— Снег, дружище, черт тя дери! Ну-ка ложись. Давай-давай, осторожнее. — Я подбежал к волку и заставил его опуститься на землю.
Один бок был у него разодран до костей. В страшной ране проглядывали ребра. Одно из них было сломано и выпирало наружу. Передняя левая лапа болезненно поджата к телу, а на морде вообще живого места не осталось.
Снег что-то преданно проскулил и, уже по традиции, лизнул меня своим окровавленным языком.
— Как же тебя так угораздило, приятель? — Я погладил волка по склоненной голове.
В ответ мне прилетела чреда ярких образов. Незатуманенные расстоянием и адреналином, они были довольно четкими и предельно ясно обрисовывали произошедшее.
Глава 22
Похоже, когда Снег вернулся в аномалию, у него вышло острое недопонимание с вожаком его стаи. Тому не понравилось усилившееся влияние Снега на соплеменников. И не удивительно. После имплантации «Вожака» мой волк легко мог пододвинуть главу стаи с его насиженных позиций. Ясное дело, тому это не понравилось. В итоге они схлестнулись в смертельной схватке, из которой мой волк вышел победителем.
Но эта драка не прошла бесследно для Снега. Именно в ней он получил свое жесткое ранение. Правда, ребро тогда еще было цело. Иначе он вообще не смог бы быстро перемещаться. Картину довершил Хамус, усугубив ранение грудной клетки, сломав переднюю лапу и нанеся еще пару глубоких ран с другого бока.
И теперь Снег, терпеливо перенося боль, лежал возле меня и старательно вылизывал раненную конечность.
— Майя, — вызвал я искина, — могу я как-то помочь ему? Помнится, после возрождения он выглядел, как новый.
— Конечно, Аид. — Майя понятливо кивнула. — Воскрешение решило бы все проблемы. Но мы же не собираемся убивать Снега? — И она, сделав паузу, вопросительно посмотрела на меня.
Серьезно? Я с возмущенным прищуром взглянул на Майю. Да как ей вообще в голову могло такое прийти? Искин порой поражала меня своим цинизмом.
— Поняла, — тут же покладисто ответила Майя, пытаясь, видимо, реабилитироваться. — Тогда другой вариант. Можно накатить несколько улучшений. Каждое из них будет частично исцелять Снега. Но при текущих серьезных повреждениях понадобится не менее пяти штук, чтобы вернуть его в норму. Полностью раны, конечно, не исчезнут, но переломы и критический для нормального функционирования организма урон точно получится устранить. Остальное постепенно заживет. Учитывая скорость регенерации Снега, на это не понадобится много времени. Вот только текущий уровень зэн у Снега довольно низок. Четыре тысячи двести восемь единиц. Хватит только на два улучшения.
— Но остальное же можно взять из моих запасов, верно?
— Несомненно, Аид. Если уж на то пошло, то советую в первую очередь прокачивать мутаген Хамуса. Идеальная маскировка Снегу точно не помешает.
— Маскировка — это, конечно, хорошо, — задумчиво ответил я. — Но мне хотелось бы узнать насчет энргоброни. Не знаешь, какого черта у Хамуса она была такая мощная?
— Максимальный пятый уровень, Аид. Это не второй, как у Снега. И плюс практически неисчерпаемый источник зэн. Вот и результат. Именно поэтому следовало для начала уничтожить генерирующую зэн железу.
Майя вчера мне объяснила, что по непонятной причине этот природный генератор зэн соединен с последней отстреливаемой иглой. И когда та вылетает из тела, железа выскакивает из защитного костяного кокона и выглядывает наружу через разрыв кожных покровов. В этот момент Хамус становится максимально уязвим.
— Значит, если я прокачаю энергоброню Снега до пятого уровня, она станет такой же мощной?
— Не совсем. Хамус все-таки изначально более сильный монстр, чем Снег. D-класс. А у твоего волка — только E. Так что броня Снега даже на максимальном пятом уровне будет несколько слабее. Но сейчас у нго вообще только второй. Так что прокачка до пятого даст весьма значительный эффект. При этом не советую забывать и про «Вожака». Поскольку Снег сейчас завоевал главенствующее положение в своей стае, дополнительные возможности в этом плане будут совсем не лишними.
Майя замолчала, с интересом ожидая моего решения. Вот только принять его было довольно непросто. Сейчас у Снега следующие абилки:
Энергоброня: 2 уровень.
Мутаген Хамуса: 1 уровень.
Вожак: 1 уровень.
Чтобы вернуть волка в нормальное состояние требуется поднять пять уровней. Энергии у него хватит только на два. Остальные шесть тысяч зэн придется добавить из своих запасов. И, как вариант, стоит рассмотреть дополнительную прокачку, свыше необходимых пяти уровней. На это тоже потребуется зет-энергия.
Признаться, я уже успел подумать на досуге, как лучше прокачивать Снега. И в конце концов отдал предпочтение максимальной скрытности. Поэтому мутаген Хамуса был у меня в приоритете. На втором месте находилась энергоброня. А Вожак качался по остаточному принципу.
Немного поразмыслив, я принял окончательное решение, за которое мне пришлось выложить из своих запасов десять тысяч зэн. В итоге я накатил Снегу целых семь улучшений, после чего его абилки стали выглядеть весьма серьезно:
Энергоброня: 4 уровень.
Мутаген Хамуса: 5 уровень.
Вожак: 2 уровень.
А уж сам Снег вообще, похоже, офонарел от происходящего. Особенно когда его на пару секунд окутало искрящаяся фиолетовая дымка. После этой неожиданной метаморфозы он удивленно рыкнул и мигом вскочил на лапы. От страшной раны на боку осталась только небольшая проплешина, а передняя лапа вновь выглядела, как новенькая.
Я с интересом наблюдал, как к Снегу подскочил второй волк, серого окраса, и с интересом принялся его обнюхивать. На теле серого виднелись кровавые пятна, а морда была прилично искусана. Но его раны не шли ни в какое сравнение с теми, что были до этого у Снега. Похоже, мой волк старался принять на себя основной урон от Хамуса. Однако даже это не спасло от смерти двоих его товарищей.
— Матерая волчица, — раздался сбоку голос Матвеича, — под стать Снегу. — Сталкер усмехнулся.
Я пригляделся — и вправду волчица. Морда поострее, хвост не такой пышный, ну и основные половые отличия не сразу, но все-таки бросались в глаза. Хотя выглядела самка довольно мощно, или, как выразился Матвеич, «матёро», и ее легко можно было спутать с самцом.
— Думал, придется Снега как минимум месяц выхаживать, а тут вон оно как, — удивленно мотнув головой, добавил Степан. — Он у тебя неубиваемый, получается? Как и ты сам?
Прежде