– Да! – подтвердил, смакуя пиво, Никодимов. – Будем поднимать твой статус до императорского. В Константинополе этому вряд ли обрадуются. Кстати, ты обратил внимание, что сегодня точно такой же день, как и тридцать лет назад?
– Заметил! – подтвердил Фомичев. – Снова погожий осенний день. И стол все тот же. И мы почти такие же, как и тридцать лет назад. Только мизансцена отличается.
– Нет, – не согласился Никодимов, уже заканчивая бокал с пивом. – Отличие в главном – мы другие. Да и стол другой. Но сделан наподобие того, за каким я тебя увидел три десятилетия назад.
И тут же сменил тему, разглядывая кружку:
– И пиво другое. Оказывается, его вкус зависит не только от разных факторов и составляющих при производстве, но и от возраста его употребляющего. Вот в этом возрасте оно мне больше нравится.
– Ты еще то же самое про баб скажи! – фыркнул Фомичев. – Как там говорится: «Лучше быть богатым, здоровым, молодым, чем бедным, больным и старым».
– Ну, примерно так! Про баб это твоя больная тема. Моя эти полгода была со мной, – подколол Фомичева бывший чекист.
– А про стол – нужно сказать, чтобы его убрали на склад на следующий срок до открытия портала. Это станет нашей традицией. Он будет стоять здесь, только когда открыт портал, – пропустил подколку мимо ушей царь. – Ладно, пошли, что тут сидеть? Тридцать лет все равно не высидим.
И поднимаясь, распорядился помощнику, стоявшему поодаль:
– Всем сообщить – завтра в девять большой совет. Пока князья не разъехались, нужно хотя бы перспективный план прикинуть.
И Фомичев с Никодимовым не торопясь направились к выходу с промзоны, продолжая обмениваться ничего не значащими репликами. Неожиданно Фомичев остановился и, глядя куда-то в сторону, произнес, положив руку на плечо Никодимова:
– А знаешь что, Валерий Николаевич, передай, что я отменяю завтрашнее совещание.
Никодимов перевел взгляд, куда смотрел Фомичев. А смотрел он на стоящих неподалеку от ворот трех смеющихся эффектных блондинок, смутно кого-то напоминавших ему.
– Скажи, пусть все подготовятся, проведут анализ, кто чего и сколько вывез и приобрел, кому чего еще что нужно и обмозгуют свои предложения. И через месяц мы это предметно обсудим. А я ухожу в отпуск на этот месяц и разрешения мне на это не требуется. Царь я или не царь?
Этот вопрос Фомичев произнес, уже удаляясь от Никодимова в направлении блондинок.
Никодимов наконец узнал барышень и улыбнулся. Просто память подвела, и он забыл, как они выглядели тридцать лет назад. В определенной степени их сюрприз удался.
– Девчонки! – донеслось до него. – Может, пошалим?
Очень короткий эпилог
Молодой высокий и крепкий человек, сидящий за столом, наконец оторвался от бумаг, которые он внимательно читал последние два часа, и, потянувшись, подошел к окну. Садящееся осеннее солнце еще не коснулось верхушек леса, обступившего их небольшой город. Человек открыл окно и полной грудью вдохнул свежий, пахнущий осенним лесом, воздух. Пора домой! Он спустился по лестнице, игнорируя лифт, и вышел из административного корпуса к ожидавшей у входа служебной машине. До дома было пять километров, и он всегда пользовался ею. Но сегодня у него было другое настроение. Он, уже открыв дверь, постоял у машины, снова посмотрел на закат и, решительно захлопнув дверь, пошел пешком. Ему так захотелось! Он так давно не ходил так много, а сейчас его просто переполняли силы, и он решил не отказывать себе в давно забытом удовольствии. Охрана, переглянувшись, двинулась за главой анклава. А он шел и наслаждался свежим воздухом, смотрел на яркую осеннюю листву деревьев, обступивших станцию и каналы. Он был счастлив, как может быть счастлив человек, получивший новую жизнь.
Олег Андреевич успел дойти до дома, когда солнце еще не село. Во дворе многоэтажек группа мальчиков и девочек, разного возраста и даже разных национальностей, играли в нечто напоминающее футбол. Заводилами в игре были два охранника свободной смены. Чуть в стороне, у ближайшего дома, молодая женщина с уже явно выпирающим животом будущей мамы развешивала на веревке белье. Он ее узнал! Сейчас он ясно видел ее лицо и вспомнил, что это жена кузнеца, за которого просил сын, и именно по его просьбе они попали в их анклав. Подробностей истории Олег Андреевич не знал, но уверен был, что сын расскажет их историю. Но сейчас главное не это. Главное – он ясно видел с такого расстояния ее лицо. Человек счастливо зажмурился! Идиллия! Он снова молод! И Ирина тоже! Сегодняшней ночью они это подтвердили оба. До этого все как-то было не до этого. Хотя… организм уже пару месяцев как подавал сигналы об этом желании.
Он вспомнил тот день, когда почти в такой же солнечный, но весенний вечер он получил сообщение, кардинально изменившее их жизнь. Как давно это было! Нет, полгода это не большой срок, но столько в эти месяцы всего вместилось! Целая жизнь. Еще полгода назад он был уверен, что она уже практически закончилась. А сейчас детские голоса утверждают обратное. И как когда-то в молодости, есть для чего жить! Почему «когда-то»? Снова!
Конец
Хочу выразить огромную благодарность своему другу –Гольцеву Сергею Юрьевичу – за помощь и столь необходимые подсказки и своей жене Алексеевой Ларисе Владимировне – за терпение. Семьям Янцен и Лапшиновым – мой пламенный привет!