В основном такой плачевный вид был у окраин городка. В центре же виднелось несколько вполне новых многоэтажек. Оно и понятно — новым хозяевам надо же где-то жить. Не селиться же, в самом деле, вместе с коренным населением в раздолбанных артобстрелами и бомбежками домах?
На моих скулах заиграли желваки. Посуровевшим взглядом я продолжал сканировать окрестности. Все здесь говорило о том, что оборонявшиеся не сдались без боя. Врагу пришлось серьезно побороться за каждый кусочек земли.
Так почему же все-таки мои местные соотечественники проиграли эту войну? Эта мысль еще со вчерашнего дня не давала мне покоя. Я понимал, что спрашивать Майю об этом бесполезно. Искин, которая не обладает даже примерной картой местности, вряд ли сможет многое поведать об истории этого мира. Как бы то ни было, этот момент надо будет тоже обязательно выяснить.
Теперь осталось понять, чем живет этот город. Я догадывался, что близость аномалии давала некоторые экономические преимущества в плане добычи и обработки редких видов сырья. Но ввиду особой опасности этого промысла, не думаю, что люди здесь существуют только за счет этой отрасли.
И в подтверждение тому мой взгляд остановился на нескольких заводских трубах, видневшихся в западной части Риверсайда. Значит и промышленное производство какое-никакое имеется. Теперь мне становилось понятно наличие серьезных оборонительных сооружений. Возможно, здешнее производство является частью стратегически важной отрасли. Что ж, и об этом надо будет узнать поподробнее. Мои, пока что весьма расплывчатые и отдаленные, планы на смену местной власти начали обрастать первыми деталями.
И последним немаловажным и весьма озадачившим меня моментом были бетонные столбы, тянущиеся вдоль дороги. Они сильно смахивали на привычные мне линии электропередачи за исключением одного немаловажного отличия: там не было никаких проводов. Да и расстояния между столбами были гораздо больше. На вершине каждого из них виднелась черная сфера из непонятного мне материала. Теперь слова искина о некоем «энергоне» уже не казались мне такими уж сказочными. Скорее всего, эти столбы представляют собой линию доставки неизвестного мне вида энергии от какого-то источника к Риверсайду.
Мне хватило нескольких секунд, чтобы оценить окружающую город обстановку. Что ж, не стоит и дальше залипать тут, как любопытная ворона. Иначе есть риск стать объектом нездорового внимания наблюдателей из пятиэтажки. Стоит кому-нибудь из них решить, что я смахиваю на шпиона, и мое пребывание здесь станет весьма некомфортным. Я опустил голову и продолжил путь, лишь изредка скользя деланно усталым и равнодушным взглядом по городским окрестностям. При этом я не переставал подмечать новые детали.
Южный КПП располагался в районе первого ограждения. Здесь все было стандартно: дорожка для пеших граждан и две полосы для транспорта. Одна для прибывающего, вторая — для убывающего.
Меня же интересовал в первую очередь пропускной пункт для пешеходов. Здесь дела обстояли не лучшим образом. Возле будки проверяющего дежурили два странно экипированных бойца. Они были облачены в необычные то ли костюмы, то ли доспехи черного цвета, охватывающие все их тело. На головах — глухие обтекающие шлемы. В руках одного из них было зажато странного вида оружие, похожее опять-таки на противодроновое ружье. Второй был вооружен привычной мне автоматической винтовкой, смахивающей на карабин М4.
От пропускного пункта вел узкий коридор, ограниченный с обеих сторон забором из металлической сетки и зажатый между минным полем и дорогой для прибывающего транспорта. В конце этого длинного прохода дежурила еще одна группа из двух бойцов. Эти уже были экипированы в обычные бронежилеты и вооружены автоматическими винтовками, напоминавшими стандартные М16.
Ну и конечно вся территория КПП находилась под огневым контролем опорника, расположенного в пятиэтажке. Она находилась примерно в ста метрах от выхода из проволочного коридора.
Одним словом, оборона южного въезда в Риверсайд была достаточно серьезной. Однако мне было пока не ясно, связано ли это с уже объявленной желтой опасностью или же это обычный порядок несения службы.
Я очень надеялся, что тотальный строгач на входе еще не включили и мне повезет войти в город без лишних проблем.
Когда я приблизился к КПП, последняя надежда на легкий проход пропала. Передо мной образовалась небольшая очередь. Человек десять-двенадцать. Судя по приглушенным разговорам, это были местные жители, которые по каким-то своим делам отлучились из города. Услышав последние тревожные новости, они спешили вернуться под защиту местного гарнизона.
Впереди послышалась какая-то возня, а потом раздались крики. Я быстро оценил, как реагируют на это другие, находящиеся в очереди. Их поведение было, мягко говоря, нестандартным. Вместо здоровых проявлений любопытства люди вдруг замолкли и опустили головы в землю. Никто из них не посмел даже краем глаза взглянуть, что там происходит. Я быстро последовал их примеру, стараясь ориентироваться только по слуху.
— Чертов ублюдок! — донесся до меня чей-то визгливый голос. Слова произносились на очень ломанном русском и перемежались грязной английской бранью. — Ты поплатишься за то, что нарушал покой мирных граждан!
Судя по последней вычурной и неестественной фразе, говорящий явно играл на публику.
— Смотрите все, что бывает с теми, кто нарушает закон! — продолжал неистовствовать разъяренный оратор.
Я быстро глянул на впереди стоящих. Никто из них даже головы не поднял. Выделяться из общей массы я, конечно, не собирался и продолжил буравить землю холодным взглядом. Эмоций не было. Бедолаге, кто бы он ни бы, я помочь никак не мог. Сейчас я просто собирал информацию, пытаясь понять, что еще может мне помочь быстро пройти КПП.
— Это чертова партизанская мразь! — в бешенстве орал голос. — Мы вырежем под корень этих вонючих Красных дьяволов. И тогда все тут, наконец-то, заживут спокойно. Мир и счастье вернутся на ваши земли! — экзальтированно воскликнул спятивший шизоид.
Что самое странное — за все это время от жертвы не прозвучало ни слова. Либо тот, к кому были обращены эти злобные отповеди, находился без сознания, либо уже смирился со своей будущей участью.
А потом раздался выстрел. Громкий и неумолимый, как стук гильотины. Спина стоящего впереди парня вздрогнула, а голова еще сильнее вжалась в плечи.
Вот подонки! Никто не смеет так вести себя на земле, которую в своем мире я по праву считаю своей родиной. Всем вам скоро придется ответить, не будь я Аид!
Глава 2
Медленно продвигаясь вперед в притихшей очереди, я быстро и хладнокровно оценивал создавшееся непростое положение. Было ясно, что режим тотального угнетения, называемый здесь желтой опасностью,