же инициалами, а в заключение вытащил пакет, адресованный генералу Хэмптону.
Потом он сказал:
– Обменяемся депешами и тем самым удостоверимся в личности друг друга.
Рольф вытащил свой пакет, отдал его Форсайту и взял депеши для генерала Хэмптона. Оба они уже полностью забыли свои подозрения и дружески разговорились. Рольф узнал, что в Блэк-Лейке идут усиленные приготовления к большой весенней кампании.
Полчаса спустя бравый капитан попрощался с ними, а через три часа, когда Куонеб с Рольфом занялись приготовлением ужина, Скукум тявкнул, предупреждая, что кто-то идет.
Рольф схватил ружье, и секунду спустя из гущи елок вынырнул молодой